Жертвуя малым (СИ) - Медейрос Вольга

Я вздохнула. Неясно было, лукавит он или нет. Обычно души об обстоятельствах своей смерти помнят прекрасно. С другой стороны, кто знает, что случается, когда они возвращаются обратно в тело, чтобы воскреснуть. Вдобавок не стоит забывать о чудище, на которое мне «посчастливилось» наткнуться в преддверии Дита… Бр-р, до сих пор мурашки по коже! Неужели, неужели Прожорливый Стозевый Тартар, главный герой внутрихрамовых страшилок, существует на самом деле?! Но если это и впрямь был он, не случилось ли так, что он сожрал воспоминания нашего смеска.

— Так ты что же, вообще все забыл? — я уставилась на него, зорко следя за реакцией. Смеска мой вопрос озлобил.

— Да что ты привязалась?! Если все забудешь, как можно знать, что что-то помнил? — нахмурившись, он помолчал. Потом проговорил нехотя. — Как видишь, в основном, воспоминания сохраняются. Но с каждым разом — все меньше.

«С каждым… разом?» — озвучить этот вопрос я не успела, потому что в лабораторию вбежала раскрасневшаяся Коронида.

— Скорее, сюда идут санитары!

— Давно пора! — к смеску вернулась прежняя язвительность, но мы его реплику проигнорировали. Срочно надо было предпринимать какие-то меры.

— Ты доложила кураторше? — спросила я помощницу, обшаривая помещение взглядом. Нет, здесь нам парня не спрятать.

— Да, но она на службе, сказала, пришлет кого-нибудь, — зачастила Коронида. — Через четверть стражи, не раньше. А потом я вышла из кабинета связи и увидела, что привезли нового «гостя». Я побежала скорее…

— Ясно, — оборвала я ее болтовню. — Она что, решила, мы шутим?

Коронида понурилась. Потом, вдруг встрепенувшись, оборотилась к смеску.

— Мы будем тебе очень признательны, — застенчиво сказала она ему, — если ты прикинешься мертвым, пока санитары не уйдут.

— Что?!.. — у меня отпала челюсть.

А смесок хмыкнул, опустил голову на стол. Закрыл глаза. Расслабился. Спросил:

— Сойдет?

— Ага. Только дыши пореже, — деловито проинструктировала его Коронида и заботливо накрыла мешковиной, оставив снаружи только голову. С улыбкой повернулась ко мне.

— Сестрица, каково?

— Ты с ума сошла, — зашипела я, брызгая на нее слюной. Коронида отступила, недоумевая. — Полагаться на добрую волю этого… уголовного элемента!.. Да нас самих в преступницы запишут, если узнают!..

— Так ведь никто не узнает, сестрица, — вновь засияла улыбкой помощница. — Не переживай.

И, напевая, направилась к шкафчику с инструментами. В растерянности я проводила ее взглядом. И в чем же, скажите на милость, проявляется мудрость поклонниц Совоокой? Их ведь по этому принципу отбирают. Так что ж, на Корониду благодати божественной не хватило? Или она просто выполняет волю провиденья?.. Хм, практика покажет.

Покачав головой, я пригляделась к смеску, убедительно ли он изображает мертвеца. Да, талант, придраться не к чему, под мешковиной даже не видно, как дышит. И чего это он старается?..

А, довольно! Целиком и полностью положившись на волю богов, я уселась за стол и принялась писать что-то на первой попавшейся бумажке. За этим занятием и застали меня принесшие следующего «гостя» санитары.

Новым «захожим молодцом» снова оказался плебей. На сей раз — самый что ни на есть. День сегодня, что ли, такой? Плебейский. Так не сатурналии — уверенности ради я покосилась на календарь — вроде. Нет, не они. Сатурналии в конце года проходят. А сейчас, хвала богам, второй месяц с его начала.

Я заглянула в свидетельство о смерти, которое подал дежурный милиционер. И что же мы имеем? «Прежде не привлекавшийся к ответственности… однократно бравший на поруки… именем О’Брайен, предводитель из деревни Лисьей… при совершении кражи со взломом… убит»… Еще одна кража?! Или…

— Оба по одному делу проходят? — я кивнула в сторону смеска, заодно проверяя, как он там. Не околел ли заново?

«А вдруг его чих одолеет? — ожгла неприятная мысль. — Или тремор какой?»

Дежурный, не догадываясь о моих душевных метаниях, невинно заморгал глазками.

— Не имею чести знать, о чем вы говорите, госпожа-дознавательница. Этого подозреваемого прислал господин майор ночного патруля с целью выяснить, кому злоумышленники сбыли награбленное.

На минуту отвлекшись от тревог по поводу самочувствия смеска, я попыталась осмыслить услышанное. Потом сообразила. Раз кража удалась, нужно провести допрос подозреваемых. Смесок в расчет не идет, поскольку неясно, кто он таков и откуда взялся. Вот и решил господин майор подстраховаться, прислав второго, нормального, так сказать, виновника преступления. Как, однако, все сложно! И до чего майор, оказывается, предусмотрителен.

Я загрустила, подумав заодно и о том, что все предосторожности господина майора теперь напрасны. Равно как и мои надежды на то, что он останется должен услугу.

— Что ж, мы допросим «уважаемого гостя», — сказала я. — Но за результат не взыщите. К вашему почтенному сведению, подозреваемый был умерщвлен больше стражи назад, а это — срок немалый!

— Простите великодушно, госпожа дознавательница! — взмолился дежурный, услужливо скисая. — Потребовалось время, чтобы установить личность. Мы всего лишь хотели облегчить вам работу.

— Ладно уж, — смилостивилась я, — приложим все усилия.

Дежурный моментально расцвел.

— А с этим как-с поступить распорядитесь? — осведомился он, поворачиваясь и мягко подступая к распростертому на столе смеску. Я поймала себя на желании закрыть вздорного полукровку собственным телом.

— Материал в работе. Не троньте! — я повысила голос, и наклонившийся над лже-мертвецом дежурный поспешно отпрянул. Отбежал для надежности на другую сторону комнаты. Я вздохнула с облегчением. И переключила внимание на санитаров.

— Так, что у нас здесь? Младшая сестра-помощница, чем вы заняты? Приступайте к обязанностям, время не терпит! А это что? Почему в одежде? Как вы прикажете нам работать, если «уважаемый гость» одет, любезные медбратья? Да, все снимайте. С «гостя», не с себя, знаю я ваши шуточки. Детский сад, честное слово. Младшая сестра-помощница, приступаем. Господин дежурный, любезные медбратья, извольте покинуть помещение.

Когда все посторонние, наконец, убрались и Коронида закрыла за ними дверь, я в изнеможении откинулась на спинку стула. Будь они неладны, эти чудеса, ныне, присно, и вовеки веков! Еще даже время обеда не подошло, а я уже как выжатый лимон.

— Спасибо тебе, — Коронида, как ни в чем не бывало, наклонилась над смеском. — Ты нас не выдал.

— Так отпустите за хорошее поведение, — привстав на локтях, он потряс головой. Огляделся, задержав внимание на мертвом плебее, лежащем по соседству. С тем, хвала богам, в плане происхождения все было в порядке: медно-рыжая масть, низкий лоб, волосатая грудь, кривые ноги. Полная противоположность нашему чуду.

— Бран! — потрясенно произнесло чудо. Я запоздало вспомнила, что оба проходят по одному делу. — Да ну нет же, черт! — смесок напряг руки.

Не помня себя, я сорвалась со стула и в два прыжка доскакала до стола. Коронида уже висела на одном плече полукровки, я вцепилась во второе. Ох, ничего себе силища! В столь хрупком теле ей, казалось бы, и взяться-то неоткуда… Парень медленно поднимал руки, стальные зажимы, впаянные в стол из того же материала, захрустели.

— Подожди, ключом открою, — бормотала ничего не понимающая Коронида на ухо смеску.

— Порчи казенного имущества, — задыхаясь от натуги, прохрипела я, — не допущу-у-у! Уймись, или санитаров позову!

— Не позовешь, — вдруг совершенно спокойно, не ослабляя нажима, произнес смесок. — Удавишься, а не позовешь.

Такого отношения я вынести не смогла. Издав воинственный клич, я заскочила смеску за спину, вцепилась в косу, и, приседая, рванула ее на себя. Не ожидавший маневра парень опрокинулся навзничь, звонко треснувшись затылком.

— Отвали, бешеная! — закричал он, силясь снова подняться.

Сжав зубы, я выставила вперед ногу, уперлась, и налегла всем весом на косу, как при перетягивании каната. Пыхтя, мы принялись бороться.