Пол Маккартни в его собственных словах - Пол Гамбуччини

В. Но английские родители - разные...

- Нет, они абсолютно одинаковы. мой отец был идеальным стереотипом главы английского семейства. Но, тем не менее, он хороший человек. Мне он нравится. И вот что я скажу вам: многие волнуются из-за того, что у них случаются неприятные семейные сцены, которые их ожесточают. В повседневной жизни тоже не много изысканных бесед. Не все люди тебе нравятся, но ты же пытаешься быть с ними в хороших отношениях или вообще не вступать в контакт. Почему я должен носиться вокруг разъяренных людей и успокаивать их? Мне, например, не все нравится из того, что делает Джон. Но я уверен, что в будущем он поймет это сам.

В. Вы говорили ему об этом?

- Нет. Я и Джон прекрасно знаем, что большинство высказываний появляется в прессе ради сенсации. В то время Джон был в таком состоянии, когда хочется высказаться полностью. И сейчас, возможно, он еще сожалеет об этом, не анализирует каждое слово. Я думаю, что его интервью были такой же чепухой, как мои или Энгельберта Хампердинка. Пресса, конечно, желала, чтобы я покритиковал Джона. Ко мне часто приходили такие люди и спрашивали: "Вот последнее выступление Джона Леннона, как вы на него ответите?" "Да, действительно, безвольные поступки, отвечаю я им. - Но я верю, что Джон сохранит хладнокровие и все это пройдет".

В. Какова все же была ваша реакция, когда вы читали такие материалы?

- Я ненавидел их. Можете представить мое состояние, когда я сидел и обдумывал каждое слово, каждый параграф. "Неужели он и вправду думает об мне так?" - размышлял я тогда. Мне в голову приходили мысли о собственном ничтожестве. Но люди, которые работали вместе со мной успокаивали меня: "Ты же знаешь, что ты не такой. Это неправда. Он завидует и пытается сбить тебя с толку". Постепенно я успокаивался и понимал, что все это ерунда. Я на самом деле не похож на Хампердинка, хоть и пишу баллады. Такие самоуспокоения временно меня поддерживали. Но все равно я был очень обеспокоен и обижен.

В. Можете ли вы с Джоном снова писать песни?

- Все может случиться, тем более, что мне нравится писать с Джоном. Мне нравится работать с тем, кто хорошо пишет.

В. Турне ансамбля "Крылья" в 1972 году было вашим первым за последние 6 лет, не так ли?

- Да.

В. Намерены ли вы гастролировать в будущем?

- О, нет, нет, нет. В "Битлз" мы делали большие турне по Америке, Джон и Джордж думали примерно так: "О, это не должно продолжаться долго!" А я думал иначе: "Нельзя отказываться от выступлений". Когда мы дали много концертов, то я по-настоящему возненавидел выступления и в порыве злости сказал: "Да, черт возьми; теперь я с вами согласен".

В. Где это было?

- Где-то в Америке, не помню точно. Шел дождь и мы играли под каким-то навесом. Было очень сыро, так что любой из нас мог получить удар током. После концерта нас вывезли в большом грузовике вместе с каким-то хламом. Вот тогда, сидя в грузовике, мы ругались все вместе: "Будь они прокляты! Чертово бегство!" Мы решили затем отказаться от выступлений, но хотели сделать это тихо, без лишнего шума. Просто перестали появляться на сцене. Если кто-нибудь спрашивал нас, будем ли мы выступать, то мы отвечали: "Обязательно будем!" Но на самом деле и не думали об этом. А после записи нескольких дисков совсем уже не вспоминали о гастролях.

Помню, когда распались "Битлз", то мне в голову приходила мысль: лучше бы я играл в небольшой провинциальной группе, где-нибудь на западе страны. Тогда бы я мог петь каждый день, что, несомненно, улучшило бы мой голос.

В. На пресс-конференции в Оксфорде вы упомянули о том, что вашей четырехлетней дочке понравились "Осмондз". Линда говорит, что вашей десятилетней дочери они не нравятся... Могло быть так, что для них "Осмондз" были такой же сенсацией, какой были "Битлз" в свое время?

- Разные поколения.

В. Сейчас "Осмондз" возглавляют три списка "Шесть лучших в Англии". Является ли этот факт подтверждением того, что они величайшая группа с 1964 года?

- Они очень нравятся тем покупателям, у которых есть дети.

В. Как вы думаете, исходя из собственного опыта, могут ли они понимать, что они значат для людей?

- Уверен, что понимают. Может быть, маленький Джимми понимает меньше всех, но все остальные "Осмондз" прекрасно понимают свое назначение. Он ведь представляют американскую семью артистов, которые много работают. Вы можете считать иначе, но это действительно труд. Они трудятся уже много лет, начав с шоу Энди Вильямса. Даже восьмилетний Джимми - это уже маленький артист.

В. Когда вы были в их положении, чувствовали ли вы какую-нибудь ответственность - или, по-вашему, пусть весь мир сходит с ума?

- Нет, нет. Мы были просто группой, которая хотела прославиться. Когда пытаешься достичь славы и когда начинаешь ее достигать, то, возможно, это и есть для вас самая большая сенсация. Тогда не думаешь, что мир может сходить с ума. Тебе кажется, что все прекрасно. Ты им нравишься и... тебе все равно, что ты постепенно опускаешься. Я думаю, что даже маленький Джимми просто радуется мысленно: "Послушайте, как это здорово!" Понимаете?

Ему просто все это нравится. Если вы будете думать о таких вещах очень серьезно, то можете наделать много сомнительных дел, и в конце концов от славы ничего не останется. Я всегда думал о "Битлз": "Хорошая группа, хорошие песни, шумная публика. Фантастично, удивительно, здорово, все хотят весело провести вечер".

В. Теперь, когда вы имеете визу на выезд в США, я думаю, снова появятся слухи о том, что "Битлз" воссоединяются(Леннон жил в США с начала 70х - Прим.)

- Я могу лишь сказать, что когда мы были еще вместе, мне казалось это невозможным. Ведь каждый занимался лишь своими личными делами. Но я могу сказать, что я горд тем, что был в "Битлз". Это здорово, когда люди встречают тебя на улице и говорят, что ты дал им так много счастья. Мне это не кажется вульгарным. А сейчас все прошло. Сегодня я как ненормальный разыскиваю все это и верю, что мы принесем еще много счастья. Я горжусь своим прошлым и потому меня огорчает то, что его выбрасывают, как отработанный шлак. Мне нравится идея воссоединения. Если дела пойдут правильно и спокойно, мне, наверное, понравится работать с ними. У меня много идей в голосе, но я не буду говорить о них, пока не расскажу их остальным. Мы не сможем снова стать "Битлз". Просто можно рискнуть сделать небольшое дело вместе, помогая друг другу. Исключить ничего я не могу.

Однажды мы вместе организовали одно предприятие, затратили кучу денег, но ничего не получилось. Но я кое-то спас, не все разрушено. После всех этих огорчений я склонен думать как Джон: "О, "Битлз"... м-да... чепуха". Но на самом деле это не так. "Битлз" - это было здорово. Поэтому мне приятно видеть, как отчужденность и безразличие уходят, как возвращается прежнее величие. Согласитесь, это было отличное дело.

Я не вижу причин, чтобы "Битлз" собрались вновь. Кое-что мы можем вполне спокойно сделать вместе. Но не думаю, чтобы кто-то отказался от своих индивидуальных занятий. У всех это получается довольно-таки хорошо.

В. Можно ли считать альбом "Ринго" примером своего рода объединения?

- Да, и даже более того. Думаю, что это начало. Ринго собрал нас всех. Мне понравилось, что никто не говорил: "Ага, ты делаешь свой собственный альбом". Работали легко, поэтому в будущем можно сделать многое. Мне нравится смотреть, как совершаются великие дела.

ГЛАВА 3. НЕУДАЧА "ЭППЛ": "СУДИ МЕНЯ, СУДИ СЕБЯ".

В. В Америке сборник "Битлз 1967-69" и альбом "The Beatles Adest bat Gddest" снова занимали первые места в списках хитов. Вы были реабилитированы. Считаете ли вы эту удачу странной, необычной?

- Да, это необычно и более, чем странно, ведь раздавались мрачные прогнозы: "Битлз" распались - все кончено. Да и сейчас они есть. На вопрос: "Может ли кто-нибудь из них в отдельности стать популярным?" большинство отвечало - "Нет, не может". Поэтому успех был так приятен.

В. Причиной вашей радости было то, что альбомы были выпущены как средство борьбы с "контрабандой" или то, что они войдут в историю?

- Одной из причин была контрабанда. На самом деле я был не очень заинтересован в их выпуске, даже до сих пор не слушал их. Я потерял большой интерес к делам "Битлз" из-за того, что это наследие "Эппл" и Клейна. Наш распад происходил очень болезненно. Все "Битлз" покончили с собой. Мы хотели спасти фирму, но для этого нужно было прежде всего успокоиться.

В. Недавно начался процесс "Трое Битлз против Клейна"...

- Мне нравилось это дело. О, боже, я так надеялся, что они выиграют этот процесс. Видите ли, даже несмотря на то, что все наши мелкие распри прошли, другой причиной, из-за которой я должен был судиться против троих "Битлз", было то, что мне на за что было осуждать Клейна, хотя я и хотел бы этого.

Я бы вообще отказался от этого процесса. Очень трудно осуждать кого-то, кто тебе нравится. И здесь не имеют никакого значения личные взаимоотношения и то, что Джон написал обо мне песню ("Hom Do You Sleep" - Прим.) и прочая чепуха. Я до сих пор верю, что никто в мире не может осудить их. Мое участие - это единственный способ остановить Клейна, поэтому я должен был идти на суд. Позже выяснилось, что Клейн убедил в своей правоте Джорджа, не знаю, сколько в этом вымысла.