И грянул гром, услышь крик мой… - Милдред Тэйлор

– Добро пожаловать, дети, в нашу школу Грэйт Фейс. – И, повернувшись налево, чтобы видеть перед собой левую половину класса, продолжала: – Я рада, что все вы, перешедшие в четвертый класс, будете моими учениками. Жду от вас прилежания и больших успехов. – Потом, обращаясь к правой половине класса, сказала: – А вам, наши маленькие друзья-первоклассники, только сегодня вступающим на путь познания и образования, я желаю, чтобы ваши маленькие ножки уверенно шагали по стезям обучения, которые пусть никогда не обрываются.

Вот скучища! Я уперлась правым локтем в парту и положила голову на ладонь.

Мисс Крокер машинально улыбнулась, потом снова постучала по столу.

– Дорогие дети, – продолжала она говорить с первым классом, – ваша учительница, мисс Дэвис, вынуждена была задержаться на несколько дней в Джексоне, поэтому я имею удовольствие просветить ваши юные головки первыми лучами знания.

Она одарила их такой лучезарной улыбкой, словно ждала аплодисментов по поводу новости, которую только что сообщила. Потом, облучив своими огромными глазами всех четвероклассников, обратилась снова к нам:

– Поскольку я одна и не могу разорваться на части, придется вам эти несколько дней приносить некоторую жертву. Вы будете трудиться, трудиться и трудиться, но, как истинным христианам, вам придется делиться с ближним, делиться и делиться. Вы согласны, дорогие девочки и мальчики?

– ДА, МИСС КРОКЕР, – хором ответили все.

Только я промолчала. Я не люблю отвечать хором. Подперев голову рукой, я тяжело вздохнула, вспомнив о пожаре у Бэррисов.

– Ты что, Кэсси Логан?

Я испуганно подняла глаза.

– Кэсси Логан!

– Да, мэм? – я быстро вскочила и посмотрела мисс Крокер прямо в лицо.

– Ты не согласна трудиться и делиться?

– Да, мэм.

– Тогда так и ответь!

– Да, мэм, – пробормотала я, опускаясь снова на свое место, а Мэри Лу, Грэйси и Элма захихикали.

Ну вот, прошло всего пять минут с начала учебного года, а я уже влипла в неприятность.

К десяти часам мисс Крокер успела пересадить нас, как ей хотелось, и занести наши имена и фамилии в свой список. Я осталась сидеть с Грэйси и Элмой, только нам велено было из третьего ряда передвинуться в первый, как раз перед маленькой пузатой печкой. Но, хотя сидеть нос к носу с мисс Крокер не сулило ничего доброго, перспектива погреться, когда грянут холода, чего-то да стоила, так что я решила, что буду в выигрыше, несмотря на такое сомнительное местоположение.

И вот мисс Крокер сделала сногсшибательное заявление: в этом году у нас будут учебники.

Все даже рты разинули от удивления. Еще бы, большинство учеников нашей школы ни одной книги в глаза не видели, разве что семейную библию. Честно говоря, такое известие даже меня встряхнуло. Правда, у мамы было несколько книг, но ведь они были не мои.

– Нам очень повезло, что мы получили эти учебники, – продолжала мисс Крокер, а мы с нетерпением ждали, когда с них снимут брезент. – Попечитель школ нашего округа самолично передал эти учебники в ваше пользование, так что, пожалуйста, будьте с ними трижды осторожны. – Она направилась к своему столу. – Давайте все вместе произнесем клятву, что будем свято беречь наши новые учебники. – Она не сводила с меня проницательного взгляда, пока произносила эти слова:

– ОБЕЩАЕМ СВЯТО БЕРЕЧЬ НАШИ НОВЫЕ УЧЕБНИКИ!

– Прекрасно! – мисс Крокер расплылась в улыбке и торжественно откинула брезент.

Я сидела близко от ее стола и своими глазами видела, что дурацкие красные обложки учебников ужас до чего потрепанные, а посеревшие края страниц все исписаны карандашами, цветными мелками и чернилами. Моя мечта получить наконец собственную книгу уплыла, растворившись в разочаровании. А мисс Крокер продолжала сиять улыбкой, вызывая одного за другим всех четвероклассников к своему столу. Она вручала каждому, ему или ей, учебник и записывала его номер в журнал.

Когда я возвращалась из своего путешествия к ее столу, я заметила, что первоклассники с беспокойством следят, как тает кипа книг на столе учительницы. Должно быть, мисс Крокер тоже это заметила, потому что не успела я сесть на место, как она заявила:

– Не тревожьтесь, дети. Для вас тоже хватит учебников.

Посмотрите на стол мисс Дэвис.

Множество распахнутых глаз уставилось на покрытый брезентом учительский стол, стоявший прямо перед ними, и громкий вздох облегчения облетел класс.

Я поглядела издалека на Малыша: лицо его светилось нетерпением и возбуждением. Я понимала, что со своего места он не может видеть грязных обложек и исчерканных страниц. И хотя меня часто изводила его страсть к чистоте, больно было представить себе, как же он разочаруется, когда сам убедится, на что эти учебники похожи. Но поделать-то я ничего не могла, поэтому я открыла свой учебник где-то посередине и стала листать грязные страницы. На меня уставились светловолосые девочки с косичками и голубоглазые мальчики.

Натолкнувшись на историю про мальчика с собакой, заблудившихся в пещере, я начала читать, а голос мисс Крокер продолжал что-то монотонно бубнить.

Вдруг я уловила паузу в ее монотонной речи и оторвалась от книги. Мисс Крокер, сидевшая за столом мисс Дэвис, на котором возвышалась стопка учебников для первоклассников, не сводила возмущенного взгляда с Малыша, швырнувшего учебник обратно к ней на стол.

– Что ты сказал, Клейтон Честер Логан? – переспросила она.

В классе воцарилась зловещая тишина. Всем было ясно, что Малыш попал в большую передрягу, потому что никто никогда не называл Малыша полным именем – Клейтон Честер, разве что когда собирались задать ему хорошенькую взбучку.

Малыш и сам понимал это прекрасно. Отложив книгу, он разомкнул губы, чтобы сказать что-то. Его трясла дрожь, но он не сводил глаз с мисс Крокер.

– Я… я только хотел спросить, мэм, можно мне другую книгу, пожалуйста? Эта грязная.

– Грязная?! – повторила мисс Крокер, ошарашенная столь безрассудной смелостью.

Она поднялась из-за стола и глядела на Малыша сверху вниз, точно разъяренный костлявый великан, но Малыш, подняв голову, продолжал смотреть ей прямо в глаза.

– Грязная?! Сам ты кто, Клейтон Честер? В такие трудные времена из округа присылают нам драгоценные учебники, а ты смеешь стоять тут и заявлять, что твой учебник слишком грязный! Итак, или ты забираешь его, или не получишь никакого.

Малыш опустил глаза и молча уставился на учебник. Несколько секунд он простоял так, еле доставая подбородком до учительского стола, потом повернулся и оглядел несколько оставшихся книг. Видимо убедившись, что они не чище той, что вручила ему мисс Крокер, он посмотрел через всю комнату на меня. Я кивнула, и Малыш, еще раз взглянув на мисс Крокер, не торопясь, стянул учебник с края стола и с высоко поднятой головой, держась очень прямо, вернулся на свое место.

Мисс Крокер села.

– Кое-кто здесь слишком много о себе думает. Такого больше я не потерплю, – сказала она сердито. – Шарон Лейк, подойди и получи свой учебник.

Я не спускала глаз с Малыша, пока он не вернулся бегом на свое место рядом еще с двумя малышами. Какое-то время он сидел с каменным лицом, уставившись в окно, потом, видимо внутренне смирившись с фактом, что перед ним учебник, единственный, на какой он мог рассчитывать, перевернул его и открыл. Однако, глянув на оборот обложки, он нахмурился, и угрюмое смирение на его лице сменилось замешательством. Брови сдвинулись. Глаза сделались большими. Набрав в себя побольше воздуха, он вдруг вскочил со своего места, словно подстреленное животное, и, кинув на пол учебник, принялся неистово топтать его ногами.

Мисс Крокер подлетела к Малышу и подхватила его своими сильными руками. С силой тряхнув его, она снова опустила его на пол.

– Какой злой дух вселился в тебя, Клейтон Честер?

Но Малыш не отвечал. Он просто стоял и смотрел на раскрытую книгу, дрожа от негодования.

– Подними ее немедленно! – приказала она.

– Нет! – Малыш бунтовал.

– Нет? А ну, мальчик, даю тебе десять секунд, чтобы поднять учебник, или придется мне взяться за плетку.

Малыш прикусил нижнюю губу, и я поняла, что книгу он не поднимет. Я тут же открыла обратную сторону обложки моего собственного учебника и сразу поняла, что привело в такой гнев Малыша. На обороте обложки был напечатан вот какой список:

Пустые строчки тянулись до цифры 20, и я прекрасно понимала, что все они предназначены для черных школьников. Комок гнева встал у меня в горле. Но когда мисс Крокер приказала Малышу лечь на «скамью наказания», я подавила в себе гнев и вскочила с места.

– Мисс Крокер, пожалуйста, не надо! – закричала я.

Потемневшие глаза мисс Крокер предупреждали меня, чтобы я не произносила больше ни слова.

– Я знаю, почему он так сделал!

Ты хочешь разделить с ним порцию розг, Кэсси?

– Нет'м[5], – быстро ответила я. – Я только хочу объяснить вам, почему Малыш так сделал.