Как возрождалась футбольная команда ЦДСА - Олег Белаковский

Затем прибыл из команды львовского ОДО полузащитник Иосиф Беца. Это был очень интересный игрок – способный, думающий, с завидными диспетчерскими качествами. Поначалу у нас он играл в дубле, а в конце 1955 года уже играл в первой сборной. В 1956 году прочно входил в первую сборную и участвовал в Олимпиаде в Мельбурне.

Из команды тбилисского ОДО пришел Иван Дуда (по национальности украинец, но жил в Грузии). Он, правда, не часто играл в основном составе, но тоже был интересным игроком.

Из команды киевского ОДО пришел Юрий Калабухов. Он был харьковчанин, играл за харьковский «Локомотив», а будучи призванным в армию, попал в киевский ОДО. У нас он не часто играл в основном составе, но твердо играл в дубле и был все время претендентом на место в основном составе.

Из свердловского ОДО пришел В. Рыжков. Он был полусредним, как сейчас говорят – игрок середины поля. Родом он из Перми, земляк Павла Федоровича Садырина.

Корреспондент: Он в Перми, по-моему, и кончал играть.

О. М. Белаковский: Да. Он играл у нас, потом вернулся в Пермь, доигрывал там, а потом был одним из тренеров этой команды. Он был маленького роста, очень подвижный и очень интересный, своеобразный парнишка в жизни.

Из команды одесского ОДО был приглашен способный левый крайний Евгений Пятковский. Он играл в 1955 и 1956 годах, но конкуренцию Емышеву составить не мог, и после того как отслужил, ушел из нашей команды. Сам он был из Кишинева.

Из «Локомотива» был приглашен защитник Анатолий Концевов.

Корреспондент: А откуда пришел Ивакин?

О. М. Белаковский: Ивакин пришел из команды рижского ОДО. Очень способный молодой вратарь, играл и в хоккей с мячом. У нас он играл в 1955 и 1956 годах и, честно говоря, составлял очень серьезную конкуренцию Борису Разинскому.

Корреспондент: Я помню, что он у нас играл в дубле и играл за вторую сборную.

О. М. Белаковский: Да. Разинский хорошо играл, но со срывами. Я уж говорил о том, что Пинаичев не любил менять состав, когда все были здоровы, но иногда даже игроки просили его, когда начинал хандрить Разинский, чтобы он ставил Ивакина. Но Ивакина ставил он мало, а в тех играх, в которых Ивакин выходил, он играл очень здорово. После того как отслужил в армии, он ушел в «Спартак» и там проявил себя с самой лучшей стороны.

Таким образом, состав 1955 года выглядел так: вратари Разинский, Ивакин и, в первой половине года, Киселев; защитники- Башашкин, Виктор Дородных. Кстати, Виктор в 1955 г. дебютировал в основном составе против киевского «Динамо» в Москве (сыграли 1:1). Он играл против очень сильного тогда центрального нападающего киевлян Андрея Зазроева. Хотя Зазроев и забил гол, вины Дородных в этом не было, так как ошибся Разинский, неудачно выбросивший мяч. Кроме того, в защите играли Концевов (правда, главным образом в дубле), Толя Крутиков. Правым защитником все игры в основном составе провел Толя Порхунов, который потом входил в состав сборной, выступавшей в Мельбурне. Левым защитником играл Михаил Перевалов.

В полузащите играли: Бельков, выступавший уже в 1954 г., Саша Гришин, который подменял вместе с Дородных Башашкина, когда тот не играл, Александр Петров, Виктор Фомин и Беца. А нападающие составили следующую группу: Агапов, Федоров, Ванзел, Дуда, Емышев, Беляев, Калабухов. Еще был такой Павел Купрюхин. Его взяли с Балтийского флота, а сам он был туляк. Это был очень быстрый нападающий, играл он правым крайним. Кроме того, в нападении были Женя Пятковский, о котором я уже говорил, Рыжков, Савин и Виктор Федоров.

Теперь я хотел бы сказать о пополнении команды. Команда ЦДСА в 50-х годах комплектовалась главным образом за счет привлечения игроков команд окружных домов офицеров.

Я считаю, что это был правильный путь комплектования-в 1955-1956 гг. он сохранялся. Обменивались игроками. В 1955 г., например, Василий Бузунов ушел в свердловский ОДО, который претендовал на выход в класс «А» и в 1956 г. вошел в него. И позже в ЦДСА приходили игроки из окружных команд, такие как Дубинский, Линяев, Багрич.

Корреспондент: Я помню, как по поводу этой практики наши недоброжелатели поднимали в прессе кампании, указывая, что ЦДСА не является сборной Вооруженных Сил и не должна так комплектоваться.

О. М. Белаковский: Я считаю, что этот метод комплектования был неплохим. Пользуясь тем, что мы сегодня с вами беседуем, хотел бы высказать свое мнение в отношении комплектования армейских команд раньше и теперь. С моей точки зрения, в армейские команды должны идти те игроки из подлежащих призыву, кто хотел бы за них играть. Иногда этот принцип нарушался, и игроков привлекали насильно. Случалось, что это приводило к трагическим последствиям. Так, в 60-х годах был случай, когда руководство уж очень хотело приобрести Конькова из «Шахтера», а это привело в конце концов к смерти тогдашнего начальника команды Леонида Михайловича Нерушенко. Я считаю такой путь комплектования команд пагубным. Ведь как должно быть? Если человек подлежит призыву в Советскую Армию (а у нас еще нет профессиональной армии и сохраняется всеобщая воинская обязанность), то должны быть убиты два зайца. Парень, во-первых, должен отслужить свой срок, а если он хороший футболист или спортсмен другой специальности, то он, во-вторых, не должен зарубить свой спортивный талант, потому что если он пойдет служить просто солдатом любой воинской специальности, то не будет иметь достаточно времени для полноценных тренировок. Ему должно быть предоставлено право выбора: хочет он остаться в армейской команде – пусть остается, не хочет- может уходить. И в последние годы такие случаи были постоянно.

Теперь о профессионализме в армейском спорте. Бытует мнение, что в армии не должно быть спорта высших достижений, а должна быть только физическая подготовка. Я считаю, что это неправильная точка зрения. В армии должен быть спорт высших достижений и должен быть профессиональный спорт. Ну, например, почему может быть военным музыкант, а спортсмен не может? Почему не может быть военного – профессионального спортсмена? Ведь армия состоит не только из чисто военных специальностей. Есть в армии врачи, юристы, финансисты, музыканты и представители других специальностей. Я считаю, что это – дело самого молодого человека. Нравится ему армия, хочет он защищать армейские цвета – пусть выступает за армейскую профессиональную команду.

Итак, приход игрока в армейскую команду должен быть абсолютно добровольным. Каждый после призыва должен заявить сразу – хочет ли он выступать за армейскую команду. Не хочет – пусть служит в войсках, а после демобилизации уходит в ту команду, в какую хочет. Хочет оставаться в армейской команде – пусть остается и становится профессиональным игроком.

Что касается профессионализма в армейском спорте, то могу сказать, что еще в 50-х годах были созданы так называемые штатные армейские футбольные и хоккейные команды. С моей точки зрения, в этом не было ничего плохого. Игроки были хорошо материально обеспечены, причем на совершенно законных основаниях. Они получали должностные оклады, которые давали им возможность безбедно существовать. Профсоюзные команды также практически были профессиональными, но им было сложнее, так как профессиональный статус официально для них признан не был. Поэтому приходилось комбинировать, устраивать игроков на всякие липовые должности на разные предприятия, где им платили деньги. Но все это приходилось скрывать.

В чем было преимущество армейских команд? Тот, кто решал связать свою судьбу с армией, поиграв за команду ЦДСА или другую армейскую команду определенное число лет, становился офицером, за время игры за команду оканчивал обычно какое-нибудь высшее военное учебное заведение или Институт физкультуры. Очень многие стали потом военными специалистами, достигнув высокого положения в военной службе. В частности, два футболиста стали генералами – Ю. Нырков и В. Федоров.

И нечего греха таить, после окончания службы они получали приличную пенсию и сейчас ее получают. Мы считаем большой победой, что прежние игроки сборных СССР по футболу и хоккею получают пенсию в 120 руб., которую выбили им с большим трудом. А армия делала это уже давно, и те, кто хорошо служил и играл, получили достаточную возможность спокойно жить после того, как закончили играть и окончили службу. Я не вижу в этом ничего дурного. Часто встречаюсь, беседую с теми игроками, которые оставались в армии гражданскими. В частности, принципиально не хотел стать военнослужащим Валентин Емышев и играл в качестве служащего Советской Армии. Отыграл, ушел. А теперь, когда мы встречаемся, он говорит: «Какой же я дурак был, что не остался в армии и не стал офицером. Вот не был бы я дураком, был бы полковником, как Башашкин, Стрешний, Дородных». В хоккее таким же был заслуженный мастер спорта Григорий Мкртычан.