Там, где только прошлое Книга 8 - Майя Малиновская

Ему захотелось поцеловать ее за эти слова. Он сделал это немедленно. Голова закружилась, по телу пошел холодок, и он почувствовал непонятное ему ожидание в душе Эл. Она всякий раз ждала от поцелуя чего-то особенного, он не мог уловить чего. Сколько бы раз он не целовал ее, постоянно чувствовал ее напряжение. Она будто бы не могла отдаться чувствам полностью, ей не хватало в таком способе выражения чувств и любви чего-то еще. Что она хотела почувствовать?

- Тебя что-то тревожит? - спросил он.

- Нет, - удивилась она. - Опять изучал меня?

- Я хочу тебя познать, что плохого в том, чтобы понимать любимого человека. Не просто понимать, жить теми же категориями, что и ты.

- Алик, я примитивна по сравнению с тобой. Это мне впору думать, как дотянуться до тебя. Но думать я не хочу.

- Ты не примитивна. Ты прошла этот этап. Я каждый раз чувствую, что ты меня проверяешь. Что ты ищешь во мне?

Вопрос ее смутил. Эл растерялась.

- Расскажи. Я пойму.

- Это не о нас. Тебе будет неприятно.

- Ты же не станешь при всех рассказывать такое, а мне можно.

- Алик. Зачем? Это прошлое. Ты сам призывал его забыть.

- Хорошо. Тогда молчи и поцелуй меня.

Он обнял ее, душа наполнялась счастьем и покоем. В такие мгновения он не желал знать ничего, кроме того, что любимая рядом и преград между ними не существует.

- Ты станешь моей женой? - спросил он.

- Стану, - уверенно ответила она. - Только мне нужен совет относительно этого брака. Но ответ все равно - да.

- Я могу угадать, у кого ты попросишь совета, у своего штатного волшебника.

- Тиамит несет за меня ответственность. А я за него. Я испытываю потребность поставить его в известность.

- И только?

- Да. Не вижу необходимости в прочих церемониях. Мне взгляда достаточно, чтобы дать тебе обещание.

У Алика загорелись глаза. Эл смотрела, как они разгораются счастьем. Он ждал, и теперь мука ожидания выразилась в этом взгляде.

- Предлагаю первому сказать Димке. Он нас скоро изведет, - предложил он.

- Подождем. Я хочу устроить всем сюрприз, особенно тебе. Я знаю, какой подарок тебе придется по душе.

- Скорей бы. Тебе завтра снова туда, - напомнил Алик.

- Угу.

- А я останусь с Димкой. Давай скажем сегодня.

- Кому из вас больше не терпится?

- Что-то мне эта ситуация напоминает, - вздохнул он.

- Второго Нейбо не будет, - заверила Эл. - Дай только с Тиамитом встретиться.

- А-а-а! - Простонал Алик, и поднял глаза к серому осеннему небу. - Я знал, что снова буду это чувствовать!

- Что?

- Тревогу. Тревогу, Эл. С этого момента, я не смогу ждать спокойно. Ты - причина моих мучений, любовь моя, пусть тебе будет совестно.

- Мне уже совестно. Давайте встретимся и отпразднуем две свадьбы.

- Две. А кто еще? - удивился Алик. - У Димки тайная возлюбленная?

- Оля с Игорем. Ты же их сам женил.

Алик широко раскрыл глаза.

- Они не женаты. Это был трюк для отвода глаз. Ошибка.

- Тогда почему существует до сих пор юридический прецедент? Знаешь, что я обнаружила, когда искала их места жительства? Отметку в реестре браков. И мне показалось, что у них теплые отношения.

- Отношения может быть, но они уже не женаты. Игорь аннулировал брак.

- Он изменил бронирование кают на рейс, никто не может запросто развестись за полчаса до вылета. Они не подтвердили запрос. Я проверяла. Они женаты. А ну признавайся, что это была за авантюра?

- Эл. Я не хочу это вспоминать. Глупость.

- Алик ты, как глава экипажа заверил брачное соглашение, и называешь это глупостью. Да какой ты друг после этого.

- Эл, это была ошибка. Наша общая ошибка, только Ольга ни при чем. То есть при чем. И ты тоже причем. Это долго объяснять. Не хочу.

Ему было очень неловко. Он стал растерянным, взгляд страдальческим и виноватым.

- Ты лучше у Димки с Никой спроси. Это была их идея. А при ребятах, умоляю, Эл, ни слова. Ради наших хороших отношений, ради дружбы.

- Значит, это наш почитатель Шекспира устроил. - Эл имела в виду Дмитрия. - Хороша шутка.

Алик замахал руками.

- Ой, давай не будем в это вмешиваться. Пусть идет, как идет.

- Ладно. Я хотела как лучше. Я пытаюсь устроить нашу общую встречу, неловкость будет не к стати. Хорошо, порадуем всех позднее.

- Когда? - взмолился Алик.

- Дней через десять, по местному времени. Идет?

- Спрашиваешь!

Алик схватил ее, поднял на руки и подбросил. Потом поцеловал в щеку и произнес тоном суеверного человека.

- Ох, не к добру моя радость. Так бы и не отпускал тебя.

- Я проведу там все два месяца. Мне нужно уладить все дела сразу. Так что, если что-то напутаю потом, уж простите меня.

- Эл, я надеюсь, что обещание ты не забудешь, - намекнул он.

- Постараюсь.

- Что значит постараюсь?

Она поцеловала его. Он действительно нервничал. Эл думала, что мужчины относятся к подобным вещам иначе, проще, но, заметив озабоченность Алика, поняла, что он предает событию глубинное значение. Ей и самой не хотелось оставлять его, но единственный путь на остров, который был ей известен, лежал через другое время.

Глава 3

Дмитрий был прав, когда не поверил в безмятежное состояние Эл. Дома, среди суеты двадцатого века, шумных улиц, бегущих людей и житейских неурядиц Эл впадала в состояние отчужденности, и поэтому ее не захлестывал общий для всех поток суеты. Ничего в этой жизни не было, что могло бы ее удивить или расстроить. Не было прежней чувствительности, способностей, память прочно удержала жизнь рядом с владыкой, и еще более дальнее прошлое. Эл ни от чего не хотелось избавляться, все имело свою ценность, свое место, свое время. Суета обыденной жизни двадцатого века потому не касалась ее, что она ею не жила, не погружалась в нее, у Эл были иные заботы.

Она обожала бывать дома и следить, как ее приемная семья живет, казалось бы, скучной жизнью. Эл в этом видела особую гамму, особую мелодию, как сказал бы Игорь. Она смотрела на них с отстраненной улыбкой мудреца, однажды освобожденного от суеты опытом души. То, что имело ценность для них, уже не имело ценности для нее. Эл просто жила среди их забот, не принимая их так же серьезно, как они, помогая по мере надобности, не стремясь решить за них их жизненные задачи. Ее невозмутимость и равновесие создавали то особое пространство, о котором говорил Алик. Она хранила спокойствие и ненапряженную готовность к чему угодно.

Примерно в том же состоянии она жила и в будущем. Контракт с Космофлотом, сроком на год, позволил Эл немного вжиться в роль землянина. Она не заботилась о том, чтобы развенчать большинство выдумок о себе, не скрывала пиратский опыт и военные навыки, которые после миров владыки оказались не утраченными, почему бы не пользоваться ими, если в них была нужда.