Где рождается свет (СИ) - Лия Альман

— Дорогой Николаус, коли уж по маменькиному рецепту, не угостите ли вашим вкуснейшим штолленом? Больно он у вас ароматный, — она томно выдохнула и погладила крепкое плечо парня.

Тот окончательно раскраснелся и, ни слова не говоря, выскочил из дома как ошпаренный. Агнесса лишь рассмеялась вслед. Матушка укоризненно покачала головой, впрочем, плохо скрывая улыбку, взяла золотой и вышла вслед за пекарем. Вернулась в дом она уже с корзинкой, от которой исходил умопомрачительный аромат горячего хлеба.

— Садитесь, матушка, я уже нам трав заварила, — Агнесса поставила на стол широкие коричневые кружки.

— Милая, разве можно так с парнем? Он же влюблен в тебя, как дитя. Глаз не смеет поднять, а ты так жестоко с ним.

— Ну что вы, матушка! Я же в шутку. Как можно удержаться, когда он так робок, что это даже мило.

— Ты бы лучше присмотрелась к парню. Сколько в девах ходить будешь? Неприлично уже в твои лета, — упрекнула донна Берта.

— Нет, не могу так. Лучше одной всю жизнь, чем с нелюбимым. Вы же одна всю жизнь прожили и детей не нажили. Жалеете?

— Нет, не жалею, Агнесса. Судьба милостива, всегда дает нам то, что нужно. Вот мне тебя дала. Чего более хотеть?

— И ко мне будет милостива, матушка. Всему свой срок, — девушка потупила глаза и принялась ломать рулет, но проницательного взгляда донны Берты ей избежать не удалось.

— Что за мысли копошатся в этой прелестной головке? — ласково спросила женщина. Она настойчиво взяла Агнессу за локоть и заставила посмотреть в глаза. — Ты же знаешь, что можешь мне довериться?

Агнесса села на стул, глубоко вдохнула и быстро проговорила:

— Порою я чувствую себя так, будто не из этого мира.

— А из какого же? — глупо хихикнула донна Берта и подняла кружку. — Судьбой нам только один мир и дан.

— Да, матушка, я знаю. Но… не бывало у вас такого, что тела своего не чувствуете? Или, — Агнесса замешкалась и понизила голос, — будто душа витает где-то. Словно ее от тела отделили? Или будто вы сейчас на самом деле не здесь, не на этом самом стуле сидите, а где-то в другом месте? А тут только ваша часть, затерянная без времени и места.

— Ой, милочка, — всплеснула руками женщина, едва не опрокинув чай. — Ты мысли эти гони от себя. Нехорошие они. Я-то, дело ясное, тебя не выдам, но ты не говори никому больше, не откровенничай. Не ровен час, Хранители нагрянут. Не гневи Судьбу.

— Да, матушка. Ваша правда. Глупости это все, вы в голову не берите, — Агнесса натянуто улыбнулась, отпила из кружки и поторопилась сменить тему: — Матушка, а на ярмарке-то какая красота была! Торговцы отовсюду прибыли! Шерсть добротную с гор привезли. Уж я и вам, и маменьке, и себе платки прикупила. В холода хороши будут. А шелка! Ах, какие там были шелка! Вовек налюбоваться невозможно. Особенно один таким был восхитительным, будто из пены морской соткан. Нежен, как летний ветерок.

— И откуда же такое чудо привезли? — восхитилась женщина, глаза ее загорелись.

— Торговка сказала, что с другого конца мира приехала. Цирен…Зорен… Цзяорен! Точно! Так и назвалась. Сказала, что она из цзяорен. А мне, матушка, так стыдно стало за невежество свое, что я и не спросила даже, где это. Глупая я, да?

Донна Берта добродушно улыбнулась и погладила руку Агнессы.

— Ты самая умная и хорошая девушка из всех, что я знаю. Если бы у меня был сын, я бы желала ему такой жены.

— Ой, матушка! Как хорошо, что вы не жена пекаря!

Женщины залились задорным смехом.

Глава 4

Самолет начал плавное снижение. Диана достала из сумочки пару мятных леденцов и протянула один Максу.

— Почему ты всегда берешь мятные? — спросил он.

— Не знаю. Привычка. Тебе не нравятся?

Макс отрицательно помотал головой.

— Больше не буду, — пожала плечами Диана. — Сказал бы раньше.

Она проверила режим на телефоне, закрыла глаза и откинула голову назад. Все время полета из мыслей не выходило последнее совещание компании. Она прокрутила его в памяти не меньше сотни раз, пытаясь понять, что на нее нашло. Акционеры вполне прозрачно намекнули, что хотят поставить на ее место кого-то нового. «Со свежими идеями», — как выразился лысый пузан, будучи сам давно не первой свежести. Но вместо того, чтобы бороться за компанию, за свое детище, работу многих лет жизни, Диана просто отступила. В ушах стоял собственный голос: «Я передаю управление компанией». Какого черта? Кто дернул ее за язык? Как будто говорила не она, а кто-то другой в ее теле. Будто ею управляли, словно марионеткой. Как же это бесило!

Диана не сомневалась в безумстве поступка, о котором непременно пожалеет, но успокаивала себя тем, что такое стечение обстоятельств ей на руку. В конце концов, невозможно разобраться со своей жизнью, если торчать в офисе круглые сутки.

Самолет приземлился. В иллюминатор Диана увидела мелкую морось и поморщилась: настроение и без того оставляло желать лучшего. Макс достал с верхней полки вещи.

— Ты идешь? — он вопросительно посмотрел на жену.

Диана встала и молча направилась к выходу.

***

На то, что Амин будет их встречать, никто не рассчитывал. Диана не сомневалась, что забот у него предостаточно. К тому же было бы неправильным оставлять малышку Маргу одну дома, равно как и везти ночью в аэропорт. Поэтому, увидев друга в зале встречающих, Диана очень удивилась и даже немного рассердилась.

— Зачем ты приехал? Мы бы и сами нормально добрались! — вместо приветствия выпалила она.

— И я рад тебя видеть, — устало улыбнулся Амин.

Диана тут же почувствовала неловкость и немного оттаяла. Макс молча обнял друга.

— Я не слишком удачно припарковался, поэтому пойдем скорее.

Уже в машине Амин рассказал, что дочка сейчас у родственников Сильвии, а он не мог больше оставаться в пустом доме.

— Никогда не думал, что тишина может быть такой громкой. Вот и решил приехать вас встретить, чтоб только там не сидеть, — подытожил он.

Почти всю дорогу царило напряженное молчание. Слова казались или слишком банальными, или совсем неуместными. Диана хотела спросить, почему Амин ничего не рассказал им про болезнь жены, но почему-то не могла выдавить из себя вопрос.

— Во сколько похороны? — поинтересовалась она вместо того, что волновало на самом деле.

— Завтра в полдень в часовне на окраине. Вы ее, наверное, помните. Мы там поженились, — Амин шумно сглотнул и сильнее вцепился в руль.

— Мы можем чем-то помочь тебе? Может, что-то по организации? — участливо спросил Максимилиан.

— Нет, спасибо. Все уже готово. Осталось