Пустая кровь - Интерробанг

сокровищами Алгара, а видишь ли ты их здесь? — с этими словами Мелания вопросительно обвела рукой пустую часть зала.

— А какое отношение это имеет к происходящему?

— Так вот, не видишь. А это неправильно. Мы с тобой договоримся так: езжай-ка ты в Алгар, добудь мне любым способом сундука три, а лучше четыре, драгоценных камней, и я отпущу твою ненаглядную в целости и сохранности на все четыре стороны. Я тебе и Лягоса дам, на нём вмиг домчишь. Ну что, по рукам? — Герцогиня доброжелательно улыбнулась.

— Не обманете? — Каптум недоверчиво перевёл взгляд на фею, но та уже совсем поникла в руках стражников и только тихо плакала.

— А зачем? Мне эта фрейлина не нужна, а вот камушки очень пригодятся. Алгар-то от четырёх сундуков не обнищает. Ну что, согласен?

— Будь по-Вашему, — ответил кхарб и вышел не прощаясь.

За спиной послышались разговоры на повышенных тонах, но в их суть он не стал вникать и просто решительно двинулся к предложенному средству передвижения.

Лягос оказался гигантским зайцем с уже прикреплёнными по бокам от спины с пустыми сундуками. Мелании пришлось выделить для Каптума фею-стража, который помог бы с ориентированием на местности и довёз до Алгара. Дорога была неблизкой, но, понимая, ради кого он это делает, герой позволил себе лишь одну длинную остановку со сном и отдыхом непосредственно перед прибытием в королевство, чтобы набраться сил и продумать план, как добыть сокровища. Изгнанный, он мог проникнуть в родные земли, только снова бросив вызов отцу. Силы были неравные, но если была хоть какая-то возможность помочь его фее, то упускать её было никак нельзя.

Вся королевская знать была взволнована возвращением «Тёмного сына».

— Что изменилось, раз ты захотел сразиться? — встретил его вопросом отец.

— Теперь есть, ради кого, — ответил Каптум.

— Тогда я принимаю бой, — сказал Король Алгара. Он узнал в сыне взгляд молодого себя, готового на всё ради любви. Возможно, именно теперь у него появился первый достойный противник. — Разрешишь твоей матери не присутствовала? — спросил отец как-то по-семейному.

— Да, конечно. Тоже думаю, что ей там не место, — с облегчением сказал Каптум. Они пожали друг другу руки.

Амфитеатр шумел пуще прежнего. Собрались все кхарбы, жаждущие кровавого зрелища. И сегодня их желание исполнится. С трибун доносились выкрики то ли поддержки, то ли проклятий. Некоторые же изначально не занимали ничьей стороны, а лишь собирались поздравить победителя, кем бы он не оказался.

Вот на противников надели браслеты, блокирующие магию. Казалось бы, вокруг всё по-прежнему, но эта битва должна была стать другой. Изменился сам Каптум. Варианта проиграть для него не существовало: ведь тогда он никогда больше не увидит свою фею. Но самое страшное — она останется сидеть без крыльев в каком-то сыром подвале до самой смерти. Он должен победить.

Король вновь встретился с сыном взглядом. Теперь напротив стоял взрослый соперник, который, несмотря на юный возраст, знал, на что идёт и ради чего. В его глазах читалась решимость и готовность убивать.

Прозвучал гонг, оповестивший о начале битвы. Противники схватили мечи и бросились друг на друга. Вот только в этот раз каждый из них понимал, что не остановит атаку. Тренировки не прошли даром. Как противники они знали друг друга слишком хорошо. Оставалось рассчитывать лишь на подарок судьбы: ошибку соперника, усталость, случайность. Их бой был похож на танец, где то и дело менялась роль ведомого. В металле мечей мелькали отблески разноцветных сталактитов, придавая схватке большей зрелищности. Отражая один удар за другим, они двигались по арене, приводя в восторг и без того заведённую публику. Трибуны ревели, то и дело меняя фаворитов: вот король сделал удачный выпад, но Каптум успел вовремя отскочить, а вот и сам юный кхарб почти угодил отцу в область сердца. Новый замах отца оставил рану на ведущей руке юноши, но эта боль лишь придала ему пущей ярости. Он не мог допустить и мысли о своём поражении. Подгадав момент, Каптум упал на колени и вскинул меч перед замахивающимся королём. Воцарилась тишина, которую нарушали лишь сдавленные хрипы. Зелёная кровь разлилась по полу. Король пропустил удар. Теперь у Алгара новый король.

Следуя традиции, Каптум сбросил тело отца в ущелье. На голове начали расти рога, разрывая кожу и всё сильнее разветвляясь. Энергия жизни всех предыдущих поверженных королей теперь текла по его венам. Сил оказалось так много, что его организм не выдержал. Каптум уснул, и подоспевшая мать позаботилась о том, чтобы его никто не тревожил.

Через несколько дней он проснулся с четырьмя рогами на голове. Он осознал, что является сильнейшим из ныне живущих, оставалось лишь узнать, в чём заключалась его способность. Но с этим можно разобраться и позже, сейчас главное — фея.

Шляпа ему стала не нужна, но по привычке он всё же захватил её с собой и, набив сундуки драгоценностями, отправился в Альстормерию. Когда Каптум приехал на место, то не поверил своим глазам. Вместо плодородных полей его встречали выжженные земли и закопчённая крепость. Ворота были открыты, стражей не было. Каптум проследовал в главный дворец. На площади люди разбирали поломанные свадебные декорации. В центре стояла обугленная венчальная арка, что, конечно, зародило в его голове вопросы о происходящем, но сейчас на них не было времени. Засмотревшись на тлеющую под ногами фату, он врезался в мужчину-фея. Тот вёл за собой одну из дочерей герцогини фей. Наплевав на все нормы приличия, он затряс её, что было сил со словами: «Где она?» Дочь герцогини всё поняла и указала в сторону камер.

— Та-там… Через главный вход, первая дверь налево, потом ещё раз налево и по ступенькам вниз, — произнесла она, чуть дрожа.

Несмотря на испуг, девушка жестом показала спутнику, что Каптума лучше не трогать. Услышав то, что хотел, кхарб бросил свои сундуки и помчался в подземелье. Стражей там не было. Подобрав брошенные на ступеньках ключи, он отпер металлическую дверь, ведущую в тюрьму. Глаза быстро привыкли к темноте, но в обгоревшем подвале сложно было разглядеть кого-то живого. В нос бил резкий запах гари.

— Фея? — решил позвать он, но никто не отозвался.

Страшная догадка поразила его. Трясущимися руками он с трудом открыл ближайшую камеру, на полу которой лежало неподвижное тело. Он подошёл ближе и выдохнул. Не она. Но одна догадка сменилась другой. Подземелье состояло из закрытых камер с маленькими окошками под потолком. Всё находившееся здесь живое задохнулось от дыма. Вряд ли во время пожара кому-то было дело до преступников, все спасали собственные жизни. Оставалось лишь забрать отсюда