Королевские игры (СИ) - Million Tales

— А ты умеешь поражать внешним видом, — с хитрой усмешкой вытаскивая из моих спутанных волос какую-то тростинку, заметил странный незнакомец.

— Пропусти меня! — раздражённо прошипела, стараясь проскользнуть мимо огромного, как скала мужчины на свободу.

— А если нет, то что? — азартно промурлыкал чужак бархатистым баритоном. Ощущая себя ополоумевшим держащим кроликом, испуганно застывшим напротив огромного удава, пыталась придумать достойный ответ.

— Громко закричу? — тихо пробормотала, облизывая внезапно пересохшие губы.

— И разбудишь всю округу? Я бы с удовольствием посмотрел на это представление! — рассмеялся довольный собой незнакомец.

— Что тебе от меня нужно? — раздраженно проворчала, слегка прищурившись.

В ответ мужчина только рассмеялся, удивлённо пожимая широкими плечами.

— А ты забавная! — неожиданно признался, всё-таки отступая на несколько шагов назад.

— Сама от себя в бешеном восторге, — тихо пробурчала под нос, стараясь побыстрее скрыться от странного мужчины и слишком остро ощущая пронзительный взгляд на своём затылке, только от которого во рту резко пересохло, а кровь отчаянно пульсировала в висках.

Глава 5

От лица Лиама

Тревожно вымеряя бесшумными шагами заполненный разномастными придворными зал, нервно ожидал долгожданную возможность лицезреть повелительницу четырёх стихий. Перед официальным приёмом ужасно хотелось хоть краем глаза взглянуть на великолепную девушку, о неземной красоте которой слагают многочисленные песни. Именно прекрасная принцесса была упомянута в пророчестве как моя истинная суженая, если старик Теодор ничего не напутал, конечно. Правда, ради руки наследницы престола придётся участвовать в варварских королевских играх, но подобные трудности никогда не останавливали меня. Но почему же в самый ответственный момент сейчас мысли отчаянно путались, а в голове ярко вспыхивал только образ необычной простолюдинки, случайно встреченной на захолустном постоялом дворе? При жгучем воспоминании о залитом краской безупречном лице, обрамленным яркими как пылающий огонь растрёпанными волосами стало сложно дышать в излишне тесном сюртуке, а спина покрылась холодным потом. Буйная волна сожаления о том, что даже не смог узнать имя таинственной незнакомки, нахлынула на меня как разрушительное цунами.

«Хотя, что бы мне дало это знание?» — иронично уточнил у самого себя, отчётливо понимая, что вероятность снова хоть мельком увидеть красотку с восхитительными стройными ножками, элегантно растянувшеюся на телеге с кочанами капусты и кабачками стремиться к нулю. Поэтому разумнее было бы сразу забыть об удивительной малышке с нежной фарфоровой кожей и опьяняющим ароматом спелых яблок и с огромными голубыми как чистое, безоблачное небо глазами, особенно накануне свидания со своей «судьбой».

— Её Высочество принцесса Эмили, — громогласно объявил выпятивший грудь церемониймейстер, гордо раскрывая высокие резные двери.

Спустя несколько безумно длинных минут бледная как моль белокурая девушка с правильными чертами лица, надменно задравшая подбородок наверх, плавно запорхнула в тронный зал, сияя фальшивой улыбкой.

С трудом подавляя жгучее раздражение, молчаливо уставился на свою «истинную пару», страстно мечтая лично повесить лживого Теодора на крепостной стене. Брюзгливое выражение холеного лица принцессы значительно усиливалось благодаря скривлённым тонким губам и абсолютно бездушным как у рыбы глазам.

Сверкая целою россыпью брильянтов на откровенно пошлом платье, тщательно обтягивающим довольно заурядную тощую фигурку, принцесса надменно повела почти полностью общипанными бровями, горделиво проходя мимо меня. Чуть не поморщившись от ужасно приторного парфюма, мгновенно забивающего лёгкие, постарался растянуть губы в вежливой улыбке, с трудом представляя, как же мне теперь выпутаться из этой ужасной ситуации.

«Слухи о неземной красоте были слегка преувеличены», — признался самому себе, пытаясь выдумать хоть один способ сию же секунду покинуть королевские игры и забыть происходящее как страшный сон.

В лучшем случае могут быть распущены слухи о беспрецедентной трусости, что, в принципе, не казалось серьёзной проблемой. Но в пессимистическом варианте подобный шаг мог расцениваться как открытое объявление войны между нашими королевствами.

Разрази меня все стихии сразу, что же мне делать? Мог бы теперь заставить себя забрать «главный приз», даже успешно победив в ужасных состязаниях?

Раздумывая над кошмарной ситуацией, поторопился поскорее скрыться в разноцветной толпе придворных, проклиная свою непроходимую тупость. Зачем надо было срываться из дома и мчаться на встречу с повелительницей четырёх стихий только из-за глупого пророчества? Чего же ожидал от надменной избалованной принцессы, которая скоро будет хладнокровно взирать на кровавое побоище, организованное в её честь? Ощущая себя жертвой чудовищной ошибки, крепко сжал ладони в кулаки настолько сильно, что костяшки пальцев жалобно хрустнули.

От лица Сары приблизительно в это же время.

Размеры королевской кухни безумно поражали своей масштабностью. Да что там, даже плита казалась значительно больше, чем жалкая каморка, которую мы делили дома вместе со сводной сестрой. Скупо освещённые светлые стены были покрыты бесчисленной утварью: чугунными сковородками, медными кастрюлями, всевозможными сотейниками, дырявыми ситами и дуршлагами и даже воронками. А от разнообразия разделочных досок, скалок, толкушек и лопаточек вообще голова шла кругом. Тем временем суровая кузина дядюшки Сэма монотонно перечисляла список обязанностей, грозно скрестив руки на массивной груди.

— Работа от раннего рассвета до самого заката, часто без перерыва на обед. Выходных на время королевских игр не предусмотрено в связи с огромным количеством гостей, со всех концов света, заполонивших замок под завязку, — от слов пожилой женщины сердце тревожно забилось в грудной клетке раненой птицей, так как это значило, что у меня не будет возможности даже мельком увидеть Эшли с трибуны, — Но за это будет оплачено в двойном размере, сначала я вас поставлю на мытьё посуды, потом постепенно буду бросать на разные работы.

Похоже, что только что меня успешно взяли отскребать бесконечные сковородки от пригоревшей еды и жира, но зато был небольшой шанс тайно плюнуть в кашу Её Высочеству принцессе Эмили, если очень повезёт, такая себе месть, конечно, но хоть что-то. Странное предчувствие, что наглый незнакомец с пронзительными глазами цвета кипящей ртути тоже был очередным кандидатом на руку лучезарной принцессы, внезапно сжало грудь словно тисками от обиды настолько сильно, резко стало больно дышать.

— Здесь готовят для всех, даже для участников состязания? — хрипло уточнила, с трудом узнавая свой голос.

— Не для всех. Простолюдинов сейчас заселяют в казармы, там кухня попроще. Не переживай, нам и без этих бедолаг работы достаточно, так как нам приходится кормить всех остальных пять раз в день. Ради многочисленных гостей открыли даже западное крыло и Башню слоновой кости, давно такого не было, — взволнованно запричитала тётушка Эстер.

После долгого разговора нас с сестрой провели в крошечную каморку на чердаке, где помимо старой запылившейся мебели для временных работников были спешно были раскиданы ветхие матрасы и дырявые тюки с соломой. Осторожно протолкнувшись к небольшому окошку, через которое можно было рассмотреть маленький кусочек неба с яркими звёздами, до боли ущипнула себя за руку, отчаянно мечтая поскорее проснуться и понять, что происходящее является всего лишь жутким кошмаром.

Глава 6

Спустя бесконечно длинную неделю, бездарно потраченную на кухне королевского замка, позвоночник ломило тупой болью, резко отзывающейся в пояснице. Изящные когда-то белоснежные пальцы покрылись отвратительными мозолями от постоянной чистки и резки различных овощей и мяса, а от вкрадчивого запаха без остановки готовящейся еды мутило. Но все мысли были заняты только тем, что вслед за грандиозным открытием, сопровождавшегося великим пиром, королевские игры начались, поэтому каждый вечер после финального удара гигантского гонга торжественно оглашали имена выигравших и проигравших бойцов в отборочном туре для простолюдинов. Но был и ещё один список, в котором особенно страшно было бы услышать об Эшли. За несколько дней в кулачных боях погиб только один человек, и, слава всем стихиям, это был не Эшли. Ещё мысли сами собой возвращались к белобрысому хаму, встреченному по дороге в столицу. На простолюдина с иголочки одетый щёголь похож не был, но в следующих турах состязаний его имя тоже могло быть также бесцветно объявлено после финального траурного гонга. И от ужасного осознания, что я больше ничего не узнаю о дальнейшей судьбе, сворачивало внутренности в тревожный комок, заставляя содрогаться от любого резкого шороха. Но больше всего меня пугала улюлюкающая толпа, довольный гул которой не стихал с раннего утра до поздней ночи. Жажда крови буквально витала в застывшем воздухе, даже многочисленные напомаженные лакеи, шустрые поварята и надменные горничные, частенько заглядывающие на кухню за бутылочкой игристого с пикантными закусками для своих высоко почтённых господ, азартно спорили, делали ставки и постоянно обменивались свежими сплетнями: