Личный аптекарь императора. Том 8 - Егор Золотарев

кто явился! — всплеснул руками Федя Размыслов. — И где же тебя черти носят? Ты что не понимаешь, что мы одна команда и должны готовиться вместе?

Он строго посмотрел на меня. Остальные тоже бросали взгляды полные укоризны, отмывая в глубоких раковинах лабораторную посуду.

— Прошу прощения, постараюсь больше не пропускать, — ответил я, прижав руку к груди.

— Ага, так мы тебе и поверили, — пробурчал Прохор. — Зря тебя ведущим магом поставили. Проиграем мы турнир.

— Времени достаточно. Успеем подготовиться, — с уверенностью в голосе произнёс я.

— Ты вообще в курсе, что в этом году хотят построить лабиринт? — Влад подошёл ко мне, вытирая махровым полотенцем посуду для смешивания сухих веществ.

— Нет. В первый раз слышу, — признался я и вспомнил, что опоздал на занятие, во время которого декан рассказывал о новых правилах проведения турнира и новых испытаниях. — Что за лабиринт?

— Точно неизвестно, из чего он будет сделан, но там будут ловушки и загадки, которые мы должны будет преодолеть, чтобы найти ингредиенты. В общем, я считаю, что так не честно!

Он возмущенно швырнул полотенце в мусорное ведро, но тут же спохватился и вытащил его оттуда.

— Что же тут нечестного? — пожал плечами Федя, убирая свои светлые длинные волосы в хвост. — Я бы вообще каждый год новые испытания придумывал.

— Получается, что мы сейчас зря выполняем задания с прошлых турниров. Нам всё равно они не попадутся, — буркнул Влад. — Лично я терпеть не могу сюрпризы. Как хорошо, когда всё предсказуемо! А теперь мы должны переживать и волноваться из-за этого треклятого лабиринта. А вдруг они туда маназверей запустят?

— Всё может быть, — согласился Федя. — Но тем интереснее. Лично я только за нововведения. Это же так круто!

В его глазах загорелись огоньки азарта.

Я его поддерживал, но, чтобы не настраивать против себя Влада и тех, кто не хотел изменений, предпочёл промолчать.

Сняв пиджак и надев белый халат, принялся помогать мыть лабораторную посуду. Работа нудная и неинтересная, но я не мог отказаться. Так бы я ещё сильнее настроил их против себя, а ведь Федя Размыслов прав — мы одна команда, и всё должны делать вместе.

Впрочем, как и нести ответственность за проигрыш и гордиться выигрышем. Я всю свою прошлую жизнь предпочитал одиночество, поэтому временами меня напрягало такое огромное количество людей вокруг, с которыми я был вынужден общаться. Но, с другой стороны, мне это нравилось. Пожалуй, я был неправ, когда отказался от близкого общения с людьми, ведь, кроме алхимии, есть и другая жизнь. И она приносит мне гораздо больше удовлетворения, чем бесконечные эксперименты.

Перемыв посуду, я велел команде оставаться в лаборатории, а сам поднялся на второй этаж в деканат. Секретарша исподлобья взглянула на меня и снова уткнулась в журнал с именами студентов.

— Клавдий Тихомирович у себя? — спросил я.

— У себя, но никого не принимает, — сухо ответила она.

— Почему?

— Работает.

— Ясно. А вы можете доложить обо мне?

— Нет.

— Почему?

— Работаю.

Фух-х-х, как же тяжело с ней. Такая вредная, что хочется взять пожарный шланг и привести её в чувство мощной струёй ледяной воды.

Я постучал в дверь и, только услышав «Войдите», открыл дверь. Декан сидел за столом и перелистывал толстый фолиант инструкции.

— Александр, приветствую. Присаживайтесь, пожалуйста. Только подождите минутку. Мне надо кое-что выяснить, пока не забыл.

Я сел на мягкий стул с высокой спинкой и принялся ждать. Декан перевернул очередную страницу, и я мельком увидел схематический рисунок лабиринта.

— Это случайно не лабиринт, который будет на турнире? — уточнил я.

— Он, — кивнул декан. — Только проектировщики сюда столько всего насовали, что я удивляюсь, зачем вообще это нужно.

Он облизал пересохшие губы и потянулся к графину с водой, стоящему на краю стола.

— Испытания придумывает не академия?

— Ни в коем случае, ведь тогда каждая принимающая академия будет делать испытания под себя. Шансов на честные состязания сведутся к нулю, — ответил декан, сделал два больших глотка и вернулся к инструкции. — Все испытания придумывают в Верховном Магистратстве знаний. Только подготовкой мы сами должны заняться. А-а-а, так вот она где.

Она нашёл то, что искал. Переписав информацию на листок, он с интересом посмотрел на меня.

— Что вы хотели?

— Побольше узнать о лабиринте.

— К сожалению, нам запрещено рассказывать о том, что конкретно будет на турнире, — покачал он головой, затем взглянул на дверь и заговорщически проговорил. — Но вам могу по большому секрету открыть кое-какие подробности.

Он подался вперед, посмотрел на меня поверх своих очков и вполголоса продолжил?

— Сам лабиринт мы вырастим из манароса. За каждым поворотом будет либо ловушка, либо испытание, поэтому осторожно заглядывайте за углы. Вам предстоит не только найти все ингредиенты для создания лекарства, но и успеть выбраться из лабиринта как можно быстрее и в полном составе, иначе испытание не будет засчитываться.

— А из какого манароса?

— Плетенник стражевой. Слышали о таком?

— Да, конечно. Обычно они растут такой плотной стеной, что через них можно пробиться только с помощью мачете.

— Верно. Из них нам с Олег Николаевичем предстоит вырастить лабиринт, который будет находиться за оранжереями. Если у вас найдётся свободное время, то будем рады любой помощи.

— Можете на меня рассчитывать. Я вам помогу, — заверил я, попрощался и вышел.

Команда не разошлась и дождалась моего возвращения. Я рассказал о том, что узнал. Они поддержали мою идею помочь с лабиринтом, ведь тогда мне будет известно гораздо больше, чем нашим конкурентам из другой академии. Я не мог упустить такую возможность.

Как только вышел из академии, заметил через дорогу машину тайной канцелярии. Роман Дмитриевич открыл окно и махнул мне рукой, подзывая.

— Нашли что-нибудь? — спросил я, когда сел к нему в машину.

— Нашёл, — он вытащил носовой платок и развернул его.

— Пуговица?

— Да. Она лежала на полу тайного прохода. Оторвалась во время бегства.

— Отлично! — я забрал платок с пуговицей и убрал в карман.

— Хотел забрать что-то из одежды, но всё выстирано и отглажено. Карманные часы и те личный слуга каждый раз протирает и убирает в шкаф под стекло. Трудно найти вещь, к которой он бы один прикасался. Правда, один из слуг подсказал, что Борис никогда не расстается с кольцом с гербом-печаткой, но его он с собой унёс.

— Думаю, пуговицы будет достаточно.

— Что ты намерен делать? Снова ведьминские штучки? — понизив голос, поинтересовался он.

— Не совсем. Хочу показать знакомому следопыту, — я не стал вдаваться в подробности.

— Ясно. Как всегда полон тайн, — улыбнулся он и взглянул на часы. — Мне пора возвращаться. Мы уже нашли цепочку, которую планомерно раскручиваем. Только сыворотка твоя