Грани Нижнего Мира - Олег Авраменко

— Ты и не мог заметить, потому что не присутствовал при Прорыве. Их особая сила проявляется лишь по мере необходимости, а когда в ней нет нужды, исчезает, словно её никогда не было. Она не оставляет никаких следов в магической ауре, её нельзя обнаружить, пока она не действует.

— И в чём же её суть? — осмелев, спросил Сиддх. Он уже понял, что откровенность Велиала была спланирована наперёд, а не вызвана сиюминутным настроением, и потому повелитель не сочтёт его вопросы, заданные по делу, дерзким и неуместным любопытством. — По каким признакам её можно обнаружить?

— Насчёт этого не беспокойся, — сказал Велиал, — её ты ни с чем не спутаешь. Прежде всего, в этой силе нет ни грамма агрессивности, её действие обращено исключительно на своих носителей. Она связывает их воедино, фактически превращает двух человек в одно целое. Надеюсь, ты слышал легенды о многоглавых гидрах, у которых вместо отрубленной головы немедленно вырастает новая?

— Да, повелитель, слышал.

— Вот то-то же. Здесь нечто подобное. Во время Прорыва Владислав погибал три раза, и всякий раз жена возвращала его к жизни. Сама же Инга получила девять смертельных ударов, но рядом с ней был муж, который спасал её от гибели. А убить их одномоментно не удавалось — по той простой причине, что одномоментности в природе не существует. Сколь ни мал был временнóй промежуток между двумя смертями, он всё равно существовал, и его оказывалось достаточно, чтобы Инга и Владислав успели помочь друг другу. Это происходило чисто рефлекторно и так стремительно, что они, похоже, сами ничего не замечали.

— Похоже на то, повелитель, — согласился потрясённый Сиддх. — Иначе бы я знал. Ведь в своё время они безгранично доверяли мне.

— Таким образом, — продолжал Велиал, — со своей силой они подобны двуглавой гидре — очень живучей и быстро регенерирующей. Их сила продолжает действовать даже тогда, когда они теряют сознание — вот почему я не приказал тебе сначала наслать на них крепкий сон, а потом убить. Тем не менее, у неё есть свои, если можно так выразиться, слабые места. Во-первых, она проявляет себя только в случае непосредственной угрозы жизни, а при всех прочих обстоятельствах бездействует. Во-вторых же, её эффективность пропорциональна степени близости её обладателей; иными словами, они неуязвимы лишь до тех пор, пока крепки связывающие их узы.

— И вы задействовали Сандру, чтобы ослабить эти узы, — догадался Сиддх.

— Вот именно. Я не был уверен и до сих пор не уверен, как отреагирует их сила на попытку подчинения — окажет сопротивление или останется пассивной. Многое свидетельствовало в пользу второго варианта, но стопроцентной убеждённости у меня не было. Так что я предпочёл не рисковать. Сандра подвернулась очень кстати, и хотя ей не удалось поссорить Ингу с мужем, их отношения несколько охладели. К сожалению, тогда я не смог воспользоваться этим.

Велиал замолчал, налил в чашу немного крови и не спеша выпил её. На сей раз Сиддха он не угостил.

— От своих планов я не отказался, — вернув чашу на стол, вновь заговорил повелитель. — Владислав и Инга обладают слишком большим потенциальным могуществом, чтобы позволить им оставаться в стане наших врагов. В этом направлении я предпринимаю определённые шаги, о которых тебе знать не нужно. У тебя будет другое задание. Ты должен разыскать Сандру и её ребёнка.

Сиддх вопросительно посмотрел на Велиала:

— Но как, повелитель?

— Ты вернёшься на Грани. Такие слуги, как ты, сейчас нужны мне там, а не здесь.

— Я стану Чёрным Эмиссаром?

— Нет, в этом обличии ты не справишься с заданием. Эмиссар не может переходить с Грани на Грань, он не способен собственноручно сразиться с противником, его легко разоблачить и уничтожить. Это наблюдатель и провокатор, а ты мне нужен в качестве бойца. Я дам тебе настоящее человеческое тело, ты вновь станешь смертным земным человеком и продолжишь свою службу на Гранях.

От волнения у Сиддха перехватило дыхание.

— Как же так?… О, повелитель! Разве это возможно?

— Да, Виши, возможно. Это наша новейшая разработка. О ней знают лишь Хозяева, несколько высших слуг, включая Женеса, а также двенадцать низших, которые уже совершили подобное воплощение. Ты будешь тринадцатым — счастливое число. В поисках девчонки тебе поможет то обстоятельство, что она по-прежнему защищена перстнем Бодуэна — если бы над ней произвели экзорцизм, Женес, как её бывший кукловод, почувствовал бы это. Как я понимаю, во время беременности Сандра не решалась на такой шаг, боясь навредить ребёнку, а теперь, когда её прячут от меня, экзорцизм не проводят из боязни выдать её местонахождение. Или, быть может, у кого-то из тамошних умников появилась идея, как освободить девчонку от одержимости, не лишив её колдовских способностей. Но как бы то ни было, это существенно облегчит твою задачу — ведь прежде перстнем владел Женес, и на нём остался его отпечаток. К сожалению, этот отпечаток слишком слаб, чтобы почувствовать его отсюда, он ощутим только на Гранях. Сам Женес разыскал бы Сандру в два счёта, но попытка вернуть его в смертное тело не увенчалась успехом. За свою долгую карьеру он исчерпал все ресурсы земной жизни, так что путь на Грани для него закрыт. Поэтому я решил послать тебя, поскольку ты знаком с девчонкой. Перед воплощением тебе будет имплантирована частичка ауры Женеса, с помощью которой ты сможешь найти перстень — а значит, и Сандру. Что скажешь?

— Я готов, повелитель!

— И у тебя не будет никаких пожеланий насчёт нового тела? — лукаво осведомился Велиал. — Год назад, получая своё нынешнее, ты не посмел обратиться ко мне с просьбой и согласился на то, которое тебе предложили. А зря… Но так уж и быть, на сей раз я не буду ждать, пока ты сам попросишь. Я сделаю тебе подарок — в вознаграждение за твою верную службу.

Глава 2

Марк и Беатриса. Торнинский тракт

Когда карета подъезжала к краю «лоскута», Беатриса высунулась по грудь из окна правой дверцы и посмотрела назад, где за аркой портала стояли её родители. Она помахала им рукой, отец ответил ей взмахом своей шляпы, а мать послала вслед уезжающим детям воздушный поцелуй.

Спустя несколько секунд карета въехала на следующий «лоскут» и исчезла из поля зрения барона и баронессы фон Гаршвиц. Беатриса подняла стекло на окне, оставив лишь узкую щель вверху для доступа свежего воздуха, и присела на своё место рядом с братом. Марк сжал её руку и ободряюще улыбнулся. За последние четыре года они уже привыкли к длительным разлукам с отцом и матерью, и тем не менее всякий раз им было грустно покидать отчий дом, родную Грань Нолан и на долгие девять месяцев уезжать на чужбину.