Во-первых, это красиво - Марика Коротаева

Занавес.

Магия мужского общения…

(Папа – 45–50 лет,

сын Кирюша – года 4)

6 ноября 2017 года

«Пиши обиды на песке…»

«Пиши обиды на песке…»

В основе обиды лежит гордыня, один из семи смертных грехов. Люцифер обиделся на Бога, именно он открыл этот ящик Пандоры.

Обидчивые люди хронически несчастливы. С этим багажом они не расстаются, наоборот – срастаются. По пути останавливаются, садятся, открывают котомку – и давай перебирать: мама любила младшенького больше, дети в саду побили, старшая сестра запирала в подвале, отец бил в детстве, муж ушёл к другой, начальник не оценил, соседка обидела, дочь перечит, внуки забыли…

Обида – это не чувство, это мысли.

Идеально – запускать мультики про обиду в голове, желательно утром и вечером, для закрепления. Каждый раз, огорчаясь и страдая, можно перейти в хроническую фазу в ускоренном режиме. Желательно параллельно накручивать себя сознанием собственной никчёмности, по-детски смакуя неудачи и отчаянно жалея себя.

С обидой можно договориться. Самые продвинутые знают, когда окрашивать другого в тёмные цвета своего праведного гнева, а когда ещё не время.

Обида чем хороша: если нет свежей, всегда можно откопать что-нибудь из старья, стряхнуть пыль и «раскурить».

В обиде нет воли, есть поражение, немного манипуляции и анестезия.

В обиде всегда есть вторичная выгода: гнев и жалость к себе помогают отстраниться, перевернуть страницу, выстроить стену и при необходимости раскрутить колесо самовлюблённости в другую сторону.

Обида всегда вытесняет ответственность, неизбежно тянет на дно, делает тяжелее, неповоротливее и беспомощнее. Колоссальный убыток энергии.

Меняются люди, ситуации, время идёт, а привычка обижаться остаётся. Человек смотрит на себя и на мир через обиды, он – жертва. Обида обессиливает.

Рецепт: прощайтесь с ними по одной.

Открыть и вытряхнуть сундук сложно, вес большой: надорваться можно и просветлеть внезапно. Прощайте что-нибудь кому-нибудь раз в неделю, по пятницам, к чаю, например…

Это чувство родом из детства. Возможно, стоит начать раскручивать маховик с того же времени, амнистируя в хронологическом порядке.

Глядишь, к Рождеству и попустит, народится новый человечек.

1 декабря 2017 года

Без маски

«У вас ус отклеился»… Или новогодний coming out, пока город спит…

Лицемерие – «мерить лица», примерять на себя образы других людей. Лицедейство – вживаться в роль до сращивания с маской, идти к цели и срывать аплодисменты!

Зал встаёт. Ты выходишь, снимаешь маску, кланяешься.

Получаешь «Оскара» за лучшую роль второго плана.

В жизни чуть драматичнее. Играть нужно себя, максимально хорошо. Аплодисменты будут негромкими. Наград ждать не приходится. Зрителей немного, но все – лица заинтересованные.

Всё остальное – создание иллюзий, лицедейство и ложь.

Ты смотришь со стороны, как складываются отношения твоего «героя» с другими участниками. Огорчаешься, когда к нему несправедливы, радуешься за него, когда есть повод. Но всегда со стороны. Ты всегда знаешь, где ты, а где образ. Иначе и быть не может. Ведь это отношение к НЕМУ, не к тебе. Это результаты ЕГО действий или бездействия, не твои. Когда начинаешь обижаться из-за того, что к твоему герою относятся не так, как этого заслуживаешь ТЫ сам, – это уже профессиональная деформация. Раздвоение личности, близкое к шизофрении.

Чтобы поверил главный герой, нужно, чтобы верили все остальные. Все, вплоть до уборщицы в подъезде. Лицедейство требует больших энергетических затрат и днём и ночью… «Железная маска» может стать посмертной, если вовремя её не снять.

Создание иллюзий – воровство чужого времени, это нужно понимать твёрдо.

«Кто хочет уйти, всегда найдёт повод; кто хочет остаться, найдёт причину» – в жанре лицедейства это не работает. Занавес для актёров – вещь выстраданная, желанная, отработанная. По эту сторону зала может казаться, что что-то недосказано, недописано, недоделано, что все ещё может сложиться иначе.

Но спектакль окончен, занавес опущен. Включили свет.

Можно продолжать смотреть на пустую сцену, но скоро придёт уборщица и начнёт обметать тебя шваброй, собирая конфетти с пола…

1 января 2018 года

Ohana

Друзья, близкие люди красиво появляются, ярко вспыхивают событиями, эмоциями и уходят своими дорогами в свои миры, они очаровываются и разочаровываются, пока стрелка на часах делает несколько сотен оборотов.

Мы становимся фотографиями в iCloud, кусочками мозаики, чёрно-белыми кадрами из старого кинофильма…

То, что казалось близким, – глохнет, слепнет, обесцвечивается, меняется до неузнаваемости, становится чужим, растворяясь в пустых словах и обещаниях вечных ценностей, имеющих малый срок годности.

С годами понимаешь, что самое главное в жизни – возможность видеть маму и папу. Говорить, заботиться. Баловать, радовать. Успеть дать как можно больше: всё равно этого будет несоизмеримо мало по сравнению с тем, что они делают для нас. Их любовь безусловна.

Единственные, кто навсегда с нами, в ком не нужно сомневаться, перепроверять, кому можно доверять без оглядки.

…«Ohana – это семья. А в семье не бросят никого и никогда».

3 января 2018 года

Взрослая история

Существовало негласное правило: пока не поцеловался с кем-то из противоположного полового лагеря, ты не считаешься взрослым. А это очень важно – быть взрослым, особенно когда тебе 4,5 года и ты атаман дворовой бригады «Ух!».

Организовано всё было замысловато: участники второго плана обоих полов прятались в укромных местах, вставали кругом, закрывая своими телами основных героев инициации, и на счёт раз-два-три дети превращались в настоящих взрослых.

По какой причине самым безопасным местом для священнодействия, с точки зрения «не застукают взрослые», я выбрала мой же подъезд, непонятно. Похоже, сработала логика «чтоб с окна не засекли».

В качестве «жертвы» был выбран черноволосый жгучий цыганёнок, который с утра до вечера пропадал в моём дворе с целым кульком разноцветных мелков, коими давал пользоваться только мне.

Сгрудились под лестницей, обступили гурьбой, и тут – гром и молния!!! – в дверях появляется мой Серёжка.

Формально дядя, брат мамы, де-факто дядюшке 14 лет от роду. Хватает меня за руку и тащит домой, где по полной программе закладывает старшим.

Собирается домашний совет, на котором моя любимая бабуля среди прочего поясняет, что от таких действий «МОГУТ ПОЯВИТЬСЯ ДЕТИ».

А надо сказать, что накануне, пару недель назад, во дворе появились новенькие – мальчик и девочка. Они старались занять лучшие места на качелях и в песочнице, ломали кусты, раскапывали «секретики», в общем, наводили свои порядки. Местным, а мы были местные, это очень не нравилось. Пришлось объявить сход «за домом» и пояснить им, кто тут Давид Гоцман, но нервов они таки нам помотали.

В общем, бабушкина формулировка «МОГУТ ПОЯВИТЬСЯ ДЕТИ» легла в подготовленную почву. Я, твёрдо решив, что нам во дворе новые дети точно не нужны, рассказала всей банде, «откуда берутся эти посторонние оболтусы». Плюс появление той адской парочки по времени совпало с поцелуями Оли из второго подъезда и Славика с четвёртого этажа.

Я сказала: «Совпадение? Не думаю!» – и мы положили конец этой нездоровой практике.

К чему это я?

Мы вырастаем, но уровень межличностных коммуникаций по-прежнему оставляет желать лучшего.

Неверное толкование ложится в основу дальнейших проблем.