Новое откровение о советской экономике или как можно погубить рабоче-крестьянский блок - Н Бухарин

Этого не понял тов. Преображенский. Но и здесь у него есть своеобразная логика:

"эксплуатации", "колониям" и т. д. вполне соответствует и идея "пожирания". Это опять совсем не из той оперы, не из ленинской оперы, тов. Преображенский!

3. КЛАССОВОЕ ПОРАБОЩЕНИЕ ИЛИ КЛАССОВЫЙ СОЮЗ И КЛАССОВОЕ РУКОВОДСТВО?

Рассматривая соотношение сил в такой стране, как СССР, нужно понять, что диктатура пролетариата означает одно отношение между пролетариатом и буржуазией и другое отношение между пролетариатом и крестьянством. Пролетариат господствует над буржуазией. Но пролетариат руководит крестьянством, используя при этом и свою концентрированную власть. Рабочий класс "опирается" на крестьянство, и поэтому его диктатуру нельзя рассматривать в ее отношении к крестьянству по тому же типу, что диктатуру буржуазии над пролетариатом. А именно так, по сути вещей, рассматривает дело тов. Преображенский.

Государство у нас в точном смысле не "рабоче-крестьянское", а рабочее. Но рабочее государство опирается на крестьян -- отношение очень своеобразное, и в этом своеобразии его нужно "теоретически схватить".

Как раз этого своеобразия и не схватывает тов. Преображенский.

Весь его анализ построен на аналогии с периодом первоначального накопления капитала. Там был грабеж крестьян -- и здесь "эксплуатация". Там на основе этого грабежа утверждались предпосылки для расцвета нового порядка вещей -- и здесь закон социалистического накопления требует аналогичных предпосылок. Там было катастрофически-быстрое "пожирание" старых форм -- и здесь то же самое. И т. д.

Словом, совсем, как в самых порядочных семьях!

Но только на самом-то деле все обстоит не так просто и "мило", как изображает сие тов. Преображенский.

Мы до сих пор останавливались на этом вопросе с точки зрения анализа различных хозяйственных форм. А теперь мы поставим резко вопрос под углом зрения классовых соотношений.

Тов. Преображенский исходит из того, что он проводит аналогию между отношением рыцарей первоначального накопления к мелкому производителю и отношением к нему со стороны пролетариата.

Но разве это вообще не чудовищная аналогия? Опять-таки мы говорим это не из страха перед реальными фактами и их возможным "нехорошим" привкусом, а просто-напросто из желания хоть какой-нибудь близости к объективной действительности.

Мы кричим на все лады о рабоче-крестьянском союзе, блоке и т. д. Ведь до сих пор никто не говорил против этого блока. Ведь это как будто считается аксиомой в наших рядах. Не так ли?

А где и когда в эпоху первоначального накопления капитала была речь о блоке между рыцарями этого накопления и их жертвами? Пусть кто-нибудь укажет хоть что-либо подобное.

Никто не укажет. Ибо указать нельзя. Ибо само предположение такого блока есть абсурдное предположение.

А рабоче-крестьянский блок у нас был, есть и, мы надеемся, будет реальностью.

Как же можно делать такие аналогии? Как же можно на их основе строить целые теории, а потом -- мы увидим это ниже -- определять линию экономической политики пролетарского государства?

И опять: и эта "аналогия" тов. Преображенского "увязана" с его выше разобранными утверждениями. (Нетрудно видеть, что, если бы партия прониклась такой "Преображенской" идеологией, она разрушила бы основу своей собственной силы -- рабоче-крестьянский блок.)

Если уж искать аналогий в буржуазном обществе, аналогий с отношениями между рабочими и крестьянами, то нужно искать этих аналогий совсем не там, где их ищет тов. Преображенский. Постараемся найти их сами.

Сейчас у рабочего класса власть и промышленность; у крестьянина -фактически -- земля и сельское хозяйство ""3""; крестьянин -- продавец с.-х. продуктов и покупатель продуктов промышленности; рабочий, в общем,-наоборот.

Непосредственные интересы сталкиваются именно по этой линии. Крестьянин к тому же -- остаток старинного времени, хотя и громадный по своему удельному весу "остаток".

Это похоже вовсе не на отношение между рыцарями накопления и крестьянами. Это похоже на отношение между промышленной буржуазией и землевладельцами в определенный период развития их отношений, хотя, конечно, даже здесь аналогия крайне условна и идет далеко не по всем направлениям.

У буржуазии -- власть и фабрики. У землевладельцев -- земля. Противоречие интересов идет по линии цен. Отсюда их борьба, иногда, при определенных условиях, довольно острая. Но в то же время (мы говорим о периоде власти буржуазии) есть блок, союз капиталиста и помещика против рабочего класса.

Буржуазия руководит этим блоком, буржуазия опирается на землевладельцев и поддерживается ими.

Какова же была за последнее время эволюция этих классов? Она заключалась в том, что через процессы обращения, через банки, через форму акционерных компаний и т.

д. и те и другие (т. е. и промышленные капиталисты, и землевладельцы) в значительной мере стали превращаться в нечто единое, в получателей дивиденда.

Дивиденд стал, так сказать, синтезом прежде разнокалиберных видов дохода -- такова, по крайней мере, была (и есть) основная тенденция развития в разбираемой сфере отношений.

Нечто формально сходное будет происходить -- если брать широкие исторические масштабы -- и с рабоче-крестьянским блоком. По мере того как через процесс обращения крестьянское хозяйство будет все более и более втягиваться в социалистическую орбиту, будут стираться классовые грани, которые потонут в бесклассовом обществе.

Разумеется, это -- музыка будущего. Разумеется, на очереди дня стоят сейчас иные проблемы. Но нам нужно видеть перспективу, чтобы знать, куда мы хотим "гнуть"

свою линию. И та перспектива, из которой исходит тов. Преображенский, в корне неправильна.

4. РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКИЙ БЛОК И ЭКОНОМИЧЕСКАЯ "ПОЛИТИКА" ТОВ. ПРЕОБРАЖЕНСКОГО

Из вышеприведенных теоретических соображений тов. Преображенский делает и соответствующие практически-политические выводы. "Установив", что неизбежно "пожирание" несчастных "третьих лиц", т. е. обитателей "унутренних и унешних колоний", тов. Преображенский пишет:

№ 1. "Таким образом, мы подходим к третьему, не только возможному, но неизбежному в наших условиях случаю, т. е. к политике цен, сознательно рассчитанной на эксплуатацию частного хозяйства во всех его видах" (с. 79).

Извиняясь перед читателем за последующие километрические выписки, мы все же вынуждены их сделать для того, чтобы добросовестно проследить ход мыслей тов.

Преображенского. Для удобства последующей критики обозначим отдельные положения автора специальными номерками, начиная с вышеприведенной цитаты.

№ 2. С. 59. "Во всяком случае мысль о том, что социалистическое хозяйство может развиваться само, не трогая ресурсов мелкобуржуазного, в том числе крестьянского, хозяйства, является, несомненно, реакционной мелкобуржуазной утопией. Задача социалистического государства заключается здесь не в том, чтобы брать с мелкобуржуазных производителей меньше, чем брал капитализм, а в том, чтобы брать больше из еще большего дохода, который будет обеспечен мелкому производству рационализацией всего, в том числе мелкого, хозяйства страны".

№ 3. С. 69--70. "То, что будет отбито от частной торговли, при прочих равных условиях, будет завоевано в фонд государственного хозяйства. Я говорю: при прочих равных условиях, потому что здесь возможна торговая политика и не в интересах социалистического накопления, а в интересах мелкобуржуазных производителей, имеющая своей целью сокращение вычетов из их доходов.

Целесообразна ли такая политика -- это вопрос Другой (!). Экономически же она означает, несомненно, сокращение фонда социалистического накопления и подарок частному производству -- подарок тем более тяжелый для государственного хозяйства, чем беднее это хозяйство капиталами и чем менее выгодно для него занимать в филантропической (!) по своей доходности торговле часть тех капиталов, которых не хватает в самом производстве" (курсив самого автора.-- Н.

Б.).

№ 4. С. 99. "Власть пролетарского государства, которая распространяется на прибавочный продукт частного хозяйства (конечно, в пределах экономически возможного и ТЕХНИЧЕСКИ ДОСЯГАЕМОГО), не только является сама орудием первоначального накопления, но и постоянным резервом этого накопления, так сказать, потенциальным фондом государственного хозяйства" (курсив наш. -- Н.

Б.).

Итак: 1) нужно вести политику высоких цен для эксплуатации крестьянского хозяйства (что важно с точки зрения социалистического накопления); 2) здесь нужно (№ 4) брать все то, что брать экономически возможно и что можно технически достать; 3) под "экономически возможной" (в высшей степени неясное выражение) политикой необходимо, однако, разуметь такую политику, которая никак не ставит своей целью брать меньше, чем брал капитализм; 4) такая политика была бы мелкобуржуазной, была бы подарком крестьянину, ущербом для промышленности, а вместе с нею и для дела социализма. Вот концепция тов. Преображенского в области "политики цен".