Роковой миг наслаждения - Шантель Шоу

Дверь открылась, и Круз застыл.

– Ты?! – У Сабрины перехватило дыхание, и ее голос прозвучал не громче писка мышонка.

Она мгновенно узнала Круза, хотя он был не похож на молодого парня, которого она знала десять лет назад. Разумеется, он повзрослел, его красивое лицо стало жестче. От него веяло силой и непоколебимой уверенностью, и при этом Круз был необыкновенно сексуален.

Изгиб его губ был болезненно знаком. Стоило Сабрине взглянуть на них, как ее затопило воспоминание о его поцелуях. Как она могла отчетливо помнить их, если прошло столько лет? Сабрина неосознанно облизнула губы и только по сузившимся глазам Круза поняла, что сделала.

Но Круз всегда был способен взволновать ее одним взглядом своих оливково-зеленых глаз. Она вспомнила свой первый приезд в Бразилию. Уже тогда, хотя Круз был молод, тело его было сильным и мускулистым. Джинсы и рубашка у него были грязными, а когда он снял шляпу, Сабрина заметила, что черные волоски, вьющиеся на груди Круза, влажны от пота.

Она никогда не встречала мужчину, которого отличала бы такая необыкновенная мужественность. Жизнь в Эверслей-Холл, где она была защищена от жизненных тревог, и девичье общество в частном пансионе не подготовили Сабрину к откровенной мужской сексуальности. Стоило ей всего лишь раз бросить на него взгляд, как ее словно обожгло пламя. Смутившись, она забыла о хороших манерах и проигнорировала парня. Но через несколько дней Сабрина увидела его во время прогулки. Он представился Крузом Дельгадо, уверенно привлек ее к себе и, не спросив разрешения, словно имел на это полное право, прильнул к ее губам в жарком поцелуе…

На секунду Сабрина снова почувствовала себя застенчивой, неопытной восемнадцатилетней девушкой. Она с трудом подавила желание уйти из библиотеки, чтобы избежать пристального взгляда Круза, напомнив себе, что ей двадцать восемь лет, что у нее есть ученая степень и что ее высоко ценят как эксперта антикварной мебели. Его неожиданное появление в Эверслей-Холл было для нее как гром среди ясного неба, но она заверила себя, что стала нечувствительной к его ошеломляющей мужской привлекательности.

– Зачем ты приехал?

Сабрина порадовалась, что на этот раз ее голос звучит нормально.

Она невольно вернулась к тому моменту, когда случился выкидыш. Она носила их ребенка всего четыре с половиной месяца. Представлял ли когда-нибудь Круз, каким был бы их сын, если бы родился? Представлял ли он – как это делала она – темноволосого мальчика с твердым, решительным подбородком и зелеными, как у отца, глазами? Или, может, серыми, как у матери? Боль, жестоко терзавшая Сабрину в первое время после выкидыша, притупилась с годами, но в сердце ее навсегда осталась незаживающая рана.

– Мне нужно поговорить с твоим отцом.

«Балда», – отругала себя Сабрина. Ведь Джон сказал, что Круз хочет видеть графа Бэнкрофта. Причина его приезда не имеет к ней никакого отношения. Десять лет назад Круз предложил ей выйти за него замуж только из-за ребенка. Но она была свидетельницей неудачного брака своих родителей и не спешила с принятием решения. К тому же она была уверена, что Круз ее не любит, поэтому в конце концов ему отказала.

Круз не производил впечатления человека, которого одолевают воспоминания прошлого. На нем был безупречно сшитый серый костюм, выгодно подчеркивающий его поджарую фигуру, и белая рубашка, резко контрастирующая с загорелым лицом. Внешне он соответствовал облику феноменально успешного мультимиллионера, о котором она читала в газетах. Однако же за фасадом благопристойности Сабрина ощущала рвущуюся наружу энергию неукрощенного хищника. Это качество сильно интриговало ее, когда они были любовниками.

Она заставила себя войти в библиотеку, решительно закрыв за собой дверь.

Круз стоял у стола, его лицо, в профиль напоминающее голову хищной птицы, приняло высокомерное выражение, словно Эверслей-Холл принадлежал ему, черт бы его побрал!

Сабрина испытывала те же чувства, что и в детстве, когда ее вызывали в кабинет отца, чтобы она объяснила какой-нибудь свой проступок. Графа Бэнкрофта нельзя было назвать строгим отцом, дети его мало интересовали. Большую часть времени он проводил за границей и порой казался маленькой Сабрине незнакомым человеком, который огорчает ее маму. С его отъездом дышать становилось легче и свободнее.

Вздернув подбородок, Сабрина подошла к Крузу, но тут же пожалела об этом. Она могла поклясться, что он не случайно подвинулся так, чтобы она оказалась в ловушке между его сильным телом и столом. Сабрина вдохнула знакомый аромат его одеколона и узнала марку пены для бритья, которую она подарила Крузу вскоре после того, как стала спать с ним. Неужели он специально ими воспользовался, чтобы помучить ее?

Не желая встречаться с ним взглядом, молодая женщина выглянула в окно и застонала при виде оргии, разворачивающейся на лужайке.

– Ради бога! – пробормотала Сабрина, быстро задергивая шторы.

– Похоже, твои друзья развлекаются на полную катушку, – протянул Круз.

– Это не мои друзья.

Сабрина чувствовала, как пылает ее лицо. Она не считала себя ханжой, но то, что творилось в саду, было неприемлемо.

– Значит, друзья твоего брата? – проявил любопытство Круз. – Это вечеринка Тристана?

– Тристан в университете.

К счастью, ее брат не был похож на Хьюго Ффолкса и его окружение. Трис знал: для того чтобы осуществить свою мечту и стать пилотом самолета, нужно много и упорно учиться. Не считая, разумеется, такой мелочи, как сто тысяч фунтов на обучение. Карусель тревожных мыслей снова закружилась в голове Сабрины. Она обязательно найдет эти деньги, правда, пока не знает как.

– Значит, эти люди – гости твоего отца?

У Сабрины не было ни малейшего желания объяснять, что вечеринки в Эверслей-Холл – мера вынужденная. Никто, кроме нее и менеджера банка, не знал о финансовой катастрофе, которая нависла над поместьем, и ей еще удавалось скрывать от средств массовой информации известие об исчезновении графа.

– Это мои гости, – не моргнув глазом солгала Сабрина. – Некоторые из них просто не стесняются выражать свои эмоции.

Круз скептически взглянул на нее:

– В Лондоне до меня дошли слухи о том, что ты устраиваешь в Эверслей-Холл сумасшедшие загулы. Что думает граф Бэнкрофт, глядя, как его поместье заполонили породистые щенки из высшего общества?

– Отца нет. Он уехал по делам, и я не знаю, когда он вернется. Извини, но больше ничем я помочь тебе не могу.

Сабрина попыталась обойти Круза и вскрикнула от неожиданности, когда он ухватил ее за руку.

– Его нет? – низким голосом повторил он. – Я смотрю, ты не слишком изменилась за десять лет, gatinha[2]. Ты по-прежнему считаешь, что можешь отмахнуться от меня, словно я грязь под ногами.