Главным калибром – огонь! - Рустам Максимов

…Сильно накреняясь, огромный двухтрубный военный корабль лёг на правый борт, уйдя в воду выше казематов. Развёрнутые на левый борт стволы орудий трёхорудийных башен тонущего броненосца безмолвно уставились в небо, словно огромные оглобли. Множество людей – членов экипажа – готовились броситься в море, чтобы избежать неминуемой гибели вместе со своим кораблём…

…Исполинская туша броненосца пришла в движение, медленно погружаясь и переворачиваясь кверху килем. Десятки моряков, похожих с такого расстояния на крошечных муравьёв, дружно сыпанули в воду, стараясь отплыть как можно дальше от гибнущего колосса. Десятки других перелезли со вставшей почти вертикально палубы на скользкий борт корабля, пытаясь удержаться на корпусе броненосца как можно дольше…

…И вот корабль окончательно перевернулся кверху килем, явив взору тёмное днище, на котором выделялись линии скуловых килей. Немногочисленные счастливчики карабкались по днищу тонущего броненосца, похоже, не понимая, что обречённый корабль неминуемо затянет их за собой в водную воронку…

– Господи, это сколько же денег вбухали в подобный броненосец, – проснувшись под утро и находясь под впечатлением сна, пробормотал Алексеев. – Казематная артиллерия среднего калибра… Трёхорудийные башни в оконечностях, одна выше другой. Не менее двенадцати дюймов, видимо… Никто не строит ничего похожего, кроме американцев… Но те ставят башни в два яруса, друг на дружку, да и калибр орудий у них разный… Деньги, деньги… Хватит ли моих личных ресурсов, чтобы покрыть хотя бы половину расходов?

Глава 2

Следующий день наместника начался с ранее незапланированных дел, которые никак нельзя было пустить на самотёк. С моря вернулся «Варяг», сутки назад отправленный в поход с целью всестороннего испытания котлов и машин на разных скоростных режимах. На крейсере выходила в море целая делегация опытных инженеров-механиков с кораблей эскадры, чтобы утвердить окончательный вердикт о механизмах данного корабля. Поэтому генерал-адъютант начал день со встречи со специалистами, пригласив тех на беседу в свой штаб.

Вердикт специалистов эскадры по «Варягу» практически полностью повторил выводы начальника Порт-Артурского филиала Невского завода Гиппиуса: силовая установка крейсера требовала демонтажа, с последующей полной переборкой механизмов, заменой подшипников и шеек поперечин ползунов ЦВД и ЦДС для обеих машин. То есть, говоря более простым языком, котлы и механизмы корабля нуждались в весьма серьёзном ремонте.

Без такого ремонта, по мнению экспертов, в боевых условиях «Варягу» не удастся развить ход более двадцати узлов, и уж тем более поддерживать его в течение длительного времени. Увы, в данном конкретном случае качество сборки на заводе Крампа оказалось на уровне худших отечественных образцов. Конечно, крейсер не превратился в плавучую батарею, сохранял ход, но вряд ли мог полноценно исполнять функции разведчика при эскадре.

– Что же, Всеволод Фёдорович, придётся перевести вашего «Варяга» в отряд контр-адмирала Витгефта, – спустя час Алексеев подвёл итог экспертного совещания. – Думаю, ещё нам следует подумать о вопросе рациональности размещения артиллерии в оконечностях крейсера. Да и о защите канониров от осколков господин Крамп не соизволил позаботиться… В общем, через недельку жду ваших предложений по этим проблемам.

– При эскадре осталось всего два быстроходных крейсера-разведчика, – грустно заметил вице-адмирал Старк, когда Руднев и члены комиссии откланялись и покинули зал. – Как назло, ещё и «Ослябя» задерживается. Мы рассчитывали на скорое прибытие двух броненосцев, а придёт всего лишь один единственный.

– Да, Оскар Викторович, сие весьма неприятно, – откинулся на спинку стула наместник. – Кстати, «Аскольда» я у вас заберу. Он нужен для поддержки миноносных сил.

– Как же так, Евгений Иванович? – вице-адмирал не выдержал и вскочил с кресла, заходил по залу. – Ведь вы сами постоянно твердите, что вот-вот начнётся война, но при этом разоружаются корабли, оголяется дозорная линия эскадры! Почему? Зачем?

– Да не волнуйтесь вы так, Оскар Викторович, – глядя на нервно переминающегося у окна Старка, приказным тоном произнёс генерал-адъютант. – Вместе с «Цесаревичем» идёт «Баян», который вместе с «Богатырём» составит пару отличных разведчиков. Признаю, что изначально мы рассчитывали на наличие при эскадре минимум тройки бронепалубных крейсеров-разведчиков, но «Варяг» выпал из обоймы по объективным причинам. Нет смысла отправлять его с отрядом броненосных крейсеров во Владивосток, ибо сейчас он не обгонит даже старика «Рюрика». Я считаю, что новенький, отлично защищённый «Баян» с успехом заменит собой сразу пару бронепалубников, а наши миноносные силы получат хороший флагман.

– Извините, Евгений Иванович, нервы стали совсем никудышными, – вице-адмирал присел обратно за стол. – Все эти донесения нашей агентуры из Японии на фоне технических проблем эскадры, постоянные задержки с посылкой подкреплений, хроническая нехватка денег… Я устал, очень устал.

– Ничего, Оскар Викторович, нервы, если их не задёргать, успокоятся сами собой, – примирительно заметил Алексеев, беря в руку серебряный колокольчик. – Не откажите в любезности попить со мной чайку. Чай, говорят, весьма полезен для успокоения нервной системы и вообще для поддержания жизненных сил организма.

– С превеликим удовольствием соглашаюсь почаёвничать с вами, Евгений Иванович, – слегка успокаиваясь, вздохнул Старк. – Надеюсь, никто не побеспокоит с донесениями, как в прошлый раз…

«…Не побеспокоит, можешь быть уверен, – мысленно усмехнулся наместник. – Да и в прошлый раз тебя беспокоили по моей воле. Иначе ты мхом зарастёшь и даже пальцем не шевельнёшь ради дела… А вообще я неплохо придумал – читать своим штабным донесения из Японии от моей личной несуществующей агентуры…»

– В принципе я согласен, что нам требуется серьёзно усилить миноносные силы, – уже за чашкой чая вернулся к разговору вице-адмирал. – Но я никак не ожидал, что вы решите сделать крейсер первого ранга флагманом флотилии истребителей.

– Ну, учитывая количественное превосходство японцев в миноносцах, я не придумал никакого иного решения, – прихлёбывая чаёк, признался Алексеев. – Мы создадим сильные отряды из четырёх-шести истребителей каждый, усиленные крейсерами. Конечно, в этом есть определённый риск, но не думаю, что кто-то из японцев сумеет приблизиться на дистанцию минной стрельбы к тому же «Аскольду». Ну, или к «Новику».

В этот момент в зал вошёл флаг-офицер штаба наместника, капитан 1-го ранга Эбергард, и доложил, что в гавань входит «Манджур». Эту канонерку ждали у стенки завода, чтобы провести довооружение старого корабля современными 120-мм скорострелками, неделю назад снятыми с броненосного крейсера «Рюрик». Три 120-мм и две 75-мм орудия Канэ предназначались для замены древней кормовой шестидюймовки и слабеньких 107-мм пушек. Двойник «Манджура» – «Кореец» – уже провёл пару дней назад испытания вновь установленной артиллерии, вдребезги разнеся прибрежный утёс в бухте Тахэ.

Сейчас старая канонерка одиноко дымила на внешнем рейде, готовясь к учениям по отражению ночных минных атак. Врага изображали истребители 1-го отряда – четыре корабля немецкой постройки, плюс «англичанин» «Боевой». Эти истребители первыми прошли перевооружение, в ходе которого на них изменили состав артиллерийского вооружения: место кормовых сорокасемимиллиметровок заняли более мощные пушки калибром в 75-мм.

Учениями командовал капитан 2-го ранга фон Эссен, находившийся на борту своего «Новика». Кстати, наблюдая за процессом усиления вооружения старых канлодок и тихоходных крейсеров, фон Эссен подал рапорт о замене малокалиберных скорострелок его «Новика» на дополнительные 75-мм пушки Канэ. Благо те снимались со стоявшей в доке «Паллады» и ожидавшей своей очереди «Дианы». Почувствовав настроение начальства, командиры истребителей 1-го отряда подали рапорта о необходимости иметь в боекомплекте их кораблей нормальные боеприпасы с пироксилиновой начинкой, а не стальные болванки.

Едва ступив на пирс, командир пришедшего из Шанхая «Манджура» получил приглашение прибыть на обед к генерал-адъютанту. Как оказалось, на обеде присутствовали командующий эскадрой вице-адмирал Старк, младший флагман князь Ухтомский, контр-адмирал Витгефт, другие офицеры штаба наместника и эскадры. Капитан 2-го ранга Кроун оказался самым младшим по званию из числа приглашённых на трапезу, что, впрочем, нисколько его не смутило.

Только сейчас, за столом, кавторанг узнал причину, по которой его солидного возраста канлодка была срочно заменена в Шанхае ещё более старым крейсером «Забияка». Быстро сопоставив увиденное в Порт-Артуре со сказанным ему наместником, Кроун сделал вполне правильный вывод: армия и флот спешно готовятся к войне. И нервозный боевой настрой в крепости Порт-Артур идёт вразрез с вещаемым из Петербурга миролюбивым благодушием.