По правилам настоящего мужчины - Диана Рейдо

– Через десять минут к вам подойдет официант и примет заказ, – предупредил администратор и испарился.

Бренда рассеянно кивнула ему вслед.

Вместо того чтобы придирчиво изучать меню, она предпочла лицезреть окружающую публику. Народу было не слишком много. Худые и длинноногие девицы на каблуках с нарочито равнодушным видом фланировали от столика к столику – здоровались со знакомыми, улыбались представительного вида мужчинам. В гротах обжимались парочки. И невозможно было определить с первого взгляда – то ли они познакомились тут же, в баре, то ли состоят в длительной связи.

Внезапно Бренда почувствовала на себе пристальный взгляд. Ощущение было не из приятных. Словно ее касалось жгучее растение, пусть мимолетно, но раздражающе. В том, что на нее смотрят, не было ничего предосудительного. Однако Бренда предпочитала, чтобы ее рассматривали ее собственные собеседники, а не посторонние лица… Она незаметно огляделась, пытаясь вычислить того, кто смотрел на нее.

И нашла очень быстро. У противоположной стены, за колонной, уходящей под самый потолок и изображающей сталагмит, стоял столик, окруженный низким диваном. На диване, небрежно закинув ногу на ногу, развалившись, сидел довольно высокий мужчина. Он был одет просто и со столь же небрежным, как и его поза, шиком. Это было все, что удалось разглядеть Бренде. Лицо мужчины оказалось почти полностью скрыто тенью от стены.

Бренда с досадой передернула плечами и отвернулась. Она пришла в бар не для того, чтобы ее изучали всякие там скрывающиеся в тенях и игре света незнакомцы. Что же все-таки предпринять в отношении коктейлей?…

На какое-то мгновение Бренда даже пожалела, что не согласилась на предложение Виктора посидеть где-нибудь и выпить в уютной обстановке. Он забрал бы ее на своем «форде», отвез в тот бар, в который она ткнула бы пальцем. Да хотя бы и в этот… Потом с комфортом и заботой доставил бы к ней домой.

Или к нему?

Нет, лучше к ней. В те дни, когда Бренде с утра предстояло спешить в офис, она предпочитала ночевать дома. Утром у нее были все возможности для того, чтобы спокойно принять душ, уложить волосы всеми имеющимися для этого дома средствами, выбрать из гардероба именно то белье, обувь и одежду, которые наилучшим образом соответствовали ее текущему настроению.

Ну а когда ее поиски приключений и отдыха выпадали на уик-энд, Бренде было достаточно того, что хозяин выдавал ей большое махровое полотенце, халатик и какие-нибудь средства для душа. Зубную щетку можно было купить в любой аптеке…

Впрочем, чего это она призадумалась о Викторе? Бесспорно, он был симпатичным мужчиной. Достаточно неплохим кавалером для нескольких свиданий. Но для себя Бренда не нашла в нем ни глубины, которая могла сделать их отношения прочными, ни сколько-нибудь импонирующих ей интересов, которые могли разнообразить их связь.

Время Бренды было слишком дорого для нее самой, чтобы можно было проводить его с людьми, которые для нее не очень ценны. И она не стеснялась никогда сообщать об этом мужчине. Бренда не обладала ни ложной скромностью, ни стремлением щадить кавалера, во что бы то ни стало избегая того, чтобы ранить его.

Бренда отнюдь не самоутверждалась за счет мужчин. Ей было немного жаль того, что они переживали, получив от нее отказ, отпор или простую отставку по истечении некоторого времени с начала их встреч. Но свои интересы Бренда ставила превыше уязвленного мужского самолюбия, или же гордости, или же печали.

Она считала, что сожалеть не о чем – ведь им обоим было приятно общаться, находиться вместе. Каждый получал какое-то удовольствие, значимое для него самого. Тогда о чем было сожалеть?

Бренда не была и чрезмерно привередливой. Она относительно легко сходилась с очередным мужчиной. Если ее ничто в нем не отталкивало, она шла на сближение, делала шаги навстречу, проявляла свою долю заинтересованности. Но, как только Бренда осознавала, что ее интерес был лишь кажущимся или поверхностным, а то и просто-напросто поугас, она почти сразу же прекращала общение. Если же мужчина обнаруживал в себе чувство юмора относительно сложившейся ситуации, некое понимание или терпение, он оставался в числе ее приятелей и знакомство поддерживалось дальше. Конечно, уже на другом уровне.

И, конечно, таких мужчин Бренде встречалось не много. Мало кто соглашался оставаться в роли брошенного мужчины, довольствующегося подачкой в качестве приятельства. Мало кому было приятно оказаться отвергнутым женщиной, которая вела себя почему-то совсем по-мужски.

Она изучала, смотрела, делала выбор; если отношения складывались – получала от них удовольствие, но почти гарантированно разрывала их спустя какое-то время и легко двигалась дальше. Ни терзаний, ни сомнений, ни раздумий. Ни сколько бы то ни было продолжительных отношений…

Нельзя сказать, что саму Бренду это сильно смущало. Она крепко стояла на ногах. Она не торопилась замуж. Она не испытывала недостатка в удовлетворении своих желаний, в средствах, в поклонниках и подругах.

Она всего лишь была женщиной, которая делала то, что хотела, и тогда, когда сама этого хотела.

Она была счастливым человеком?

Пожалуй, что так, хотя…

3

Однако время шло. Бренда не желала терять его даром. К тому же ей хотелось побыстрее отделаться от непрекращающихся взглядов незнакомца, сидящего за «сталагмитом». Время от времени поднимая руку, в которой был зажат низкий и широкий бокал (это Бренде рассмотреть удалось), незнакомец делал глоток.

Бренда сделала вид, что изучает книжечку с картинками коктейлей. Впрочем, она, пробежав по строчкам глазами, и впрямь заинтересовалась диковинными сочетаниями фруктовых соков и различного алкоголя.

Пролистав всю книжечку, Бренда уже хотела было поискать официанта взглядом и сделать заказ. Но вместо этого наткнулась глазами на стройного юношу, который только что поднялся по ступенькам лестницы, ведущей в зал бара. Он чуть растерянно обводил взглядом помещение. Казалось, что кого-то высматривает. Бренда быстро оценила ширину его плеч, блестящие каштановые волосы и хорошую обувь…

Она считала, что в искусстве флирта и соблазнения нет ничего особенно сложного. Достаточно невинного и одновременно притягательного взгляда, ухоженного вида, немного смущенной и чуть лукавой улыбки. Хотя, впрочем, дело могло быть лишь в неотвратимой уверенности Бренды в самой себе и своих способностях.

Она знала, что не стоит перегибать палку ни с трепетностью, ни с хищной сексапильностью. Не всегда получается доподлинно определить, насколько «погорячее» предпочитает тот или иной джентльмен. Можно изобразить опытную и страстную тигрицу, в результате отпугнув потенциального поклонника. А можно переборщить с добродетелью и не зацепить, не заинтересовать в итоге…