Боец 4: лихие 90-е (СИ) - Гуров Валерий Александрович

Так мы и сделали. Через час тренер, переодетый в цивильное, спустился к главному входу стадиона, улыбнулся мне:

— Ты прямо с поезда сюда?

— Да. Еще нигде не остановился даже.

— Ну, это решим. Жилплощади, правда, у меня нет, сам не здешний, как видишь. И ресурсов таких нет пока. Но ладно, об этом потом! Значит, ты в смешанных единоборствах практикуешь?

— Только начал, — скромно заметил я.

— Ну-ну! Степаныч пишет — ты находка для тренера, золотой самородок…

Так прямо Степаныч не писал, но…

В Ростове накануне отъезда мы договорились, что Ракитину о нашей связи с криминалом мы упоминать не будем.

— Неловко мне, Серега, — признался Степаныч. — Андрюха ученик мой, я для него когда-то был царь и бог, а тут… Степаныч — член ОПГ! Эх… Ладно, я напишу, что ты хочешь там в институт поступить, в педагогический, на спортивный факультет, что уже сейчас бьешься на мастерском примерно уровне… ну, а дальше он сам увидит. Тренер он толковый, я уверен.

На «золотого самородка» я отреагировал чуть заметным пожатием плеч, а Андрей убежденно сказал:

— Степаныч зря слова не скажет, я знаю. Но смешанные бои… черт его знает, тут думать надо.

— Вот! — воспламенился я. — Вот именно я о том и хотел сказать!..

И я изложил то, что, в общем-то во мне уже сформировалось, покуда я добирался сюда: идею провести турнир по смешанным единоборствам, так сказать, первый блин — и посмотрим, каким он комом выйдет. Этого еще никто в России не делал! Мы можем здесь стать пионерами, ледоколами… я не пожалел красноречия, но Андрей Борисыч, явно не дурак, сам все смекнул, принялся крепко растирать рукой затылок — такая, видать, у него была привычка.

— Ага… — напряженно проговорил он. — Пожалуй… Но тут думать надо. У нас в местном Спорткомитете зампред есть, мужик с головой, он бы мог, конечно, поддержать, но разрешения на такие бои пока нет, сам понимаешь, наверное. Так сказать, не признан еще этот вид спорта.

— Да знаю. Но идея в воздухе носится.

— Это да. И дело тут такое, что кто первый успел, тот и на коня сел… Перспектива! Ладно, есть и тут зацепки, будем пробовать. Тут главное дать понять, что если вложишься, не просто бабки отобьешь, а столько поднимешь, что сразу в олигархи выбьешься…

Здесь он коротко рассмеялся.

— Ты знаешь, что-то вдруг вспомнил ни с того, ни с сего…

И он рассказал, что когда в 20-е годы международный футбольный союз пытался организовать чемпионат мира, то правительства разных стран считали эту идею несерьезной, отмахиваясь от нее. Но руководитель союза француз Жюль Риме не отступался, вдалбливал и вдалбливал эту мысль в сознание политиков, пока на это дело не подписался Уругвай — ну, мягко говоря, не самая великая держава на планете, правда, футбол тогда там был самым сильным, видимо, местные деятели сильно согрелись мыслью обладать невиданным до сих пор титулом «чемпион мира по футболу». С совершенно адским трудом удалось организовать и провести этот самый чемпионат, полный «детских болезней», но даже в таком виде он дал организаторам такую огромную прибыль, что на проведение второго чемпионата сразу возникла толпа желающих…

Мы малость над этим посмеялись.

— Так что, — наставительно сказал Андрей, — если донесем эту мысль, если кто реально почует наживу — будем считать, что полдела сделали.

— А есть такие люди?

— Должны быть, — он кивнул. — Тут, конечно, надо будет мозгами пораскинуть, не промахнуться… Но ладно, об этом потом подумаем. А вот теперь вопрос: где тебе перебиться? Ну, допустим, пару-тройку дней в гостинице проживешь, но надолго у тебя никаких денег не хватит… Ладно, и тут придумаем! Я этим займусь. Тренироваться будешь у меня, ну, заодно и ребят моих поднатаскаешь по рукопашке, будешь моим помощником. Вообще, знаешь, мы же можем совсем новый вид спорта создать! Ну, как Харлампиев когда-то самбо создал. Как считаешь⁈

— Да конечно!

Я увидел, как он загорелся этой идеей и, конечно, решил поддержать.

— Точно! Сделаем!.. Ну, Степаныч, молодец, что тебя сюда отправил! Да мы с тобой, если захотим, Землю перевернем, как этот, как его…

— Архимед.

— Ага! А мы уже хотим, да?

И он крепко хлопнул меня по плечу, сказав:

— Ладно, тебе же передохнуть надо, привести себя в порядок с дороги? Пошли, провожу, тут ближайшая гостиница «Башкирия», две остановки, но мы пешком дойдем. Да, запоминай — вот это улица Ленина, центральная в южной части Уфы, это, можно сказать, старый город…

Пока шли до гостиницы, я узнал, что это место, где мы сейчас находимся — исторический центр Уфы, но не географический. Уфа сильно вытянута по меридиану, и получилось так, что несколько столетий она была небольшим городом, сосредоточенным вот здесь, в южной части, а в годы первых пятилеток и Великой Отечественной резко вытянулась на север…

— Ну, обживешься тут, узнаешь все, — Андрей улыбнулся. — Идем на ту сторону. Вон она, гостиница, видна уже.

Мы перешли с четной стороны улицы на нечетную.

Гостиница «Башкирия» оказалась мрачноватым серым зданием в стиле «сталинского конструктивизма», отдаленно напоминающим гостинцу «Москва» на Охотном ряду, что не удивительно. Внутри там тоже было сумрачно и даже как-то таинственно. Постояльцев в ту эпоху в гостиницах вообще имелось немного, поэтому меня заселили без проблем, даже с радостью, тут же подскочила девушка-коридорная и предложила провести в номер.

— Ну, давай сегодня отдыхай, — сказал Ракитин, — завтра жду тебя в зале.

Полутемными коридорами девушка провела меня в номер, где я первым делом устремился в душ, долго с наслаждением плескался, затем просто так валялся на кровати, чувствуя, кажется, что новая жизнь начинается, и прошлое как-то сползает с меня, как старая шкура… Я все еще побаивался верить в это, даже старался не думать, просто лежал, потом задремал… Проснувшись, решил пообедать, спустился в гостиничный ресторан, где тоже было темновато и безлюдно, перекусил, сознавая при этом, что прав Андрей Борисыч — несколько дней здесь, и мои ресурсы начнут таять как снег по весне. Надо искать работу. Если удастся устроиться на тренерскую ставку на «Труде», которая вряд ли будет изобильной… это уже будет совсем неплохо, но если честно, то это вряд ли. Ладно! — оптимистично решил я. — Не пропаду. Главное, оторвался от прежней жизни, и теперь новая какая-то, еще не знаю какая дорога стелется передо мной…

Вечером я вышел, прогулялся, с любопытством всматриваясь в улицы, здания, лица незнакомого города. Многое казалось непривычным — например, обязательные вывески на двух языках, русском и башкирском… Ну, а целом впечатление нормальное, город как город, и если начинать новую жизнь, организовывать турнир по прежде невиданному виде спорта, то почему бы и не здесь?..

Вернувшись в гостиницу, я смотрел телевизор, не слишком заморачиваясь, что там показывают, сквозь этот информационный шум пробивалась классика:

Что день грядущий мне готовит?..

Глава 3

Наутро я прибыл к Ракитину на «Труд» четко без опозданий, как договаривались, к самому началу тренировки. Андрей Борисыч встретил меня приветливо, но я сразу угадал, что он чем-то смущен:

— А, Сергей, привет, проходи… Ребята, прошу внимания! Хочу представить вам…

И далее проговорил, что я ученик его тренера, спец по смешанным единоборствам, участник и даже победитель ряда турниров… Кое-что он слегка прибавил от себя в мою пользу — ребята таращились на меня во все глаза.

— Будет тренироваться с нами, возьмет на себя блок рукопашки, — завершил выступление тренер. — Согласен, Сережа?

— Конечно, — сказал я. — Только если можно, зовите меня просто Боец, — я улыбнулся. — Ну, это вроде как псевдоним, я так и выступал на турнирах.

— Не возражаем! — Борисыч ответно улыбнулся. — Так, парни?

Те были только «за».

— Ну и отлично, — здесь Ракитин стал серьезен. — Вот что, Боец, давай-ка выйдем ненадолго… Ребята, интенсивная разминка! Азат за старшего, проследи.