Другая Ева. Жизнь без сожалений - Ульяна Жигилий

Иногда бывает так, что жажда побеждает разум, и вампир не может остановиться вовремя. Есть много способов прервать контакт, но последствия могут быть самыми плачевными. Так случилось и сегодня. Тот вампир взял слишком много крови, теперь жизни Инги угрожает опасность, не абстрактная, а вполне реальная.

Я сжала кулак в бессильной злобе, едва сдерживая слезы. Тут же перед глазами встал черноволосый красавец, вокруг которого весь вечер вились вампиры статусом ниже.

— Сволочь! — прошипела я, глядя в пустоту.

Что было бы, выбери он меня? «В морге бы уже остывала» — язвительно ответил кто-то внутри меня. Спорить было сложно. После недавнего заказа Тадеуша организм мой не успел восстановиться, и, потеряв двойную норму крови, я не выжила бы. В тысячный раз возникло трусливое желание бросить все и бежать без оглядки. Но смогу ли я жить нормальной жизнью после всего того, что мне довелось узнать?

— Очень плохо, — я взглянула на Мишу, присевшего рядом. — Выкарабкается, но это вопрос времени.

— Спасибо тебе, — хрипло вымолвила я.

— За «спасибо» спасибо, но я не Бог, — хмуро сказал он. — Не знаю, на кого вы нарвались, но больше с ним связываться не советую. Он трижды кусал ее. И еще, на ней явные следы насилия.

— Я поняла, — глухо отозвалась я.

— Передавай Веронике от меня «большой» привет, — Миша встал, давая понять, что разговор закончен.

— Вытащи ее, ладно? — он молча кивнул в ответ.

Устало уронив голову на руки, я пыталась успокоить огонь в груди. Обида и бессильная ярость, клокотавшие в душе, постепенно затихли, уступая место апатии. На автомате я набрала номер Вероники.

— Привет, — не заботясь об уместности столь раннего звонка, поздоровалась я.

— Что-то случилось? — ответила Ника.

— Случилось, — ровным тоном начала я. — Вчерашний заказ. Клиент выдоил Ингу досуха. Она у Миши, состояние критическое.

— Твою мать, — она никогда не стеснялась в выражениях. — Я поняла. Разберемся.

— Не надо, — остановила я. — Не знаю, кто он, но связываться с ним не стоит. Я таких еще не встречала.

— Хорошо, — поостыла Ника. — Я узнаю кто он. До связи.

— Пока, — отозвалась я, отключаясь.

Сил хватило только на то, чтобы добраться до дома. Квартира встретила меня прохладной пустотой. Едва не отключившись в душе, я с трудом добралась до кровати. Блаженно вытянувшись на свежей простыни, я мгновенно провалилась в сон.

Из тягучей темноты сновидений меня выдернул телефонный звонок. Тихо ненавидя сотовую связь в целом, и звонившего в частности, я приложила телефон к уху.

— Слушаю.

— Разбудила? — бодро проговорила Вероника. — Инга в порядке — только что звонила ей. У нас новенький. Возьмешь?

— Не хочу, — нахмурилась я, кутаясь в одеяло.

— Придется. Кафе «Венеция», через час, — безапелляционно заявила она. — И не вздумай пугать его!

— Спасибо большое, — съязвила я.

Ника отключилась, не посчитав нужным что-либо добавить. Новеньких мы натаскивали сами. Академий, обучавших профессиональному донорству, разумеется, не было. Найти человека, подходящего для подобной работы, было задачей Вероники. Я никогда особо не вдавалась в подробности, но догадывалась о наличии крайней чувствительности Ники, позволявшей определить человека, который не слетит с катушек, узнав о существовании тайного мира вампиров.

Нашла меня Инга, когда я сдавала кровь за деньги. Положение на тот момент было настолько плачевным, что лишь шаг отделял меня от окончательного падения в пропасть. Не знаю, что она разглядела во мне тогда, но уже следующим вечером я неуютно ежилась под изучающим взглядом Вероники. «Посмотрим» — бросила она тогда, не дав окончательного ответа. Как я узнала значительно позднее, согласие Ника дала лишь под натиском Инги, обещавшей всю ответственность взять на себя. Слово свое подруга сдержала, взяв надо мной шефство. Так я сделала первый шаг в комнату, полную предметов, в абсолютно темную комнату.

Кафе «Венеция» ничего общего с прекрасным городом на воде не имело. Вполне приличное заведение — негласное место наших посиделок — отличалось чистотой и качеством обслуживания, но из итальянского в нем было только название, что по какой-то причине всегда меня раздражало.

— Вероника предупредила о твоем приходе, — Анна Павловна приблизилась, едва завидев меня. — Твоего гостя еще нет.

— Добрый вечер, — поприветствовала я хозяйку кафе, едва сдерживая улыбку при виде пухлой тетушки в так любимом ею горчичном платье.

Анна Павловна имела весьма специфический взгляд на то, как должна выглядеть настоящая женщина. Туалеты ее всегда отличались крайней экстравагантностью, неизменно повергая в тихий шок окружающих. Инга прозвала ее «тетя Тыква» именно из-за бесформенного платья, в котором хозяйка красовалась сегодня. Если добавить толику воображения, действительно можно было принять почтенную женщину за пресловутый овощ. Впрочем, странность ее с лихвой компенсировалась услужливостью, крайней исполнительностью и великим даром хранения чужих секретов.

Проводив меня к отдельно стоящему столику в алькове, Анна Павловна откланялась, упорхнув по своим делам. Я обвела зал взглядом, попутно отмечая знакомые лица. Люди, подобные мне, не особо стремились к общению с себе подобными. Было в нашей работе нечто постыдное, сродни проституции, нечто, что заставляло нас держаться порознь. Наш с Ингой случай — большая редкость, но и мы старались не возвращаться к теме заказов после их выполнения. На моей памяти был лишь один большой «слет» доноров, тогда мы праздновали двухсотлетний юбилей Вероники. Обстановка, скажем так, была напряженной, и, подозреваю, что очередной подобный корпоратив состоится не ранее, чем к следующему вековому юбилею хозяйки.

В противоположном конце зала столик занимали две молодые девушки. Первую — миловидную блондинку — я не знала, но ее спутница задержала на себе мой взгляд. Элизабет — так ее теперь звали — была единственной, кого вампиры посчитали достойной бессмертия. Я пришла в агентство как раз тогда, когда ее обратили. Подробностей никто не знал, потому история эта обросла десятками фантастических деталей, став своего рода притчей в наших кругах. Заметив меня, Элизабет на миг задумалась, затем кивнула, приветствуя. Я ответила тем же, поспешив отвести глаза. Странно было видеть существо, которое еще четыре года назад было человеком, а сейчас по своему собственному желанию обречено на вечность.

Многие считали, что вампиры теряют душу после обращению. Так ли это — вопрос, скорее, религии, и ответа однозначного не имеет, но в ее присутствии я неизменно чувствовала себя неуютно. Несколько раз нам доводилось пересекаться — Элизабет была частой гостьей в обществе вампиров, хотя постоянного партнера не имела, оттого история ее становилась еще загадочнее.