Игры, угодные богам - Игорь Куринной

«Тем не менее, издатель наш, сначала всеми нами наделённый всеми возможностями и средствами, оказался путаником необыкновенным и года простые с Олимпиадами путает. Того мало, он ещё и с годами от Рождества Христова все Олимпиады перемешал … К письму своему приложу таблицу ошибок издателя в хронологии… годы ставлю по нашему счислению, те, которые в памяти сохранились. Ошибки в хронологии возможны, конечно».

WILLAM LLOVD Portrait by Enoch Scman in the Portrait Gallery at Hartlebury Castle

Т.е. даже внутри команды Ллойда только что внедрённая хронология ещё тогда не прижилась, и кроме самого автора (Ллойда) все и всё в ней путали. Издатель книги, например, был убеждён, что олимпийские игры проходили ежегодно, а олимпиады он каким-то образом «мешал» с годами от Рождества. Ллойд заблуждения своих непонятливых соратников исправлял, хотя и с оговоркой, что «ошибки всё равно возможны, конечно». Казалось бы, за прошедшие века шагнувшая далеко вперёд наука о прошлом должна поправить допущенные отцами-основателями на заре изучения античности неточности. Но нет. Сегодня мы видим творения Ллойда практически в их первозданном виде на страницах наших учебников по истории спорта, только уже с эпитетами, наподобие тех, что уже приводились выше: «несомненно», «бесспорно», «доподлинно» и т.д. Любой желающий может в этом убедиться, сравнив работы Ллойда и данные из современных справочников. Это даёт повод задуматься над тем, а пробовал ли кто-то серьёзно заниматься поиском истины за эти прошедшие несколько столетий или она была взята на веру и уже никогда после Ллойда не подвергалась сомнению. Похоже, что верно последнее. По крайней мере, в официальной доктрине. Но любая доктрина – всего лишь плод умственного труда всего лишь людей. А раз так, то, рискнув допустить мысль о несильном своём отставании в интеллекте от средневековых священников, попробуем разобраться в том материале, который лёг в основу наших знаний об олимпиадах, самостоятельно. Ведь это нормально для науки, когда выводы, полученные одним человеком, проверяются другими. Строго доказанный результат не зависит от количества проверок.

А пока, учитывая значимость фигуры упомянутого епископа для рассматриваемого нами вопроса, попробуем поближе познакомиться с Вильямом Ллойдом и его деятельностью. Итак.

Вильям Ллойд был англичанином, уроженцем Уэльса. Ллойд – это старинная фамилия, по поводу которой даже есть в Уэльсе поговорка-шутка: «Всё древнее есть Ллойд». Вильям родился в 1627 году, получил хорошее образование, как в домашних условиях, так, позже, и в ряде учебных заведений, одним из наиболее значимых среди которых был Оксфордский университет[5]. Ещё юношей Вильям увлёкся изучением культурного наследия античных авторов. Эту страсть наш герой пронёс через всю свою жизнь. В 1646 году, в возрасте 19-ти лет, он получил учёную степень магистра искусств, а двумя годами позже епископом оксфордским доктором Скиннером (Dr. Skinner) был посвящён в дьяконы. Далее его карьера развивалась по церковной линии. Мы не будем подробно останавливаться на довольно интересной жизни Ллойда, которая проходила в очень бурный период борьбы англиканской церкви с римской католической церковью и разного рода внутренними течениями, естественно провозглашавшимися ересями. Отметим только, что религиозные споры того времени неизменно замыкались на вопросах хронологии и верного перевода (толкования) древних текстов. Эта картина совершенно отчётливо предстаёт перед нашим взором, если углубиться в чтение довольно обширной переписки идейных оппонентов того времени. Некоторые, лишь немногие, примеры таких споров я приведу ниже. В 1699 году, в возрасте семидесяти двух лет Вильям Ллойд был переведён в Ворсестер (Worcester) – последнее место своей службы, где он прожил последние 18 лет своей долгой (девяностолетней) жизни и выпустил наиболее значимые свои труды по истории и хронологии.

Несмотря на своё английское происхождение, писать научно-исторические труды Ллойд предпочитал на латыни, которую практически никто среди простого народа в Англии в то время (впрочем, как и сейчас) не понимал. Это был язык довольно узкого круга людей, преимущественно занимавшихся историей. На этом мёртвом языке осуществлялась переписка с рядом европейских учёных. Так было модно. Это был язык для служебного пользования, своего рода информационное пространство, куда доступ всяким малограмотным гражданам был закрыт их полным непониманием источников и собственно содержания.

Наибольшие усилия епископа Ворсестерского были сосредоточены в области творчества на хронологической ниве.

Проблемы истории, особенно античной, составляли главную часть его интересов. Он очень активно правил труды древних авторов, редактируя их работы, попадавшие в поле его зрения.

По этому поводу некто господин Вернет так восхваляет Ллойда:

«Ллойд был самым крупным критиком из всех, кого я знал, как греческих, так и латинских авторов, но главным образом в Священном Писании, для слов и фраз которого он имел наиболее точное соответствие в своей памяти, и которое всегда было ему доступно. Он точный историк и наиболее пунктуален в хронологии из всех наших теологов. Он прочёл наибольшее число книг с большей критикой и сделал более обширные выписки из них, чем кто-либо в то время; как говорил [епископ] Уилкинс, он был самым эрудированным из всех, кого он знал».

Епископ Ллойд к тому времени уже был величиной мирового уровня в области написания истории. К нему обращались за советами в разрешении хронологических проблем писатели и историки со всей Европы. Вот только один из примеров. Тиндал Харт (A. Tindal Hart) пишет в своём труде {5, стр. 230}, приводя примеры из дошедшей до наших дней корреспонденции:

«Епископ, несомненно, получил повсеместное признание как величайший историк своего поколения. Среди манускриптов Черри в Бодлианской библиотеке находится большая коллекция писем на латыни от корреспондентов в Италии и Франции, которые просили у Ллойда совета по данному предмету.

Один автор, датировавший своё послание из Флоренции 26-ым сентября 1686 года, пылко заявлял: «Не большое расстояние по земле и морю, а только моя собственная робость до настоящего времени препятствовала мне написать Вам, наиболее выдающемуся и достопочтенному епископу, чья хорошая репутация в сфере хронологии широко известна, чтоб я мог, в конце концов, разрешить, как при помощи оракула, некоторые сомнения, которые ставят меня в тупик. Не так давно я получил письма от неких учёных, Виоколата Туанарда (ViocolatToinarde) и Антона Пашо (AntonPagio), которые восхваляли не только Вашу выдающуюся эрудицию, но также Вашу доброту и любезность, и постоянное внимание к этим хорошим качествам, а прежде всего, Ваше содействие в изучении науки хронологии и в очевидной доступности всем. Таким образом, я осмелился написать Вам, не столько в надежде, сколько в смелости, что вы разрешите для меня одну или другую из трудностей, которые меня приводят в замешательство…»

Затем автор приступил к перечислению своих хронологических головоломок».

Во многих хронологических спорах Ллойд выступал как главный авторитет и его слово было решающим в том, какая позиция верна и, следовательно, будет утверждена и зафиксирована в виде публикации.

Показателен в этой связи следующий пример. Британский историк Эдмунд Калами (Edmund Calamy) привёл написанную им часть истории Англии в своём «Сокращённом варианте» (Abridgement), но позднее она была отвергнута «составителем третьего тома Полной истории Англии», который заявил, что история была «весьма недостоверной». Калами горячо возразил на это, и автор «Полной истории» (Complete History) «посоветовал обратиться к самому доктору Ллойду, который ещё был жив, епископу Ворсестерскому, и наиболее способному из всех людей отобразить данный предмет в истинном свете». После вмешательства Ллойда и его высочайшего одобрения фрагмент Калами был всё же утверждён (несмотря на то, что совсем недавно был признан весьма недостоверным) и его фрагмент был включён в «Полную историю» Англии, став её частью. Интересно, а сейчас кто-нибудь об этом помнит?

Епископу со всех концов страны слали для утверждения и одобрения публикации и новые исторические разработки. Сам епископ написал такие канонизированные позже работы, как «История Реформации» (The History of the Reformation), исследование ранней истории Британии и Ирландии, многие исследования по истории церкви.

Издание 1703 г., дополнительный манускрипт 15054, том 40 в Британском музее содержит хронологическую перепись британских принцев, которую доктор X. Хамфри, епископ Бангорский, отправил Ллойду, чтобы помочь тому с историей. «Милорд, – писал он, –собрав всё, что я смог привести к каким-либо британским событиям со времён прихода саксов и до 960 года, я думал отправить Вашему Преосвященству всё полностью, но поскольку не было времени переписать всё, я отправляю Вашему Преосвященству отрывок из Преемственности наших королей, как она есть. Осмелюсь сказать, что она более верная, чем какая-либо из существовавших до настоящего времени, однако, я не полностью доволен ею. События очень запутанны во многих местах». Стоит ли говорить, что сегодня эта путаница, приводившая в смущение авторов, уже никого не интересует. С помощью Ллойда труд этот также был канонизирован.