Свет в тёмной башне - Марина Ефиминюк

— Конечно.

В его глазах плескался смех. Подозреваю, что разница в возрасте у нас была года три, как с Алексом, но меня не покидало ощущение, будто парень с северного полуострова старше на две жизни.

— Ноэль Коэн, — представился он.

— Шарлотта, — зачем-то ответила я и поспешно добавила: — Тэйр.

— Помню.

Раз высокомерие на него не действовало, оставалось нахальное дружелюбие, презираемое северянами:

— В таком случае пожмем руки?

— Не утруждайся хорошими манерами, — хмыкнул он. — Они тебе и так поперек горла.

Ноэль оказался прав настолько, что невольно напрашивался вопрос:

— Ты что, за мной наблюдал?

— Тебя подводит умение держать лицо.

— Неужели?

— Сейчас тоже.

Только собралась выдать колкую фразу и почти ее придумала, как с балкона хлынула незнакомая бархатная мелодия. С изумлением я поняла, что сделала головокружительный разворот на цыпочках и оказалась ловко пойманной то ли в объятия, то ли в капкан.

Ноэль танцевал вообще не по канону! К таким хореографическим вывертам не готовят ни жизнь, ни учитель танцев, ни мама, любящая следить за уроками и придираться к любой мелочи. Он двигался медленно, держался на ничтожном расстоянии и смотрел исключительно на меня, а не расточал скучающие взгляды по сторонам или на девушек рядом, как это обычно делал Алекс. От непривычки, что партнер всем телом и каждым мельчайшим жестом давал понять, что сосредоточен на мне, а не на мысли, как сбежать к подавальщику за бокалом с крепким спиртным, захотелось одновременно моргать, дергать глазом и кусать губы. Такое разнообразие нервных тиков, растеряться недолго!

Пока я разбиралась в собственной душевной организации и пыталась ее обратно переорганизовать, паршивая действительность вернулась. Ноэль поднял голову. Взгляд нацелился на кого-то за моей спиной и мгновенно заледенел. Следующая фраза разодрала в клочья хрупкое волшебство момента:

— Ты сегодня одна? Без своего… сопроводителя.

— Жениха, — с прохладцей поправила я, решив, что он забыл, как это слово произносится на шай-эрском.

Недолго музыка играла! В смысле, меланхоличная мелодия по-прежнему лилась со стороны балкона, но все встало на свои места. Мы неизбежно заговорили об Александре. Программу обмена студентами с Норсентом курировал его отец, и, видимо, северянин чего-то хотел от моего будущего свекра или вообще от обоих Чейсов.

— Ты здесь без него? — с нажимом повторил Ноэль.

— С ним, — вздохнула я, мысленно поклявшись, что теперь точно навсегда разочаруюсь во всех мужчинах, кроме папы, и никому не дам шанса притвориться приличным человеком. — Александр сейчас очень занят.

— Настолько, что не знает о споре? — Его акцент стал заметнее, речь звучала резче.

Перед мысленным взором вновь возник страстный поцелуй под новогодней аркой, омытый дождем из серебристых блесток. Увидела как наяву, во всех красках и подробностях, а ведь только-только удалось изгнать образ из сознания!

— Полагаю, он знает, — сухо вымолвила я.

— И твоему сопроводителю плевать, что парни спорят на деньги, кто из них этим вечером… — Ноэль запнулся, словно подбирал слова помягче, — соблазнит девушку, с которой он обручен?

До меня мгновенно дошел смысл сказанного, но от замешательства на некоторое время пропал дар речи. Даже к лучшему, ведь ответить вежливо все равно не удалось бы. Однажды Алекс заявил, что не собирается со мной нянчиться, и эти годы именно так он поступал, демонстрируя потрясающую верность собственному слову. Даже сегодня предпочел устроить собственное представление для взрослых, нежели остановить абсурдный спор.

Мама говорила, что в любой ситуации леди следует красиво улыбаться, но у меня теория вечно расходилась с практикой. Фальшивая улыбка красивой не удавалась. Вот и сейчас криво растянула губы, легла, как пристроченная.

— Сколько сегодня за меня дают?

— Сорок динаров, — не моргнув глазом, ответил Ноэль.

— Оказывается, я дорого стою, — мрачно пошутила я. — Говорят, на других ставки были поменьше.

Неожиданно стало ясно, что мы замерли на месте и мешали остальным парам перемещаться по танцевальной площадке. Ладонь Ноэля по-прежнему лежала на моей спине, я все еще цеплялась за его широкое крепкое плечо и чувствовала под пальцами гладкую дорогую ткань сюртука. Следовало расцепить руки, отойти на шаг, но ни один из нас не пошевелился.

— И что, Ноэль Коэн, ты решил победить в этом споре?

— Нет.

— Вера не позволяет быть азартным? — съязвила я, хотя нападать на северянина было сродни тому, как рубить голову гонцу с дурной вестью. В общем, ужасно глупо.

— Я не делаю ставок на девушек, — спокойно ответил он.

— Если ты проходишь мимо, то для чего вмешался? — спросила я. — Не то чтобы я не могла сама за себя постоять, просто любопытно.

Он что-то ответил на родном языке, однако использовал совершенно незнакомые речевые обороты. Вообще-то, в Норсенте существовало около десяти разных диалектов, слишком много для небольшого полуострова, но нам преподавали лишь тот, на котором говорила королевская семья, простой и текучий. Это никак не мешало мне говорить с чудовищным акцентом и пропускать половину предлогов.

— Переведи, — потребовала я.

— Не выношу, когда унижают принцесс.

— Ты ведь сказал что-то другое, — не поверила я.

— Если не уверена, то стоит попытаться и выяснить, — не стал отпираться он, но и не подтвердил догадку.

— Мне не настолько интересно, чтобы бежать за словарем.

Мы пытливо смотрели в глаза и, наверное, со стороны напоминали Алекса с той стипендиаткой. Оставалось разве что качнуться навстречу.

Музыка между тем неохотно заканчивалась: сначала долго стихала, потом ударила последними звенящими нотами, и наступила тишина. Разом вспыхнули магические лампы, на свечах, украшающих новогоднее дерево, вытянулись иллюзорные язычки пламени.

— Спасибо за танец. — Ноэль опустил руки и отступил.

Мы сухо попрощались, и я даже успела промаршировать к выходу, когда в сознании всплыла четкая и острая мысль. Обычно на людях Алекс старался вести себя осмотрительно, и я терпеливо ждала, когда он осознает, как сильно во мне нуждался. Похоже, он больше не хотел стараться, а меня до смерти задрало ждать.

Я окинула шумный зал быстрым взглядом, пытаясь в толпе отыскать фигуру в коричневом сюртуке. Ноэль успел исчезнуть из поля зрения, и его пришлось искать. Недолго, правда. Компания северян обнаружилась возле злосчастной новогодней арки. Вообще, их было сложно не заметить: все как на подбор — высокого роста, атлетически сложенные и одеты пусть дорого, но не по здешней моде. Еще они обладали особенным талантом, находясь в шумной толпе, подчеркнуто держаться особняком.

Ноэль заметил меня издалека и, не выпуская из вида, наблюдал за решительным возвращением. Знаю, что некоторые тушуются под чужим пристальным взглядом, не понимают, куда деть руки, и в коленях будто появляются шарниры, но в меня с детства вбили умение гордо нести себя миру.