Путешествие по чашам весов. Левая чаша 2 - Ёжи Старлайт

то, что по долгу службы он часто сталкивался с различными проявлениями зла. Достаточно просто посмотреть на его опоясанные татуировками руки. Он многое видел, знает и понимает. Для него не станет неожиданностью обнаружение зла там, где его, по сути, быть не должно. Мне потребуется поддержка такого человека, как он.

Женщина чуть передвинула очередную вещь на полке и продолжила:

— Теперь Мстив. Он более циничен и прагматичен, чем любой из нас. Эти качества заставляют его относиться с недоверием ко всему хорошему. Он изначально подозревает худшее, а удачное завершение того или иного события воспринимает как исключение из правил. Зло для него — органичная часть всего сущего. Как, например, день и ночь — равноценные и необходимые составляющие суток. Я не знаю, что может поколебать его невозмутимость и вывести из состояния равновесия.

Комда чуть усмехнулась:

— Разве только слишком шумное поведение Гдаша. Но это к слову… Мне пригодится человек с холодным и расчетливым умом. То, что он прекрасный разведчик, является удачным дополнением к остальным чертам его характера.

Вдруг с губ женщины сорвался тихий и радостный вскрик. Она увидела на полке небольшую раковину, которую они с Озби нашли на Парадизе. Она положила ее на ладонь и осторожно провела по гладкой поверхности пальцем. Это движение было таким ласковым, что со стороны казалось, будто она гладит раковину. Затем осторожно положила ее на полку и, не поворачиваясь, продолжила:

— Раст… Я долго колебалась, прежде чем сделать этот выбор. Больше, чем в отношении других кандидатур. Душа твоего брата подобна коктейлю. В ней множество слоев — и светлых, и темных. И чего больше в этом странном напитке, даже мне трудно определить. Благородство и сострадание соседствуют с амбициями, непомерной гордыней и завистью. Последнее наиболее опасно. Именно через него Тресс завладел его душой. К тому же, если я возьму его, придется учитывать его чувства ко мне…

Женщина повернулась и быстро посмотрела на Озби. Тот продолжал молчать.

— Но оставить его на борту корабля мне представляется еще худшим вариантом. Тем более что ты на время моего отсутствия станешь капитаном «Синей чайки».

Услышав ее последние слова, Озби не выдержал и прервал Комду:

— Значит, я был прав, когда подозревал, что мое назначение на должность заместителя капитана было неслучайным. Ты еще тогда решила оставить меня на корабле!

Комда не ответила на его эмоциональное обвинение, а негромко продолжила:

— Я пришла к тебе для того, чтобы все объяснить. Хотя и предполагала, что твоя реакция будет именно такой. Я решила сделать это заранее. До того как объявлю свое решение на совете офицеров. Но не только для этого. Я зашла проститься.

Озби быстро поднялся с кресла и взволнованно воскликнул:

— Проститься?!

— Не волнуйся. Проститься — в смысле попрощаться. Вряд ли в оставшиеся несколько дней у нас еще будет такая возможность…

Сразу после этих слов она, не останавливаясь, продолжила:

— Озби, что я вижу? У тебя на полке стоят свечи!

Он усмехнулся, скрывая свое волнение.

— Я привез их с Рокклифа. Иногда, когда мне нужно подумать, я зажигаю их. На огонь можно смотреть очень долго, жаль только, что свеча сгорает намного раньше, чем в голову приходят умные мысли.

Он подошел и взял с полки одну из мутно-белых палочек.

— Хочешь, я зажгу её?

Комда молча кивнула. Озби поставил свечу на стол и щелкнул импульсной зажигалкой. Огонек вспыхнул маленькой искрой, немного подрожал и стал разгораться. Мужчина подошел к выключателю и погасил свет. В комнате стало темно, и только небольшое пламя, вытягиваясь в длинную нить, освещало стол и силуэт стоящей около него женщины. Озби медленно подошел к ней. Его ладони осторожно сжали лицо Комды. Руки погрузились в ее густые волнистые волосы, а большие пальцы стали нежно гладить виски. Постепенно они скользнули вниз по гладкой коже щек и дотронулись до губ. Он тихо прошептал:

— Не знаю, как я смогу без тебя.

— Я тоже буду скучать.

Озби принялся целовать ее. Сначала тихо и неторопливо, потом все сильнее и крепче. Его руки скользили по телу женщины. Постепенно движения становились все более торопливыми. Он, задыхаясь, произнес:

— Расстегни форму.

— Сегодня сам.

Комда хитро улыбнулась и опустила руки вниз, словно подтверждая только что сказанные слова. Пальцами мужчина дотронулся до первой застежки на ее куртке. Озби заставил себя успокоиться. Хорошо, он не будет торопиться. Еще неизвестно, кто сможет выдержать эту пытку дольше — он или она. Комда, не отрываясь, смотрела ему в глаза. В их янтарной глубине дрожал огонек свечи. Когда все застежки на её форме были разомкнуты, мужчина снял и отбросил куртку в сторону. Комда подняла руку. Она собиралась движением пальца расстегнуть его одежду. Озби быстро сжал ее ладонь и произнес:

— Сегодня сама.

Комда рассмеялась. Её смех серебристым колокольчиком прозвучал в темноте комнаты. Она потянулась к его форме, все еще продолжая улыбаться. Её пальцы оказались более проворными. Она быстро расстегнула куртку и тут же скользнула под нее руками. Озби смог выдержать ее прикосновения всего несколько минут. А затем прервал свои «мучения», крепко прижав к себе женщину. Их губы опять встретились. Когда они оторвались друг от друга, мужчина прерывисто дышал. Тело женщины чуть вздрагивало. Он спросил:

— Сдаешься или продолжим?

— Пусть будет ничья.

По стенам каюты двигались тени. Слышались вздохи, стоны, неясный шепот. Раздавались слова, которые звучали просто, но значили много. Догорающая свеча затрещала, ее огонек задрожал. Небольшая серебристая коробочка, забытая на столе, сверкнула, отразив свет.

Глава 3

Последние дни неизвестности и ожидания закончились. Соурс больше не казалась далекой сверкающей точкой. Теперь она занимала почти весь иллюминатор корабля. Озби, в соответствии со своими новыми обязанностями, проверял вахты и невольно задержался в рубке. В отраженном свете солнца планета казалась невероятно красивой. Мужчина вспомнил, что Комда сравнивала её с раем, и удивился, насколько точным оказалось это определение. Сквозь белую дымку облаков виднелись изумрудно-синие поверхности океанов и морей. Очертания материков были настолько органичными, словно их создала не природа, а кисть талантливого художника. Она же раскрасила их всеми цветами палитры. Красные, желтые, зеленые и коричневые цвета смешивались друг с другом, напоминая хрусталики детского калейдоскопа.

По приказу капитана к планете было отправлено несколько исследовательских зондов. Одни изучали состав атмосферы, другие делали снимки поверхности планеты, третьи искали скопления людей и определяли плотность населения. Все, поступающие с них данные, обрабатывались в компьютерах «Синей чайки», а потом ложились на «стол» капитану. За столом «командовал» Энди. Андроид был настолько занят, что почти не общался с людьми.

Вагкхи