Игрушка для Магната - Эмилия Марр

договорившись с ним о приеме экстренного больного, кладу трубку.

— Все, ладно, мы поехали.

Собираюсь сесть в машину, как подруга хватает за руку.

— Аля, если они знают твою тачку, они могут найти вас, тебя.

— Черт, — а ведь она права! Моя малышка зарегистрирована в столице, и адрес мой домашний там указан… А если похитители явятся ко мне домой?

Прислоняюсь спиной к машине и качаюсь взад-вперед. Вот незадача! Как решить этот вопрос? С закрытием пекарни мама постоянно дома…

— Что делать будешь?

— Не знаю. Думаю пока.

— Я бы предложила обратиться… — Делает многозначительную паузу, а после продолжает: — Но ты же не согласишься.

Продолжая раскачиваться, произношу, глядя в небо:

— Не соглашусь.

— Хочешь, позову ее к нам в гости?

— Ты же знаешь, наши мамы не очень ладят.

— И то правда. Что делать тогда?

Молчу, на ум ничего не приходит. Только если рассказать ей правду и свалить на время из города. Но это не выход. Мама начнет требовать, чтобы я обратилась в полицию, а я для себя уже поняла на основе расследования гибели моего Илюши и папы, что там я правды и справедливости не добьюсь. Поэтому пошла в журналистику, как встала на ноги.

— Ладно, Аля. Я тоже еще подумаю, как вам помочь. Давай перенесем твоего дружка ко мне в машину, и на ней вези его в больницу к Дане. Будем надеяться, что тебя не тормознут по пути менты.

Как представила, что придется его вновь перекладывать, поднимать, так сразу перехотела это делать. Наверное, подруга все поняла по моему виду и позвала охранников, которые все за нас сделали.

Вручая мне ключи от своей тачки, Люба на мгновение задерживает их в своих руках и, дождавшись, пока я взгляну на нее, говорит:

— Аля, о помощи не стыдно просить. Главное, чтобы было не слишком поздно.

Понимая, на что она намекает, киваю.

— Хорошо, но в этот раз я сама. А после что-нибудь придумаем.

Едем в больницу без происшествий. Для большей конспирации надела очки. Подъезжая к частной клинике родственника Молота, оглядываюсь по сторонам, ища слежку. Никого не обнаружив, выдыхаю с облегчением.

Вызываю Данияра с носилками. Грузим спящего парня на переноску и везем в больницу.

Не знаю, что делает этот напыщенный самовлюблённый мужчина, который не раз подбивал ко мне клинья, но через недолгое время ему удается привести в сознание моего горе-знакомого.

Вхожу в его палату вместе с Данияром.

— Ну что же, можно сказать, доброе утро. Как спалось?

Мужчина на больничной койке смотрит на нас с подозрением, как будто ожидает чего-то. А он красавчик! После того как его вымыли и привели в порядок, могу сказать это с уверенностью. А если учесть его высокий рост — да, действительно очень привлекательный мужчина.

Переглядываемся с Даней, и решаюсь заговорить:

— Вы меня помните? Нас похитили вместе, сегодня. Вернее, вас похитили, а я думала, что случилась авария, и хотела помочь. И меня тоже запихнули в машину. В итоге нас отвезли в ангар. Мне удалось сбежать оттуда с вами. Но я слышала кусочек разговора похитителей. Возможно, вам стоит позвонить родным, так как речь шла о подписании каких-то документов… Доктор, — указываю на Даню, — постарался вывести снотворное из вашего организма как можно быстрее, чтобы помочь вам предотвратить планы преступников.

Заканчиваю свою пламенную речь, но никакой реакции не получаю. Он все так же, с подозрением, наблюдает за нами.

— Как вас зовут? Может, я попробую разыскать ваших родственников? — делаю еще одну попытку пойти на контакт.

— Телефон, — требовательно, с хрипотцой в голосе произносит мужчина.

— Простите?

— Что непонятно? Где мой телефон? Или дай свой. Мне надо позвонить.

Даня лишь ухмыляется всей нелепости ситуации.

Делать нечего — достаю из пиджака свой мобильный, провожу разблокировку и протягиваю «больному».

Мужчина резким движением перехватывает его из моих рук и сразу звонит.

— Это я, все отменяй! Немедленно! И срочно приезжай! — дает приказ своему собеседнику. — Адрес клиники и номер палаты? — обращается он к Дане.

Получив ответ, диктует его собеседнику.

— И да, одежду мне захвати. Меня переодели в больничные лохмотья.

Не знаю как Дане, но лично мне обидно такое слышать. Обидно за клинику: она высокого класса, и все здесь на уровне и для богатых клиентов. А он лохмотьями новую, качественную пижаму обозвал? Кто этот мужчина?

Журналистское любопытство не дает мне покоя, и когда я получаю свой телефон обратно, решаюсь спросить:

— Как вас зовут?

Мужчина внимательно смотрит на меня, а после произносит:

— Не думаю, что нам стоит обмениваться этими данными. Как только я выйду из этого… — он с пренебрежением осматривает свою палату, как будто слово «гадюшник» хочет сорваться с его уст, но все же сдерживается и продолжает, — из этой клиники, наши пути с вами больше не пересекутся.

Немного опешив от наглости больного, приоткрываю рот.

— Дорогая Аля, — Даня обходит кровать и подходит ко мне со спины, — думаю, тебе уже пора. — Берет меня за плечи и разворачивает в сторону выхода. — Тебя мама ждет, помнишь?

В оцепенении ведусь на его уловки и уже у выхода слышу:

— Эй, трубку свою забери, она мне не нужна.

Застываю — вот же хам!

Возвращаюсь к нему, сверлю гневным взглядом и рывком вырываю свой мобильник из его рук.

— Эй, — вновь окликает, — позвонишь по последнему набранному, тебе дадут вознаграждение, которое ты захочешь.

— Да пошел ты! — выкрикиваю, глядя в его глаза и покидаю палату!

Ты посмотри на него! Спасла, вытащила из такой западни! Тащила на себе его тяжелую тушку, привезла в одну из лучших клиник