Избушка в наследство (СИ) - Маренина Анна

Так что Яша научилась быть собранной, пунктуальной, исполнительной. Чтобы ничего не пошло «не так», чтобы не за что было ругаться и злиться.

И Яша так привыкла быть этой отличницей, этой «хорошей девочкой», у которой все всегда получается с первой попытки. Это было приятно, это было привычно, это было просто.

Так что целый день бесплотных попыток овладеть самым базовым и элементарным магическим действием, да еще и с сопутствующим ущербом, ощущался как удар под дых.

Яша несколько раз ударила подушку, яростно попинала воздух, повернулась на бок, чтобы не задохнуться, и выпустила эмоции вместе с морем слез.

Она почти уже уснула вот так, истощенная слезами и вызвавшим их днем, когда забытый на столе у кровати телефон вдруг издал долгую печальную вибрацию.

Черт. Она же теперь не сможет просто спокойно лежать, пока не проверит, что там.

Странно онемевшая внутри, Яша потянулась за девайсом. Чуть-чуть не хватает. Вот если бы она была повыше, а ее руки подлиннее… Стоп. Она же ведьма. Она же может пролевитировать телефон в руку! А нет, не может. Она же неумеха, которая только притворяется, что может и умеет, а на самом деле ничего из себя особенного не представляет…

Спираль жалости к себе, самобичевания и обиды снова начала раскручиваться в голове, но Яша решительным жестом задвинула ее в дальний уголок сознания. Не сейчас. На сегодня хватит уже слез и самокопаний.

Все-таки встав с кровати и дотянувшись до телефона, она кликнула по всплывающему уведомлению с пугающим «99+». Группа класса ожила, и, кажется, все двадцать человек решили высказаться и поучаствовать в активном обсуждении…

Чего?

Ох что б его за ногу, август закончился гораздо быстрее, чем она ожидала! Первое сентября уже послезавтра!

Нужно будет собрать рюкзак, и постирать форму, и найти школьные туфли, и, и.

Яша замерла посреди комнаты, чувствуя, как кровь отливает от ее лица.

О господи, магия! Она же еще совсем не может ее контролировать, даже увидеть сама не может, только все испортить! А что, если «(совсем не кровавый, не переживай) инцидент» случится в школе? Это же просто ужас, просто кошмар!

Девушка сорвалась с места и побежала на кухню:

— Аааааа, Вася, что мне делать?!!

— Что тебя так взбаламутило, мелочь? — Невозмутимо спросил кот, отвлекаясь от блюдца с молоком и включенного телевизора.

— Школа. Школа начинается. Послезавтра. А я же не могу это контролировать. А что, если я кому-нибудь наврежу? Или все сломаю? Что мне делать?

— Прямо сейчас: сесть и выдохнуть. — Строго сказал фамильяр. — Не паникуй. Еще же ничего не случилось, зачем себя так накручивать? Все будет хорошо. Пойдешь в школу как обычно, и все там будет в порядке. Ты скоро научишься и сдерживать Силу, и колдовать как следует. А если и вылезет что в процессе, то либо эти не одаренные магией детишки вообще ничего не заметят, либо я приду и помогу уладить последствия, хорошо?

— Хорошо. Спасибо. Я, я наверное пойду умоюсь, и спать. Да, надо поспать. — Сказала девушка заторможено, внезапно уже совсем не паникующая. Это что, Вася над ней помагичил? Надо будет у него спросить. Но — завтра, все завтра.

Яша вырубилась, кажется, в ту же секунду, что ее голова коснулась подушки, и спала долго и без сновидений.

Через два дня Яша стояла около школьного крыльца, в белой блузочке, юбке и с друмя аккуратно заплетенными косичками, и чувствовала себя очень неуютно и тревожно в толпе сверстников. Подобного рода массовые мероприятия никогда не были особенно приятными, со всей этой суматохой и неразберихой, шумом и жарой. Сегодня же Яша, несмотря на все уверения бабушки и даже язвительного Васи, никак не могла перестать хоть чуть-чуть нервничать и чувствовать себя бомбой замедленного действия в этой дурацкой, неповоротливой толпе.

— Строимся! Я еще раз повторяю, строимся, дети! — Проговорила пронзительно, почти прокричала, завуч.

Толпа разновозрастных детей, скучковавшихся со своими знакомыми, но все равно очень хаотичная, начала чудесным образом самоорганизовываться и выстраиваться вдоль белых линий на асфальте.

— Ты из одиннадцатого А? — Прозвучало где-то рядом.

Яша ни с кем тут сегодня еще не разговаривала, так что небезосновательно предположила, что обращаются не к ней, и проигнорировала вопрос.

Ее похлопали по плечу:

— Ты из одиннадцатого А?

Яша обернулась и несколько секунд молча хлопала глазами на незнакомку. Ее ровесница, на пол головы повыше. Волосы ниже плеч, очень красиво выкрашенные в пепельный блонд. В волосах надо лбом — темные очки. Лицо вроде бы не супермодельное, но такое изящное и аккуратное, что прямо загляденье. И блузка… Да, блузка тоже очень красивая. И декольте этой блузки тоже.

Яша почувствовала, как к ее щекам прилила кровь, и смущенно отвела взгляд.

Сейчас неподходящее время для зависти.

— А? Да, из А. — Ответила она слабым голосом.

— Отлично, а то я уже думала, опоздаю! Я Таня, теперь буду тут учиться!

Незнакомка- то есть Таня, улыбаясь, приветливо протянула руку для рукопожатия.

Яша протянула руку в ответ и подумала, что, пожалуй, этот день не так уж и плох. С новой девочкой можно будет даже попробовать подружиться…

Ее мысли, как и шум толпы вокруг, оказались очень неожиданно прерваны воем пожарной сирены.

Глава 4. Разговоры о погоде

Пронзительное, раскатистое «ИУИУИУ…» звучало из всех динамиков по периметру и внутри школы.

Толпа у крыльца замерла удивленно и встревоженно. Какие-то пацаны из средней школы начали громко смеяться, разряжая обстановку. Учителя, кто мог, оставили детей на коллег и теперь бегали вокруг, пытаясь найти директрису или выяснить друг у друга, что происходит и что же делать в настолько нестандартной ситуации: «эвакуироваться» по протоколу, или продолжать линейку, как ни в чем не бывало?

— И часто у вас тут такое? — С насмешкой спросила Таня.

— Да вроде в первый раз… Меня, кстати, Яша зовут. — Девушка вспомнила про прерванное рукопожатие, и в ответ на удивленно подлетевшие брови блондинки пояснила: — Ядвига.

— Ооо. Красивое имя.

— Дети! ДЕТИ! Не разбредаемся, идем все вместе на территорию для эвакуации! Идем за учителем, не отвлекаемся! — Причитала завуч. Женщина явно уже очень устала и взмокла от переживаний и беготни на солнцепеке. Яше подумалось мельком, что сейчас, «для полноты картины» бедствия, не хватает только внезапно пошедшего дождя.

Подростки вокруг развернулись и пошли к задней калитке вслед за Еленой Геннадьевной, и только тут Яша заметила, что все это время продолжала бессознательно держать танину руку:

— Ой, извини! Не заметила. Пойдем? — Добавила она более тихо и неловко, опасаясь показаться навязчивой.

— Конечно. — Ответила блондинка невозмутимо.

Не успели девушки сделать и трех шагов, как на них начали падать частые, крупные дождевые капли.

— Ой! Ай! Только что же солнечно было! — Послышалось со всех сторон.

Линейка первого сентября была официально разрушена.

Яше, наверное, стоило бы быть расстроенной таким поворотом событий, но девушку, на удивление, переполняла какая-то удивительная пузыристая легкость и радость. С широкой улыбкой она стояла под проливным дождем, пока Елена Геннадьевна собирала и пересчитывала их класс, рассказывала торопливо, во сколько и с чем нужно будет прийти завтра утром, и скрепя сердце отпускала «детей» домой.

Яша глянула на все так же стоящую неподалеку Таню. Ее волосы и одежда промокли насквозь, макияж потек, и в целом блондинка выглядела достаточно несчастно, хотя выражение ее лица было не столько злобным, сколько расслаблено-сосредоточенным. Может, чуточку обреченным.