Истребитель - Норманн Спинрад

– Да, капитан.

– Ни в коем случае не открывайте огонь. Не делайте ничего, что могло бы изменить теперешнее положение – даже не чихайте.

– Понимаю, капитан. Если мы не изменим исходных данных, машина будет бездумно сохранять уравнение.

– Я на это надеюсь. Как продвигается ремонт транспортатора?

– Медленно. Мистер Скотт говорит, что перегорела половина резисторов. Каждый в отдельности заменить недолго, но замена такого количества требует времени.

– Расчёты?

– К тому времени, как «Созвездие» окажется в ста милях от робота, нам удастся завершить весьма ненадёжный ремонт. Сэр, мы также подсчитали, что сто миль являются радиусом защитной зоны робота, в пределах которой он атакует любые объекты, движущиеся с мощностью.

– Отключить мощность я не могу. Будем надеяться, что он голоден.

Входное отверстие на экране стало расти быстрее. Взглянув на часы, Кирк поднёс руку к рубильнику.

– Мистер Спок, у меня больше не остаётся времени. Транспортатор работает?

– Он может сработать, капитан. Ничего более определённого я сказать не в состоянии.

– Ясно. Будьте наготове.

Теперь входное отверстие заполняло весь экран, не оставляя места ничему другому. Но робот по-прежнему не стрелял.

– Ладно, Спок! Давайте!

Он рванул рубильник назад до упора. В следующий миг инженерный отсек обречённого на гибель «Созвездия» исчез, и Кирк очутился в транспортаторной «Энтерпрайза». Он тотчас кинулся к ближайшему экрану. По интеркому разносился голос Спок, отсчитывающий:

– Двадцать пять секунд до детонации. Компьютер, отметку за десять секунд и одну пятнадцатую второго варп-двигателя на варп 1 за полсекунды до взрыва.

Его приказ на мгновение сбил Кирка с толку; потом он сообразил, что всё ещё смотрит в пасть адской машине, и что Спок намеревается сделать рывок в тот миг, когда транспортный луч переключится на «Созвездие» – если переключится.

– Пятнадцать секунд. Отметка. Пять секунд. Четыре. Три. Два. Один.

Флик!

Внезапно истребитель на экране резко уменьшился – теперь его отделяли от «Энтерпрайза» тысячи миль. Экран автоматически увеличил изображение до прежних размеров.

И тут же из пасти истребителя ударил ослепительно яркий луч. Кинувшись к лифту, Кирк поднялся в контрольный отсек.

В контрольном отсеке группа офицеров – среди них коммодор Деккер – напряжённо наблюдала за экраном. Язык пламени всё удлинялся. Он протянулся уже по меньшей мере на двести миль. Он мог бы сжечь «Энтерпрайз» в единый миг, как пламя свечи сжигает мошку.

Затем он постепенно угас. Спок проследил за показаниями приборов.

– Получилось? – нетерпеливо спросил Кирк.

– Пока не могу сказать, капитан. Радиация от взрыва сама по себе слишком сильна. Но сам факт, что нам удалось вырваться, свидетельствует, что машина по меньшей мере повреждена… Теперь радиация спадает, посмотрим.

Кирк затаил дыхание.

– Кривая снижения радиации приобретает экспоненциальный характер. Все источники энергии деактивированы. Капитан, оно уничтожено.

Присутствующие разразились радостными криками. В шуме всеобщего ликования Деккер двинулся к Кирку.

– Последний корабль, которым я командовал, – тихо сказал он. Но Вы были правы, капитан Кирк. Прошу прощения за то, что узурпировал Ваш пост.

– Вы руководствовались целью спасти жизни и собственность Федерации, так же, как и я. Если Вы готовы снять свой протест против нарушения мною инструкции – который Вы имеете полное право сделать – мы не станем больше об этом говорить.

– Разумеется, я снимаю протест. Но всё-таки «Созвездие» – последний корабль, которым я командовал. Я не могу забыть о том, что моя первая попытка атаковать эту адскую машину обошлась в четыреста человеческих жизней – жизней людей, которые мне верили – и что я снова самонадеянно пытался повторить свою попытку ценой жизни Ваших людей. Если человек перестаёт учиться на собственных ошибках, ему больше нельзя доверять командование.

– Это, – сказал Кирк, – самоосуждение, которое только Вы можете вынести. Я считаю, что это мудрое и верное суждение. Но это только моё мнение. Мистер Зулу?

– Сэр?

– Хватит народного ликования, возьмите курс на Базу 17.

– Да, сэр. – Но рулевой всё ещё улыбался. На лице Спока, разумеется, не было и тени улыбки, но выглядел он, если это только возможно, ещё более серьёзно, чем обычно.

– Мистер Спок, у Вас вид человека, которому есть, что сказать.

– Только одно, капитан; и это лишь предположение.

– Тем не менее, я хотел бы его выслушать.

– Капитан, когда две воюющие стороны изготовляют друг против друга оружие такой мощности, это почти всегда означает, что их технологический уровень одинаков; в противном случае они не пошли бы на такой риск самоуничтожения.

– То есть?

– То есть, сэр, существование одного такого истребителя подразумевает существование другого.

– Думаю, это возможно, – медленно произнёс Кирк, подавив холодок. – Хотя запустить второй они могли и не успеть. Что ж, мистер Спок, предположим, появится другой. Что Вы станете делать?

Спок поднял брови.

– Это не проблема, сэр. Я послал бы ему бомбу, замаскированную под звездолёт или, ещё лучше, под астероид; меня занимает не это. Эту опасность сейчас можно считать минимальной, даже если второй истребитель и существует.

– Если Вы не думали об опасности, о чём же Вы тогда думали?

– О нерациональности, – сказал Спок. – Решать дважды одну и ту же проблему нерационально; это трата времени.

Кирк вспомнил о долгих часах на борту беспомощного «Созвездия» – и о четырёхстах погибших на уничтоженной планете.

– Я, – сказал он, – предпочитаю решать проблемы рационально. Это сберегает жизни.