Идеальная иллюзия - Клаудиа Тан

на качестве, и тогда Гарри увидел в нем помеху для проекта, избавившись в итоге от «Вудс энд Ко».

Из-за этого компания родителей потеряла большую часть своего дохода, но мой отец держался за свои принципы добросовестности и честности до последнего. Он действительно хотел, чтобы эти ценности укоренились в самом ядре компании.

С тех пор «Вудс энд Ко» не участвовала ни в одном проекте с компанией Гарри, но из-за общей сферы деятельности избегать друг друга они были не в состоянии. Я множество раз посещала отраслевые выставки и конференции вместе с родителями, которые также бывал и Гарри; своими собственными глазами видела, как обе стороны натягивали фальшивые улыбки и притворялись, что не ненавидят друг друга до глубины души, пока болтали о будущем земельной собственности Бостона.

Иногда на этих выставках я замечала Дэниела. Он же никогда не обращал внимания на меня, – совсем как сейчас, – а только крутился вокруг деловых партнеров своего отца, которые были более чем счастливы развлекать его в течение всего дня, просто чтобы расположить к себе Гарри.

Он сильно изменился с того времени. Конечно, я уже много лет не посещала подобные мероприятия вместе с родителями, так что у нас давно не выдавалось случая пересечься. Последний раз, когда я видела Дэниела, ему было лет пятнадцать или шестнадцать – еще совсем мальчишка с растрепанными золотистыми волосами и нестерпимо мечтательными голубыми глазами. Уже тогда все знали, что он вырастет в поразительно красивого и обаятельного мужчину.

Я замечаю, как спутница Дэниела смотрит на него: земля разверзнется под ее ногами быстрее, чем ей в голову придет отвести от него взгляд.

И то, как Дэниел смотрит на нее в ответ, вызывает у меня приступ тошноты. Его томный взгляд медленно и неторопливо скользит по ее телу, задерживаясь на груди, прежде чем снова фокусируется на лице. В его глазах блестит голод, как будто он знает, что собирается сделать с ней сразу после обеда, а она ему это позволит.

Так происходит всегда.

Дэниел Кэррингтон всегда добивается своего, и сегодняшний вечер не станет исключением.

Я прочищаю горло, сжимая в руках два меню, которые взяла со стойки.

– Пройдемте за мной, мистер и миссис Кэррингтон…

Его передергивает от возмущения.

– Вообще-то мы не…

Девушка от удивления смеется.

– Вау, мне нравится, как это звучит.

Едва ли она понимает то, что у Дэниела даже второго свидания с ней не будет, не говоря уже о шансе стать будущей миссис Кэррингтон.

По правде говоря, это были самые увлекательные несколько недель в моей жизни. Когда отец сообщил, что мне нужно поднабраться хоть какого-то опыта перед отъездом в колледж, я предположила, что буду работать в компании родителей. И каково было мое удивление, когда он сказал, что устроил меня на работу в «Бэйзил Китчен» – в один из ресторанов, которые он построил. Я, в конце концов, рассчитывала провести лето, изучая азы строительного бизнеса, поэтому устраиваться на работу простой официанткой показалось мне весьма не эффективным.

Но отец настаивал на том, что я еще слишком юна, чтобы беспокоиться о бизнесе. «Я хочу, чтобы ты наслаждалась летом,– сказал он тогда. – Еще успеешь поработать в компании. Все-таки это большая ответственность, и я хочу, чтобы ты с ней справилась, когда придет время. Кроме того, ты сможешь поднакопить немного деньжат на первый семестр в колледже».

Конечно же, он был прав. А я, естественно, волновалась, потому что это была моя первая работа, и она мне нравилась. Персонал в «Бэйзил Китчен» невероятно дружелюбен и делает все возможное, чтобы я вписалась в коллектив. Я всегда с нетерпением ожидаю наших небольших посиделок в подсобке кухни после окончания смены, чтобы поболтать и посплетничать о гостях, которые входили в двери ресторана.

А самый известный из них – Дэниел Кэррингтон.

Он всегда придерживался определенного порядка действий всякий раз, когда приводил девушку в ресторан. Во время свидания позволял девушке говорить, не замолкая. Изображал из себя заинтересованного слушателя, кивая в ответ на все, что она говорила, и делая вид, что понимает ее чувства и прислушивается к ним. Но на самом деле ее голос был для Дэниела не более чем непритязательной мелодией из лифта, а его внимание уже переключалось на следующий этап завоевания.

Свидания постоянно протекали следующим образом. Когда его спрашивали о себе, он выдавал минимум информации, вероятно, чтобы избавиться от назойливых трудностей, что возникали на следующее утро. Свидание обычно длилось около сорока пяти минут. Дэниел всегда старался заказывать блюда, которые не требовали больших затрат времени, но просил бутылку дорогого шампанского, дабы показать своей спутнице, что он серьезно настроен потратиться на нее, завоевывая тем самым доверие. После оплаты счета он брал девушку за талию, сопровождал из ресторана в свою квартиру, что находилась прямо через дорогу и, ну… наступало утро после.

Некоторые сотрудники даже являлись в ресторан пораньше, чтобы мельком увидеть их в начале следующего дня. Девушка выплеснет всю свою ярость на Дэниела, обвиняя его во лжи, которую он ей наговорил. А он даже не соизволит отрицать. Просто пожмет плечами и попросит ее – чаще всего в ужасно грубой форме – уйти. Слезы будут застилать ее лицо, пока она стоит на тротуаре, сердито тыкая пальцем по телефону, чтобы вызвать такси до дома, в то время как он возвращается обратно в свою квартиру.

Он даже не помогал им вызвать «Убер».

Чертовски жестоко.

Я не сомневалась, что во многом он похож на своего отца. Черствый, бесчувственный мудак. И хотя наши с ним разговоры затрагивают только то, что он предпочитает заказать из меню и не хотят ли они еще шампанского, я абсолютно убеждена в том, что он ужасный человек.

– Сюда, мистер и миссис Кэррингтон, – говорю я, продвигаясь по ресторану.

Дэниел и его спутница следуют за мной.

Сегодня одна из самых напряженных ночей: в летний период в ресторан стекается немало туристов, потому что «Бэйзил Китчен» является самым популярным местом в городе. Я была так занята сверхурочной работой, что у меня практически не оставалось времени видеться с кем-то вне ресторана, особенно с Карой. Бьюсь об заклад, она с удовольствием послушала бы о похождениях Дэниела: она буквально живет и дышит ради сплетен.

– Ваш столик, мистер и миссис Кэррингтон, – сообщаю я и взмахом руки приглашаю их к кабинке.

Он смотрит на меня, и его раздражение нарастает. Я изо всех сил борюсь с желанием хихикнуть.

Когда они оба, наконец, усаживаются на места, я вручаю им меню и отхожу в сторону,