Маешка - Натиг Расул-заде

- Вы, наверно, очень устали? - спросил он.

- И вот я жду с тех пор, когда же бог накажет меня, - продолжала старуха, проигнорировав его вопрос, - и не могу дождаться.

Видно, он забыл обо мне, - старуха твердым взглядом уставилась на него, сняла кольцо с пальца и швырнула на середину стола.

- Идет в пол-цены, - объявила она голосом крупье.

На кольце неожиданно она стала выигрывать, даже разрумянилась от азарта, но везло ей недолго. Часа через три он отыграл все и впридачу выиграл ее кольцо.

- Наденьте его на палец, - сказала она.

Маёшка повертел кольцо перед глазами, разглядывая его равнодушно, как дешевую игрушку.

- Маёшка, - тихо сказал он сверкающему камню. Старуха, улыбаюсь, следила за ним.

- Знаете, - вдруг сказал он. - Я хочу вернуть вам кольцо. И прошу принять. Не отказывайтесь.

- Наденьте его на палец, - повторила она мягче. - Красивые вещи должны украшать молодость, а не старость. Которую ничем уже не украсишь, - прибавила старуха. - Ничем, кроме глупости.

Он надел кольцо на палец и невольно залюбовался им.

Старуха сделала еле заметный жест, и к ней подскочил услужливый верзила.

- Мне пора, - сказала она Маёшке. - Я хочу, чтобы ваш сегодняшний выигрыш принес вам радость.

- Это вряд ли, - сказал он. - Но все равно, спасибо за добрые слова.

- Прощайте, - сказала старуха.

Верзила бережно взял ее на руки и понес из зала. Маёшка провожал их взглядом до самых дверей, и когда верзила уже исчезал за дверями, ему почудилось, что из-за широкой его спины выглянуло на миг светлое, лучезарное девичье личико с озорной улыбкой, предназначенной для него, Маёшки.

Хозяин ждал его в кабинете. Маёшка вывалил на стол пачки денег, неряшливо набитые в карманы. Сели подсчитывать.

- Хорошо, - подвел итоги хозяин. - Будем считать, что ты

за все расплатился. ,

- Мои десять процентов, - напомнил Маёшка.

- Оставь у себя это кольцо, - милостиво согласился хозяин.

И вот тебе немного. На дорогу.

Он отделил от одной из пачек две купюры и бросил перед Маёшкой. Тот некоторое время смотрел на деньги.

- Не забывай, что я дал тебе шанс, - произнес хозяин. - Без него у тебя вообще бы ничего не было. А так, по крайней мере у тебя кольцо. Дай-ка посмотреть.

Маёшка снял с пальца и протянул хозяину кольцо.

Тот, достав из ящика стола большую лупу, принялся со всех сторон разглядывать камень. Головой покачал.

- Старая работа. Сейчас такие не в цене. Старая технология изготовления. Французский камень. Но на пять сотен потянет.

- Он так сверкал, - сказал Маёшка задумчиво.

- Могу купить, если хочешь, - предложил хозяин. - Хлопот будет меньше.

- Давай сюда, - оказал Маёшка. - Если надумаю продать, вспомню тебя. Хозяин бросил ему кольцо. Маёшка положил кольцо в карман, непривычно было носить на пальце.

Хозяин провожал его до дверей, как почетного гостя. Зал уже был почти пуст - дневные гости разошлись, утомившись от игры и азарта, ночные еще не подошли. Только за столом с рулеткой стояло двое-трое посетителей, хронических неудачников, надеясь еще вырвать у судьбы то, что им не полагалось.

- Приходи еще, - сказал хозяин, провожая Маёшку, -когда будешь в ударе.

Маёшка толкнул дверь на улицу и вышел в ночь.

- Несчастный человек, - с неожиданно искренним сочувствием произнес ему вслед хозяин и, обращаясь к черту, оказавшемуся рядом в эту минуту, продолжил, - Больной, несчастный человек. У него семья, дочь.

Живут, как нищие. Он все проигрывает. - И вдруг жестко, изменившимся металлическим голосом строго спросил у черта, - Ты думаешь, если б я отдал ему его долю, он стал бы лучше жить? Купил бы что-нибудь для семьи? Для дочери? Как бы ни так... Все бы спустил до копейки. Больной, несчастный человек...

Черт в знак солидарности с мнением хозяина, стянул свою мрачную маску, как на панихиде снимают шапки, и оказался румяным амурчиком, похожим на педика викторианских времен. Хозяин глянул на него и в сердцах плюнул.

Маёшка вышел на улицу и остановился, пошатываясь. После долгого дня, проведенного неподвижно в прокуренном помещении, ночная грязная, тихая улочка показалась ему санаторием для туберкулезников. Он вдохнул поглубже и почувствовал, как потемнело в глазах. Вдруг он вспомнил о кольце в кармане, вытащил, надел на палец, поиграл пальцами, любуясь камнем, потер его об рукав и снова полюбовался, вытянув руку и прищурясь на камень, словно знаток. Пошатываясь, он поплелся, сам не зная в какую сторону - нужную ли? - когда нагнала его машина с веселым и уютным зеленым огоньком и гостеприимно раскрылась передняя дверца. Он, не говоря ни слова, уселся рядом с водителем и туг же уснул. Проснулся он от того, что что-то неприятно холодило горло. Он открыл глаза и увидел таксиста, приставившего нож к его горлу.

- Сегодня с утра меня хотят убить, - сообщил он таксисту.

- Деньги давай, - оказан тот без лишних слов.

Он вгляделся в таксиста и, кажется, узнал его. Только теперь вместо смокинга на его широченных плечах был какой-то похабный мешковатый пиджак.

- Вообще-то, я не прочь умереть, - доверительно сообщил он таксисту.

- В последний раз говорю...

- В последний раз, - прерван его Маёшка, - я даже забрал всю зарплату у жены и проиграл. Продаю вещи из дома. Наверно, без меня им было бы легче жить. Как ты думаешь?

- Деньга, - с тупым упрямством повторил квадратный таксист, не убирая ножа от горла пассажира.

Маёшка почувствовал горячую каплю побежавшую вниз по горлу.

- Ты мне порезал кожу, - сказал он.

- Я тебя на куски изрежу, если не дашь деньги, - ласково произнес таксист.

Маёшка глянул за окно машины: кривой забор, огромная мусорная свалка. Тьма.

Он вспомнил свой сон.

- Ничего не было видно, - сказал он. - А я думал - увижу другую жизнь. Дырка в заборе не скзозная была, - пояснил он шоферу.

- Деньги! - теряя терпение, прорычал тот.

- Не дам - спокойно ответил Маёшка.

Шофер озверел, ударил его по лицу рукояткой финки, стал рвать ему карманы, но кроме двух мелких купюр ничего не нашел.

- Ты же много выиграл! - заорал он. - Где деньги?!

- Вот, - оказал Маёшка, снял с пальца кольцо, показан шоферу и тут же, проворно положив его в рот, проглотил. Шофер пришел в замешательство.

- Ты что? - только и мог сказать он.

- Через горло прошло, - почти задыхаясь, хрипло выдавил из себя Маёшка и указал на грудь. - Если ты теперь ударишь сюда, ты смотаешь достать его. Очень дорогое кольцо. Огромный бриллиант. Я у старухи взял его.

Шофер, в бешенстве заорав, выволок Маёшку из машины и стал исступленно наносить ему удары ножом в грудь, в горло, в живот.

Кольцо находилось именно там, где было указано. Морщась, шофер запустил свои толстые пальцы в грудь Маёшке и после продолжительной возни извлек кольцо.

Он тщательно вытер руки и кольцо о тряпку, пахнущую бензином и спрятал тряпку под сидение, торопливо сел в машину и уехал, оставив возле кучи мусора окровавленное тело Маёшки. Тот еще дышал.

- Мама! - вдруг среди ночи страшно закричала дочурка, проснувшись в слезах. - Мама! Маёшка умер!