Адмирал Империи 44 - Дмитрий Николаевич Коровников

я на мгновение прикрыл глаза, пытаясь собраться с силами. Регенерирующая капсула определенно была бы сейчас предпочтительнее командирского мостика, но обстоятельства требовали моего присутствия здесь.

— Ответили… Видимо осознали, — с легкой иронией произнес дежурный офицер, бросив на меня вопросительный взгляд.

— Соединяйте, — я заставил себя выпрямиться в кресле.

Когда на экране возникло изображение, я несколько секунд молча всматривался в него, не доверяя своим глазам. Потеря крови и недолеченные раны вполне могли вызвать галлюцинации, но капитан на экране был мне до боли знаком. Судя по его ошарашенному взгляду и выпученным глазам, узнавание было взаимным.

— Айк⁈ Пападакис, мать твою! — радость от встречи со старым приятелем на миг заставила забыть обо всем. — Вот это встреча!

Мой давний знакомый сейчас щеголял в парадном кителе императорского флота, который смотрелся на нем так же неуместно, как смокинг на грузчике. Электронная планка с именем и званием на груди только добавляла комичности его виду. Но еще забавнее оказалась реакция Айка, который тут же набросился на своих подчиненных с отборной руганью.

— Я сколько раз вам говорил, идиоты, отрегулируйте на корабле сканеры, отвечающих за идентификацию кораблей! — гремел он, колотя кулаком по столу с такой силой, что изображение на экране подрагивало. — Я чуть было не уничтожил своего лучшего друга! Почему у меня на мониторе нет названия крейсера «Одинокий», а⁈ О, Господь Всемогущий, спасибо тебе, что не дал испачкать руки кровью невинных! Здравствуй, Александр Иванович, здравствуй мой дорогой!

Внезапно прервав свою тираду, Пападакис расплылся в широченной улыбке. Его искренняя радость от встречи была заразительной — я почувствовал, как собственные губы растягиваются в ответной усмешке.

— Не ожидал встретить тебя здесь, тем более в таком качестве, — я выразительно посмотрел на его китель, который, казалось, вот-вот лопнет по швам в районе еще больше выросшего живота.

— А то! — Пападакис выпятил грудь еще сильнее. — Господин контр-адмирал, разрешите представиться, капитан пока третьего ранга, но это ненадолго — Аякс Пападакис, — он попытался изобразить на лице начальственную важность, что в сочетании с его природной живостью выглядело особенно комично. — Командующий 47-ой гарнизонной группой, несущей дежурство в системе «Онега»…

— Ненадолго это значит скоро на повышение или наоборот, — не удержался я от шпильки.

— Очень смешно… — фыркнул Айк. — Лучше назовите свое имя, звание, должность и цель прибытия ваших кораблей в подконтрольный мне сектор пространства, — он явно наслаждался возможностью поиграть в строгого командира.

— Ну, мое звание ты уже и сам сказал, имя тоже, — я бросил короткий взгляд на Наэму, которая пока оставалась вне поля зрения камеры. — Должности пока не имею, в недавнем прошлом — командующий 1-ой «ударной» дивизией Северного космического флота. Устраивает?

— О, поздравляю, вы пошли на повышение, — воскликнул Айк, переглядываясь со своими офицерами на мостике. В его голосе сквозила наигранная веселость, а взгляд метался между мной и его подчиненными, словно он никак не мог определиться — радоваться ему или беспокоиться.

— Хочешь сказать, что ты не в курсе последних событий? — я внимательно всмотрелся в лицо своего собеседника. Его хитрые глазки бегали как у нашкодившего школьника, выдавая внутреннее напряжение.

— Вы, Александр Иванович, человек конечно яркий и авторитетный, но это абсолютно не значит, что я должен следить за вашей карьерой, — отмахнулся Пападакис с деланным безразличием. Его показное спокойствие плохо вязалось с нервными движениями рук. — Тем более сейчас в Российской Империи все так перемешалось…

— Значит и о приказе Дессе тебе ничего неизвестно? — спросил я с надеждой, хотя внутренний голос подсказывал, что мой старый приятель что-то недоговаривает.

— Ни о каком приказе командующего Северным космофлотом я слыхом не слыхивал, — замотал головой капитан Пападакис, причем так активно, будто пытался стряхнуть с себя саму возможность знать что-либо об этом. — Какое мне дело до этого Дессе! Я выполняю расположения нашего первого министра…

— Значит, ты служишь Птолемею Граусу, — уточнил я, отмечая, как дрогнул уголок его рта при упоминании этого имени.

— Да никому я не служу, — возмутился Айк, его смуглое лицо пошло красными пятнами. — Подписать контракт с ВКС это не равно стать клиентом первого министра.

— Не отходи от темы, — напомнил я Пападакису, прекрасно понимая, что он и его корабли пошли на сближение с нами неспроста. Слишком уж неестественно выглядела эта случайная встреча. — Приказ получал?

— Срочное секретное донесение было получено мной менее пяти часов тому назад, — признался Айк, замахав руками, словно отгонял от себя саму необходимость говорить об этом. — В нем говорится о том, что некие три боевых корабля с неопределенными идентификационными номерами при обнаружении должны быть обезврежены, задержаны и под конвоем эвакуированы…

— Существует ли инструкция, что тебе необходимо предпринять, если командиры этих кораблей откажутся сдаваться? — спросил я, усмехнувшись. Ответ был очевиден, но я хотел услышать его от самого Айка.

— Тогда они должны быть лишены жизни, а вымпелы — уничтожены! — в его голосе прозвучали металлические нотки устава.

— Понятно, а если сдадутся, то будут отконвоированы куда? — я продолжал задавать вопросы Пападакису, наблюдая, как он ерзает в своем капитанском кресле.

— Ясно куда в лагерь первого министра, — важно заявил тот, пытаясь придать себе солидности.

— Значит ты все-таки на привязи у Птолемея, — подытожил я, наблюдая, как меняется выражение его лица.

— Послушай, Александр Иванович, министр Граус является легитимным главой правительства, — стал оправдываться Пападакис. В его голосе звучала плохо скрываемая тревога.

— То есть в приказе, который ты получил, не говорилось о том, кто находится на этих трех кораблях?

— Клянусь, что про вас не упоминалось, — перекрестился Пападакис, и в этот момент он действительно был похож на прихожанина, только вот храмом его была каюта космического корабля.

— А о ком упоминалось? — не отставал я. — Об императоре?

— Если честно, меня не особо это интересует, — отмахнулся Айк, кося под дурачка. Его наигранное простодушие выглядело особенно фальшиво. — Вы там сами между собой разобраться не можете, а меня крайним делаете.

— Все понятно с тобой, — кивнул я. — Позарился на бабки?

— Знаешь что, Александр Иванович, жизнь сейчас в условиях, когда экономика Империи летит к черту, а цены растут каждый день, лишняя копейка не помешает, — возмутился мой алчный дружок, делая обиженное лицо. — Тридцатка на маршруте не валяется…

— Ого, а цены-то за наши головы растут! — воскликнула Наэма, выступая из тени и представая перед Айком на экране. Ее появление было подобно грому среди ясного неба. — Здорово, паразит. Ну, что Иуда захотел получить свои тридцать сребреников⁈

— Уйди ведьма! — Пападакис отшатнулся, словно увидел призрака. Его лицо побледнело, а в глазах появился неприкрытый страх — он всегда побаивался Наэму, и сейчас это было особенно заметно.

— Ты что, совсем страх потерял,