Марс и Венера: История любви - Джон Грэй

«Мэри, — сказал я ей в тот вечер, — ты мне симпатична, и я хочу пригласить тебя куда-нибудь еще. Мне по-настоящему понравился сегодняшний вечер, проведенный с тобой».

«Мне тоже, — ответила она. — Но необходимо сказать тебе кое-что важное. Наши отношения должны развиваться очень, очень медленно. Раньше я всегда бросалась в роман с головой, не успевая понять, в чем дело, и сейчас изо всех сил стараюсь этого не делать. Хочу, чтобы ты знал с самого начала, что я не смогу быть с тобой близка».

«Что это значит? — спросил я. — Если я не смогу обнять тебя или поцеловать, для меня это будет тяжело. Но если ты говоришь, что в настоящий момент не увлечена мною и я тебя не возбуждаю, постараюсь понять».

«Именно так, — сказала Мэри. — Ты действительно правильно все понял».

Мы обнялись, пожелали друг другу «спокойной ночи» и прыснули от смеха. Так окончилось наше первое свидание.

События развивались медленно, но мы наметили свой путь. Через несколько месяцев Мэри отправилась со мной, моей дочерью и ее подружкой в парк развлечений. В то время я изредка встречался с двумя женщинами, но после этой прогулки я понял, что хочу быть только с Мэри. И все равно мы впервые по-настоящему поцеловались только через четыре или пять месяцев. Через некоторое время стали физически близки. Спустя год уже жили вместе.

Мои отношения с женщинами до посещения семинаров Джона и мои отношения с Мэри после основательного изучения его трудов в корне отличны. Я видел, как Мэри воздерживается от непрошеных советов: она преподавала в четвертом классе и привыкла учить жизни маленьких мальчиков. Сам я, как типичный марсианин, ненавидел, чтобы мне говорили, что делать. Но Джон научил Мэри спрашивать о том, хочу ли я услышать то или, наоборот, это, и по-настоящему ценил столь важное качество. Мэри даже позанималась с моими дочерьми, чтобы помочь им лучше понять меня.

Я ненавижу, чтобы мне говорили, что делать, поэтому, когда Мэри спрашивала, хочу ли я услышать то или другое, я по-настоящему ценил данный подход.

Для меня самым важным ключом к успеху наших взаимоотношений стало то, что я научился прислушиваться к чувствам Мэри, не задевая их. Хотя я психоаналитик, но работы Джона дали понять, что мне еще многому надо поучиться в данной области. Мужчины так давно не обращают внимания на чувства женщин, что перестали даже осознавать это. «Разумеется, ты, вероятно, ощущаешь это так, — говорят они, — но давай все-таки будем логичными, ладно?» Чтобы стать действительно хорошим слушателем, каковым я себя считал, лне пришлось научиться прислушиваться к чувствам женщины, не подавляя их.

Мужчины просто недооценивают то, что чувствуют женщины.

Мне пришлось научиться прислушиваться к чувствам женщины, не подавляя их.

Причина, объясняющая, почему мужчины недооценивают чувства женщин, кроется в традиционном воспитании. С раннего детства они становятся членами своего рода мужского клуба. И начинают верить в то, что мальчишки лучше девчонок — умнее, сильнее и так далее, перенимая подобное отношение от отцов, дядей, дедушек и старших братьев. Таким образом, мальчики вырастают, абсолютно не понимая и не ценя женской мудрости.

Прежде чем попасть на семинары Джона, я, подобно большинству мужчин, не представлял себе, что в глубине души презираю женщин, их мысли, чувства. И понимаю, что начал по-настоящему слушать женщин еще до встречи с Мэри, но именно Мэри стала первой женщиной, не считая моих дочерей, с которой я научился выслушивать по-новому. Практика психоаналитика доказала мне, что только тогда, когда мужчина начинает слушать, женщина перестает испытывать к ним чувства гнева и презрения, а также считать их олухами. Если научиться как следует слушать, то появляется доверие. То, что я слушал Мэри, было для нее необычным, но и для меня тоже. С тех пор у нас с ней появилось ощущение партнерства.

Таким образом, семинары Джона открыли дорогу к доверию. Благодаря этому женщины могут не беспокоиться по поводу «пещеры». Они верят, что мужчина вернется. Я также понял, насколько важно, когда меня хвалят. В моем предыдущем браке я чувствовал, что жена принимает как должное все, что я для нее делаю, и, казалось, никогда этого не ценит. Но семинары Джона пролили свет и на этот особый аспект взаимоотношений. Для мужчин очень важна похвала. Например, мне нравится слышать, как Мэри говорит: «Я люблю тебя», но если она скажет: «Дорогой, мне так приятно, что ты сумел достать эти билеты» или «спасибо, что вынес ведро», или «я просто в восторге — ты так стараешься быть хорошим отцом», то такого рода похвалы значат для меня гораздо больше и проникают в самое сердце.

Этими основными положениями я пользуюсь во время моей врачебной практики. Понимание различий между мужчинами и женщинами порождает доверие, которое дает сильное ощущение безопасности. И тогда расцветает любовь. Именно это и произошло с Мэри и со мной. Любовь просто возникла и начала крепнуть. Мы поженились в 1994 году. Джон и Бонни были на нашей свадьбе».

А вот как Мэри рассказывает эту историю. «Для меня любовь — наркотик, или была таковой. В первый раз я влюбилась в пять лет и с тех пор больше не останавливалась. Я всегда была с кем-то до того момента, пока не прошла пара лет после моего третьего развода. Тогда мне было сорок два года. Я выросла в семье, где царили пагубные привычки — мать была алкоголичкой, я потеряла двух братьев, наркомана и алкоголика. После трех браков, закончившихся разводом, поняла наконец, что у меня свое пагубное пристрастие. Нет, я не увлекалась ни наркотиками, ни алкоголем, я выходила замуж. Семинары Джона помогли мне это понять.

Для меня любовь — наркотик, или была таковой. Первый приятель у меня появился в пять лет, и с тех пор я больше не останавливалась.

Я всегда была с кем-то до того момента, пока не прошла пара лет после моего третьего развода.

Тогда мне было сорок два года.

Осознав, решила установить отношения с самой собой, дабы разобраться, что я из себя представляю. Купила собственную квартиру, отправилась в самостоятельное путешествие по юго-западу и начала слушать музыку, чтобы понять, что люблю я. Я все время говорила себе: «Вот я какая, вот что я люблю. А вот это мне не нравится. Этого я не приму. А на это бы согласилась». Я снова влюбилась, но впервые в жизни влюбилась в саму себя.

Все это время, пока я была одна, постоянно слышала имя Фреда Клейнера. Окружающие считали, что мы должны понравиться друг другу. Я отвечала: «Не хочу ни с кем знакомиться. Меня это не интересует». Но это имя оставалось на слуху. Я просто должна была с ним встретиться. И вот я пошла на вечеринку, и там оказался Фред Клейнер. Он подошел, заговорил и был совершенно очарователен. Фред спросил мой номер телефона и позвонил через несколько недель, чтобы пригласить на концерт.

По дороге на концерт я сразу его предупредила: «Хочу, чтобы ты знал: я трижды была замужем. Не представляю, как надо строить отношения, но собираюсь на этот раз все сделать иначе. Даже не знаю, смогу ли поцеловать тебя и когда это произойдет. Я на совершенно незнакомой территории». Поцелуи были для меня гибелью.

«Я могу обнять тебя?» — спросил Фред. «С объятиями проблем нет. Но вот поцелуи… Каждый раз, когда я целую того, кого люблю, тут же теряю голову. Именно тогда попадаю в «любовную зависимость» и начинаю фантазировать».

«Договорились», — сказал Фред. В этот вечер мы отлично провели время на концерте. Наши отношения стали складываться сами собой. Первые пять с половиной месяцев вместе ужинали и ходили в кино. Потом Фред провожал меня до дверей квартиры, мы обнимались, но я все еще не была готова к сексуальным отношениям. Фред был великолепен. Он не торопил меня, уважая мои чувства. Фред знал работы Джона вдоль и поперек и отлично пользовался этими знаниями.

Я не была отчаянно влюблена, но и не испытала разочарования из-за того, что мои нереальные романтические ожидания снова не сбылись.

Фред стал первым мужчиной, который нашел время, чтобы выслушать меня. Это помогло мне не потерять связи с моим «я». Я не была отчаянно влюблена, но и не испытала разочарования из-за того, что мои нереальные романтические ожидания снова не сбылись. Совершенно ясно, что у нас были свои взлеты и падения, но мы прошли через это. Я поняла: мужчинам нужно жизненное пространство, а мне остается только не препятствовать. Фред научился просто слушать меня, давать мне выговориться.

Теперь я могу со стороны взглянуть на мою «любовную зависимость» и понять, что же это было такое. Это была фантазия на тему, какой должна быть любовь. Я так отчаянно хотела быть любимой, что становилась такой, какой меня хотел видеть мужчина, и теряла саму себя. Я настолько сливалась с мужчиной — моим мужем, — что не думала о своих собственных потребностях, о том, какая я, чего хочу и что люблю. Просто входила в его жизнь и становилась его придатком. И тем не менее в конце концов понимала, что несчастлива и не получаю нужного мне.