Мы не ангелы, парень - Татьяна Лаас

резко развернулся на каблуках, возвращаясь к костру, возле которого дремали боевые маги. Остановился перед Снегом – тот не спал, тонкие веки предательски дернулись, выдавая его.

– Снег...

– Да, капитан... – прозвучало обреченно. Снег открыл глаза, даже попытался сесть, удерживая одной рукой теплый плащ.

– Лежи уже, геррррой... Еще одна такая выходка, как сегодня, еще раз ослушаешься приказа – отправлю бессрочно в Цитадель. Все ясно?

– Да, капитан, – глаза Снег на него не поднял и явно не понял причин гнева.

...А ведь ему жить и жить, пока Сгейль растет и взрослеет. Неужели не понимает ничего?

– Повторяю последний раз: еще раз ослушаешься приказа – пеняй на себя. Мне Сгейледар ар Эленталь в команде нужен. А кому-то, видимо, нет.

Глаза Снега сверкнули гневом, пальцы сжались, почти разрывая плотную ткань плаща. Кажется, понял. Только вот что?

***

Как только посветлело, Вихрь отправился в полет на разведку – его хотя бы предупреждать о пяти лигах не надо было, бывший фаэтил до ужаса боялся потерять свои вновь обретенные крылья, так что правила не нарушал. Никогда не улетал от капитана дальше, чем предписанные пять лиг. Прихрамывающий Волк сам добровольно обошел сопку, выгуливая заодно и заскучавшего Ирбиса – кошачьему, только-только созревшему, отчаянно не хватало движения, особенно после первого грачевника.

Вернувшийся к обеду, приготовленному Полем и потому почти несъедобному, Вихрь принес плохие вести – Дубки и ближайшее Раздолье можно было вычеркнуть с карты, как вчера Ураган вычеркнул деревню Привольное. Так же сожжены и разрушены змеевиками. И кем-то еще не обнаруженным.

– Что ж... – Ураган сложил карту и убрал её в котомку. – Тогда завтра по утру идем к Черно-горе, смотрим, что с городом. Заодно проведем разведку...

Он задумался. Тринадцать пар глаз выжидающе смотрели на него.

Идя одной командой, можно было проверить только то, что расположено на расстоянии пяти лиг. А если разделиться, то...

...Десять лиг за раз. Десять. Это и Излучье, и Двуречье, и Высокое, и еще несколько деревень и поселков на пути к Черно-горе. Рискнуть или нет?

Поль выразительно разминал пальцы. Снег ждал, бледный и прямой, как тростник, из-за тугой повязки. Вихрь ел, его больше волновало возможное несварение желудка, чем раздумья Урагана. Тем более, что, как демон, видел уже его выбор. Только озвучить не мог. Или не хотел.

Волк и Ирбис – на этих можно было положиться в любой ситуации, как и на Риза, вот только в бой пока Бирюзу пускать нельзя. Волна выпрямился с горящими глазами – это его шанс получить хоть пол-отряда под свое командование. Мстив ждал решения, его мало волновало, с кем идти.

Пламя грелся у костра, почти запустив пальцы в огонь – после завтрака небо неожиданно затянуло тучами, и посыпалась мелкая, холодная крупа.

Еж подошел ближе – ночь он провел отдельно, спал у своего костра, впрочем, так из-за яда было всегда. Сейчас он снял маску, ловя мелкие колючие снежинки бледной кожей лица и привычно закрывая глаза... Рыкнуть бы на него, но, когда прикосновения запрещены, большего, чем снежинки, ему и не дано.

Ураган силой заставил себя отвернуться от Ежа. Старший маг вздохнул и решился:

– Снег пойдет с Волком, Ирбисом, Ежом и Буруном южнее – через Излучье, вдоль Быстроструйки. Снег за старшего.

Снег кивнул, показывая, что понял.

Ураган продолжил:

– Вихрь с Сумраком, Ясенем, Бирюзой и Пламенем идут севернее – через Высокое, вдоль Соколиной сопки. Вихрь, естественно, за главного. Мы с Полем, Мстивом и Волной пойдем через Двуречье, на расстоянии пяти лиг от вас. Волна, принимай командование.

Водный горделиво выпрямился, пусть не пол-отряда, но треть, причем все старички, так ненавидимые им.

– При обнаружении выживших подать сигнал – синяя шутиха, ясно? При обнаружении тварей – змеевиков или тех, кто пышет огнем, сигнал – красная шутиха. Без прихода остальной команды в бой не вступать. Если все пройдет хорошо, встретимся у Храмовой горы, оттуда до Черно-горы рукой подать. Все всем ясно?

Хор нестройных голосов был ему ответом. Ясно-неясно, только поход и покажет, что они запомнили и что согласны выполнять.

– Сейчас отдыхать. Утром уходим, а то скоро отлежите тут все бока, да и вонь от змеевиков скоро дойдет. Помылись бы вы все, кстати, а то воняете уже хуже змеевиков... Скоро люди шарахаться от вас будут. Еж...

Оборотень открыл глаза, внимательно разглядывая Урагана.

– Еж... Обойди дозором вновь, вдруг змеевики решили вернуться. Или обнаружишь след огнеплюев. – все же выдавил Ураган.

Волк и Ирбис ничем не показали своей обиды за недоверие. Ежа не любили, Ежа ненавидели, но, когда падают снежинки, его понимали и даже... Жалели.

Он не вернется до вечера – выносливый и в отдыхе почти не нуждается.

***

Рано на рассвете, еще в зыбком утреннем свете они разошлись на три стороны, уходя прочь от бывшей Привольной. Темные фигуры, закутанные в плащи, заметно оттопыривающиеся там, где висит разнообразное оружие. Кто-то кутался в капюшоны, как Вихрь и Снег, отчаянно мерзшие в любую погоду, кто-то, наоборот, шел с непокрытой головой, греясь в первых лучах солнца, и синие, зеленые, пшеничные и черные, как вороново крыло, волосы развевались на ветру – маги не любили озадачиваться лентами или обручами, чтобы усмирять прически.

Ураган старательно не смотрел им в след – не простят ему маги такую слабость. Так что он поправил ремни, поудобнее пристроил на боку ножны со старым мечом и пошел за Полем и Волной, сейчас усиленно боровшихся на дороге за первенство. Мстив предпочитал никуда не лезть, что-то бормоча себе под нос и шагая с краю дороги.

Идти под гору было легко, солнце поднималось и начинало пригревать, настроение само собой улучшалось – пусть не ушло прочь волнение за ушедший парней, но совсем уж дурные мысли из головы вылетели. Пели птицы, щебетали, обещая теплый денек, где-то дробно застучал дятел, занимаясь своим нехитрым делом. Дорогу перебежал бурундук, прыснул прочь в кусты под улюлюканье Поля.

Приятно было спускаться из зимы в наступившую весну. Еще бы парни вели себя хорошо...

Когда в очередной раз Волна еле увернулся от якобы случайно пролетевшей мимо косы, а Поль чуть не растянулся на внезапно возникшем под ногами тонком льду, Ураган вмешался:

– Поль, идешь по левому краю дороги! Волна, по правому! Мстив, прикрываешь сзади. И не дай небеса одна зеленая задница перепутает стороны!

Мстив послушался первым, ушел за спину, нервируя немного своей покорностью. Волна тут же