Живая тьма - В. Кира

Оскар: Предлагаю двигаться вдоль этой изгороди. Рано или поздно, мы найдем проход за нее.

Мы шли уже целых полтора часа но, «забор» так и не кончался. Еще через два часа мы вернулись в ту точку, с которой начинали.

Алиса: Как такое может быть!?

Эрик: Нам нужно сделать привал. Но на улице оставаться опасно. Вернемся в заброшки.

Все уже сильно устали. Не споря, мы направились в наше ночное укрытие. По пути мы собрали веток, для того, что бы развести костер. В пути, мы допили всю оставшуюся воду и съели всю еду, поэтому к вечеру, нас мучала жажда и небольшой голод. Оскар начал разводить огонь, он кидал в него мелкий хворост и оставшийся от нас мусор: бутылки, обертки, бумагу… Бумагу! Он кинул в огонь тот красный комок и как прошлой ночью ̶ он не загорелся! А на обратной стороне, стали проявляться новые символы. Оскар, увидев это, выдернул листок из костра и развернул его.

Оскар: Если хотите выбраться отсюда, то найдите и убейте монстра. Это ваш единственный путь наружу. У вас мало времени. Умрете либо вы, либо он.

По телу пробежала неприятная дрожь. А к горлу подступил ком, который не давал дышать. Хотелось бы верить, что это было, чьим-то неудачным пранком. Но то, что произошло дальше, заставило убедиться, что все взаправду и в том, что все нереально одновременно. Как только Оскар прочел эти строки, то тут же упал на пол с тяжелым хрипом. Он бился в конвульсиях, как бьются в приступе эпилепсии. Глаза его налились кровью, а кожа стала синеть от удушья. Лина подбежала к нему, что бы помочь, но сразу отскочила как обожжённая.

Лина: Его лицо!

Алиса: Что произошло!?

Лина: Его… Его лицо! Оно…

Было трудно разобрать, что она говорила, но взглянув в ее глаза, я увидела бездну. Бездну, наполненную страхом, болью, усталостью и криками. Словно портал в ад.

Эрик примчался, как только услышал наши крики. Перед нами предстала ужасающая картина: лицо Оскара как будто смешали в блендере и вылили ему же на голову. Его глаза, нос и рот словно смешались в одно мерзкое месиво, но пока все еще были отличимы.

Эрик: Это место, этот монстр! Это все он! Он это делает с нами! Я пойду и убью его.

Алиса: Не смей идти один. Мы все пойдем. По одному он нас быстро перебьет. Тем более, ты слышал, что написано на бумаге. Либо мы, либо он.

Лина: Да, Алиса права. Если и идти, то всем вместе.

Эрик: А с этим, что будем делать?

Он с отвращением кивнул в сторону Оскара.

Эрик: Ты что-нибудь видишь? Идти можешь?

Оскар: Кхм. Да могу. Прибьем эту тварь.

Каждый из нас достал свой пистолет, и мы вышли на улицу. Солнце уже успело сесть, и чтобы не потерять друг друга в темноте, решили привязать веревки к каждому из нас и сцепить их вместе. Мы бродили вокруг заброшек много часов, пока голод, отсутствие сна и жажда окончательно не сбили нас с ног. Вернувшись в наш «лагерь» я свалилась на пол и почти сразу же уснула. На удивление, я спала как убитая целых 12 часов. Но лучше бы я не просыпалась.

Открыв глаза, я увидела лежащую рядом со мной Лину. Ее постигла та же участь, что и Оскара. Хотя нет. Лицо Лины выглядело еще безобразнее! Не знаю почему, но я не закричала, не испугалась, а приняла это просто как что то такое, что вижу почти каждый день. Наверно у меня уже не было сил пугаться.

Мы провели еще один тяжелый день в поисках монстра, но так ничего и не нашли. Более того, я заметила что лицо Эрика и мое также начали изменяться и становились все безобразнее с каждой минутой. Описать это сложно… Стало тяжело дышать. Все что я могла видеть, это лишь мыльные образы и очертания предметов, перестала чувствовать запахи. Эрик предложил забраться на крышу, пока еще не село солнце и осмотреть все сверху. Нам снова открылся вид из океана леса и бьющего в глаза света заходящего солнца. Лина очень сильно поникла, я подошла приобнять ее. Она расплакалась.

Лина: Мне так жаль, что я поругалась с отцом. Я не могла забыть об этом даже с вами по дороге сюда, а сейчас, я могу умереть, так и не помирившись с ним. Я очень, ОЧЕНЬ плохо с ним обошлась. Я знаю, что ему тоже тяжело, знаю и чувствую это, но мной как будто кто-то управляет, понимаешь? Как будто кто-то вселился в мою голову и приказывает моему телу идти и напиться, заняться какой-нибудь херней. Что — то вроде монстра захватившего твое сознание. А что если так и есть? Вдруг в каждом из нас и живет монстр, а наши лица лишь маска, что бы спрятать его безобразный вид! А сейчас мы сбросили их, и нам открылись истинные лица друг друга, и чем хуже наши поступки, тем уродливее монстр.

Эрик: А может она и права…

Алиса: Что ты имеешь в виду?

Эрик: А вы не замечали? Неужели вы не видите, что нам с каждой секундой все хуже! Становится тяжелее дышать, а глаза начинают хуже видеть. И если мы не найдем этого гребанного монстра, мы тут все сдохнем! Мы задохнемся!

Алиса: Заткнись и хватит нести этот бред!

Я сказала, что это бред, но в глубине души, во мне посеялось зерно сомнения, а вдруг Лина и Эрик правы. Мне очень не хотелось об этом думать, но удушье и сильная головная боль, раз от раза заставляли вернуться к этим мыслям. Хуже всех было Оскару, он не мог уже даже стоять на ногах, а его дыхание было больше похоже на попытку дышать через соломинку. Мы решили отдохнуть с надеждой, что станет легче. Прошло еще несколько часов, прежде чем у одного из нас кончилось терпение.

Эрик: Я так больше не могу! Мы должны это сделать!

Он сипел и кашлял, каждое сказанное слово давалось ему с большим трудом, а затем достал пистолет и направил его в сторону Оскара.

Оскар: Прошу, не надо, не делай этого!

Эрик: Я не хочу умирать, а Лина права, мы не смогли найти монстра, мы бы и не смогли! Прости, но я хочу жить!

У меня сперло дыхание. Я чувствовала, как в моих легких