Чудесная жемчужина. Рассказы о необычном. Корейские предания легенды и сказки - Народные сказки

В отличие от «неофициальной истории», авторы «правильных исторических записей» стремились передавать будущим поколениям только «истинные» сведения о людях и событиях. Герой таких историй, как правило, реальное историческое лицо. В опасных ситуациях его не выручают из беды чудесные силы, он сам не пользуется волшебными предметами и часто гибнет, сражаясь с врагами, или сознательно выбирает смерть, чтобы сохранить верность государю. Например, Пак Чесан жертвует собой ради спасения братьев государя («Пак Чесан возвращает братьев государя»), а Сона и Хэрон идут на верную смерть, чтобы вдохновить на борьбу воинов, защищающих крепость («Доблестные воины Сона и Симна», «Мужество Хэрона и его отца Чхандока»).

Знаменитый полководец государства Силла Ким Юсин находит рационалистичное объяснение «дурному знамению — упавшей звезде» и, чтобы посеять панику в лагере мятежников, сам творит «знамение» — чучело из соломы привязывает к воздушному змею, поджигает и поднимает в небо, объявив, что «упавшая звезда» вернулась на небо («Ким Юсин спасает царицу»). Он же хитростью выдает замуж сестру за наследника престола («Ким Юсин выдает замуж младшую сестру»), а сам наследник престола, обманув правителя царства Когурё, освобождается из темницы, куда тот его посадил («Князь Чхунчху и притча о зайце и черепахе»).

Сообразительные Исабу и Кодо, не пролив ни капли крови, сумели захватить земли соседних царств («Кодо обучает конным играм», «Исабу хитростью покоряет остров»), а царевич Ходон, сын государя Когурё Тэмусина (правил в 18–44 гг.), совершил и вовсе, с нашей точки зрения, недостойный поступок. Ради того, чтобы покорить северное царство Лолан, он заставил принцессу, которая его полюбила, разломать волшебную флейту и барабан, извещавших её отца, правителя, о приближении врагов. В результате войско Когурё покорило Лолан, а обманутую принцессу убил её отец. Зато Ходон прославился в истории как истинно преданный сын и подданный, расширивший владения своего отца-государя («Царевич Ходон»).

В китайской и корейской литературе забавные случаи из жизни известных людей или сплетни о знаменитостях, а иногда и просто рассказы о том, что где-то с кем-то когда-то случилось, получили название «болтовни у колодцев и в переулках». В сборник включен ряд такого рода историй, например, о чудачествах знатных персон («Потомок государя») и знаменитых поэтов («Ким Квеэ — литератор», «Лим Че»[2], «Мастер искусного слова»[3]), юмористические рассказы о незадачливых чиновниках («Прогнали начальника», «Упрятали в ларь для зерна», «Подарил на память свой зуб»). Здесь же, рядом с занимательными историями, — серьезная критика нравов высшего сословия. Это — рассказ о юных девушках, которые ради заработка вынуждены заниматься опасным морским промыслом. Добывая морские ушки — лакомство для богатых, они становятся жертвами хищных рыб («Одни добывают морские ушки — другие их едят»).

«Пустая болтовня у колодца» на самом деле оказывается вовсе не такой уж пустой. Каждый рассказ — это картинка реальной жизни разных слоёв традиционного общества. В конце такой картинки может быть помещено суждение автора (рассказчика), иногда нравоучительное, по поводу описанных случаев и поступков персонажей. Такие «резюме» напоминают стиль «официальной истории», где каждая тема (как правило, правление государя от восшествия на престол до его кончины или биография подданного) завершается «суждением историка» о качестве правления государя или оценкой поступков подданного. Мнение автора (рассказчика) в конце устного рассказа появляется, скорее всего, уже после того, как этот рассказ был записан и превращен в «письменное слово».

В преданиях и легендах нарисован мир таким, каким он виделся традиционному корейцу. А в те далёкие времена человек имел иные представления о мироустройстве: рядом с той реальностью, в которой жил он сам, существовала другая, невидимая и непонятная людям с обыденным сознанием. Её населяют нечеловеческие существа, которые свободно перемещаются по этим двум реальностям, им открыты характеры людей, и они способны управлять человеческими судьбами. Обитатели другой реальности посылают людям знаки, которые те должны уметь разгадать, либо являются к ним сами как оборотни — в обличии стариков, красавиц или зверей, владеющих человеческой речью. Как правило, «другая реальность» не имеет особого пространства и не отделена специальными границами. Она всегда здесь, рядом, но только «знающий» умеет распознать её присутствие и правильно прочесть её знаки. Обычно эти знаки понимали геоманты и предсказатели. Геоманты знали, как особенности рельефа местности связаны с судьбами людей. Примером может служить история возвышения рода Вангона, основателя династии Корё (918–1392). В преданиях, рассказывающих о рождении Вангона и его предках, немалая роль отведена указаниям геомантов, которые всегда «случайно» оказывались в тех местах, где селились праотцы Вангона.

Предсказатели «видели» те места, где силы «другой реальности» подстерегают человека и могут ему навредить. Свои предсказания они давали в виде неких шарад, которые должен был разгадать сам человек, и от его собственной сообразительности зависело, остаться ему в живых или погибнуть. Так, в рассказе «Муха села на кончик кисти» предсказатель сообщил герою о том, что его ждет, в виде четверостишия-загадки:

Встретится холм, лодку прочь отгони!Масло прольёшь, водою голову не мочи!В одном ту[4] три сына[5] риса.Зелёная муха кончик кисти возьмёт — арестант вернётся.

Герой сумел расшифровать первые две строки и счастливо избежал смерти, но разгадать последние две ему не удалось, и его приговорили к смерти за убийство, которого он не совершал. Но все произошло именно так, как было указано в предсказании: чиновник взял кисть, чтобы поставить свою подпись под смертным приговором, но тут на кисть села муха, и этот «знак» заставил его задуматься над справедливостью решения суда. Чиновник оказался толковым и расшифровал третью, ключевую, строку, в которой было закодировано имя настоящего преступника.

«Другая реальность» может послать свои знаки через сон, но человек должен стараться их понять и не совершать необдуманные поступки, продиктованные своим видением мира. В рассказе «Спящий лотос» одному учёному во сне открылась реальность жизни цветов, но он имел неосторожность вмешаться в их жизнь, и цветы погибли.

Неосторожное прикосновение к другой реальности, даже с самыми добрыми намерениями, может погубить человека. Женщина пожалела полумертвую от голода мышь и покормила её, а потом так увлеклась, что стала подавать ей завтрак раньше, чем своему свёкру. В результате мышь превратилась в свёкра и начала бесчинствовать в доме, даже самого свёкра, хозяина, прогнала. И лишь кошка всё вернула на свои места, но невестку за её проступок выгнали из дома («Мышь»).

Другая реальность сама заявляет о себе, вторгаясь в жизнь людей. Дракон, властитель воды, податель дождя, устраивает бурю, чтобы заполучить себе меткого стрелка. Моряки в обмен на спасение приносят в жертву стрелка, который метким выстрелом избавляет дракона от врага — вредоносного лиса («Чакчегон получил в жены дочь дракона», «Лучник Котхачжи»). Дракон приходит к людям, приняв облик человека, то в виде благообразного старца, который просит о помощи (как в двух названных историях), то является во сне юношей в зеленом платье и, в благодарность за услугу, осушает озеро и обогащает хозяина плодородной землей («Озеро стало сушей»). А иногда становится нищим монахом, который просит подаяния в доме богача. Злобный богач вместо риса «одаривает» его навозом, и дракон наказывает хозяина: дом заливает вода и на этом месте образуется озеро («Жадный богач»). Дочь дракона решила расправиться с соперницей. Она превратилась в красавицу и, заманив путника на дороге, попросила выполнить свое желание. Но путник случайно вместо соперницы убил её мужа, и дочь дракона увела его в свои водяные владения («Дочь дракона забирает чужого мужа»). Соприкасаясь с другой реальностью, надо вести себя очень осмотрительно, иначе погубишь и дом, и самого себя. Даже вредоносного дракона, который губит людей и разрушает плоды их трудов, не пытаются уничтожить, его укрощает и умиротворяет наставник проповедью буддийского закона («Хетхон укрощает дракона»).

Другим гостем иной реальности был тигр. Он — один из самых частых персонажей корейских преданий, и люди одаривают его самыми разными качествами. С давних пор тигра почитали как божество, об этом даже сохранились записи в китайских исторических сочинениях начала первого тысячелетия. В традиционной Корее обряд жертвоприношений тигру проводил официально правитель уезда. Если вновь назначенный чиновник, не знакомый с местными обычаями, относился к проведению обряда небрежно, тигры начинали бесчинствовать, нападали на людей и в уезде случался неурожай («Тигр — божество горы»). Тигр-божество, благодарный за помощь, одаривает человека и его потомков высокими должностями на службе («Благодарный тигр»). Тигр так же, как и дракон, может являться людям в облике человека: например, становится матерью семейства и живёт среди людей («Мать превращается в тигра»).