Ноттинг-Хелл - Рейчел Джонсон

МНХ замужем за банкиром, продюсером, владельцем мультимедийного агентства, издателем национальной газеты или главой телевизионного канала. Я замужем за человеком, который дает консультации и издает несколько страничек подписного издания, посвященного нефти и газу (хррр… ой, я на секунду задремала), раз в месяц.

МНХ живет в доме, где есть все или большинство из нижеперечисленного: кожаные полы; отделка из редкой японской древесины; его и ее ванные комнаты (у него — плазменный телевизор и мобильная связь. Стеклянная крыша в ванной создает иллюзию, что он принимает душ на улице во время телефонного разговора с Нью-Йорком. У нее — уютный будуар); шкафы для обуви с климат-контролем; звукоизолированная комната с фортепиано и профессиональной звукозаписывающей студией для ребенка; душевая комната; джакузи; комната для релаксации; столько акров нержавеющей стали на кухне, что в любой момент можно ожидать появления безумного мясника, который порубит кого-нибудь на кусочки. И даже если у МНХ есть все из вышеперечисленного, а ее соседка устроит себе озоновый бассейн в подвале, МНХ тут же осознает, что ей тоже необходим бассейн, и буквально сдвинет небеса и несколько кубомиль земли, чтобы получить желаемое.

Я живу в старом, обветшалом и немодном викторианском доме с террасой, и у меня нет ничего из предметов роскоши — хотя у меня прекрасный вид на сад.

Я лежала, глядя, как солнце золотит зеленую листву. Не могу не признать, это мило.

МНХ редко работает, а если и работает, то, конечно же, не целый день в офисе:

1. Она слишком занята, тратя деньги, чтобы их зарабатывать.

2. Она слишком устает после долгого дня, сопровождая детей по разным секциям, порхая с одной встречи на другую, питаясь одним салатом с пармезаном, чтобы уделять внимание тому, что наши матери загадочно называли «потребностями» мужа, не говоря уже о заработке денег, — она занята, играя роль супермамочки.

Лучше она посетит занятия по йоге или туй-на[6], чтобы раскрыть свои энергетические каналы, или закажет внеочередной сеанс иглоукалывания (100 фунтов в час) после трудного дня.

Тяжелый день для МНХ может включать в себя выбор новых обоев для гостиной с личным колористом, так же как необходимость отвезти ребенка в школу с личным водителем в обществе сверхкомпетентной, всегда веселой няни-австралийки.

Здесь, в Ноттинг-Хилле, вы претендуете на звание МНХ, только если можете похвастаться всеми ключевыми достижениями к сорока годам — но предпочтительнее к тридцати пяти:

1. Вас пригласили присоединиться к частной группе по йоге, которую посещают знаменитости, или к клубу любителей чтения, или к группе по пилатесу.

2. У вас по меньшей мере один одаренный ребенок.

3. У вас по меньшей мере один неполноценный ребенок.

4. Вы весите меньше и, более того, выглядите моложе, чем ваша дочь.

5. У вас есть семейный диетолог, личный помощник, пластический хирург и няня по выходным, так же как приходящая няня, постоянная няня и команда личных врачей нетрадиционной медицины.

6. Вы лично обучаете детей основным предметам, таким как музыка, шахматы, математика, греческий и санскрит.

7. Вы приглашаете 100 самых близких друзей на представление уровня «Уигмор-Холла»[7] на сольный концерт вашего ребенка, где он играет исключительно собственные произведения.

8. Вы приглашаете нескольких соседей на ужин, где присутствуют как минимум два всемирно признанных кулинара.

9. Вы близко дружите со знаменитой Эммой Фрейд[8] (образцом для подражания для всех МНХ), и в завершение картины…

10. У вас четыре, пять или даже шесть детей, так как famille ultra nombreuse[9] — абсолютный показатель статуса для мамочки, которой нравится демонстрировать, что у нее достаточно денег, дабы обеспечить себе необходимую помощь и купить сон, самый бесценный и драгоценный эликсир красоты.

Я не достигла ничего подобного, так что я ненастоящая мамочка с Ноттинг-Хилла, даже если я здесь живу. Ральф тоже не суперкрутой папочка с Ноттинг-Хилла, потому что настоящие ПНХ проводят больше времени в креслах-кроватях первого класса над Атлантикой, чем дома в постели.

Не то чтобы мы были бедными. Вовсе нет. Мы просто с трудом выделяем деньги на обучение детей. И никогда не ездим на горнолыжные курорты. И у нас нет второго дома. Это означает, что по стандартам Ноттинг-Хилла, где бонусы с семью нулями — нечто само собой разумеющееся и где у одного из наших соседей недавно со счета в банке украли несколько миллионов фунтов, а он и не заметил, мы до того обнищали, что само наше пребывание в этом районе вызывает мрачное недоумение.

Наши соседи тоже делятся на различные социальные группы, их можно отнести к одному из двух типов — либо у них есть все, либо у них есть все и яхта в придачу.

Итак, мы живем в Ноттинг-Хилле, в Ноттинг-Хилле также живет много банкиров, а все банкиры богаты. Но бывают просто богатые, а бывают очень богатые. Банкиры в этой местности супер-пупер-экстра-богатые, потому что — они с удовольствием подтвердят вам, если вы захотите удостовериться в их умопомрачительных зарплатах и бонусах — они мегазвезды финансового и делового мира. Если бы Патрик Молтон был моделью, а не банкиром, он был бы Кейт Мосс. Если бы Боб Эйвери был футболистом, он был бы Дэвидом Бэкхемом. Если бы Джереми Додд-Ноубл был сценаристом, а не королем рингтонов (он большая шишка в «Нокия»), он был бы Гарольдом Пинтером[10]. А мы — обыкновенные. Несмотря на то что обыкновенным в Ноттинг-Хилле оставаться довольно проблематично, мне кажется, я неплохо справляюсь вопреки Ральфу.

Мой муж презирает альтернативную медицину, моду, дорогие рестораны, лоснящихся богачей, шикарные дома, и, самое главное, он не видит смысла в дружбе со знаменитостями, если они не умелые и страстные рыбаки. К тому же он ненавидит ходить по магазинам, когда маршрут выходит за рамки двух лондонских улиц — Джермин или Сент-Джеймс. Так что Ральф находит общество Ноттинг-Хилла скучным и не стоящим внимания.

Муж убежден, что его семья доказала свою значимость около тысячи лет назад, когда первый граф угодничал перед царствующим монархом, поэтому для моего супруга любое бахвальство, демонстрация чрезмерного богатства или социальных амбиций — что обрело характер эпидемии в данной местности — настолько же вульгарно, насколько и ненужно.

Что до наших соседей…

Триш и Джереми Додд-Ноубл. Он — отлично сохранившийся спортивный мужчина пятидесяти пяти лет; она на пятнадцать лет моложе. Триш, возможно, хитра и бестактна, но мне она и правда нравится. Они живут в большом белом доме по Лонсдейл-гарденс, у них двое одаренных детей, и они не держат животных. Нет нужды говорить, что у Додд-Ноублов есть второй дом за два миллиона фунтов возле Литтл-Содбери. Холеная светловолосая Триш похожа на стюардессу. Я бы хотела выглядеть так же шикарно.