Наномашины, демонёнок! Том 3 - Николай Николаевич Новиков

дарить Вивьен возможность поговорить наедине! Надо было вообще внаглую доставать телефон прямо при ней и писать бабушке! А так – мне не оставили выбора, кроме слушать и решать!

И я, казалось бы, увидел идеальную возможность! Обезопасить родных и убить тварь пока она не ожидает! Решение было неожиданным и гениальным – бабушкин амулет с энергией Ведьмы!

Да я гортань этой Вивьен вскрыл. Ну как. КАК было понять, что её это не убьёт?!

Аргх!

Мне обидно. Я зол! Я в ярости! Я вырву её поганое людоедское сердце, если оно ещё осталось!

Но... нужно признать – всё это вылилось из моих банальных ошибок.

Ступил. Просто ступил. Эта тупость началась ещё тогда, когда я полез шастаться по особняку, и сейчас, когда снова пошёл один. Тенденция, не находите?

Каким бы умным не был ребёнок, опыта взрослых ему банально негде взять. Сейчас я просто растерялся. Мне два года, и будем честны, опыта ровно на столько же.

Я чудовище для своих двух годиков, но мне всё ещё два годика.

— Сынок, всё нормально? Что-то ты долговато, - спросила мама.

Вивьен уже вернулась и сидела как ни в чём ни бывало. Дура! Вонючка!

— Да, мам. Всё… холошо, - выдыхаю я, глядя прямо в эти голубые, улыбающиеся глаза черноволосой каннибалки.

Ну вот на что она рассчитывает? Неужели она не понимает, что лишь отсрочила свою смерть? Она чудовище. Монстр. С принципами, да, но она ЛЮДЕЙ ЖРАЛА. Уверен, что невинных. И она реально думает, что у нас будет мир, дружба и жвачка?

Я был достаточно глуп, чтобы попасться на этот контракт, но оказался достаточно сообразителен, чтобы не дать Вивьен его развить! Контракт – просто дырявейший!

— Михаэль, а чего такой серьёзный? – подошёл Сергей, - Улыбнись, сегодня праздник! Не в последнюю очередь благодаря тебе! Можешь… детского щампусика?

А-а-ай!

— А давайте! – взмахиваю рукой.

Сегодня – нажрусь! Всё, устал думать. Ситуация и так понятна. Поэтому – сейчас гуляем!

*****

Детским шампанским оказался лимонад. Блин.

Не, не то, чтобы я рассчитывал стать алкоголиком в два… но причём тут шампанское тогда?

«День сплошных разочарований…», - я с гнусным лицом перекатывал жидкость в бокале.

А вот Суви нажралась с одного глотка и уже полчаса сопит на диване.

Блин, похоже тут всем весело, кроме меня, охраны и бати. И то, последний просто не любитель вечеринок. Сергею Киму вон, вообще лучше всех – его вырвало уже, наверное, каждым видом алкоголя, и после рвоты он перезагружается и идёт пить дальше.

Но именно в пике этой скукоты я и услышал шум. Гомон. Будто что-то где-то началось, и все стянулись туда.

Мама сейчас сидела и ворковала с отцом, корейские друзья мило беседовали, и поэтому мы не особо поспешили на кипишь. И скажу честно – не много-то и потеряли.

Ведь кипишь сам нас нашёл.

— Ладно, всё потом. Где? Где мои сладкие?! – послышался низкий, мужской громогласный голос.

Квоны подняли глаза, поняли кто это и вернулись к беседе. А вот мы не поняли.

Гомон прекратился, будто эпицентр покинул толпу, но при этом возросло ощущение, что этот же эпицентр двигался чётко на нас.

Мы не прогадали. Реально двигался.

Реально эпицентр.

— Ах, ну вот же они, мои сладенькие таланты актёрского мастерства! Сидят, одни одинёшеньки! Ну какие застенчивые масипусечки!

Мы испуганно обернулись.

Мужчина. Огромный. В розовой шубе.

Ресницы – длинней маминых. Челюга – шире батиной. Огромный, минимум два метра, а то и все пять. Лысый настолько, что свет отражается, освещая не просто комнату, а твоё будущее!

Широкий. Не представлю, как он в дверь протиснулся. Улыбка – лучезарная. Пышная шуба – розовая. Его ладонь размером с голову, голова с арбуз, а арбуз мутировавший – с машину размером.

Ëп вашу маковку, это вообще ЧТО?

— Ну, и ну, и ну. Это те самые красивые юные цветочки в нашем многострадальном фильме? – он приспустил солнцезащитные очки и взглянул на нас чистейшими голубыми глазами, - Что это за прелестные розочки, оооо май гадбл.

Я спрятался за папу. Мне страшно.

— Евгений, глава всей красоты нашей Империи. Тот самый человек, втянувший вас в шоубиз. Рад знакомству, - титан приложил руку к сердцу и чувственно поклонился.

А когда наклонился – перекрыл свет, и я очутился в полной тьме.

У бати примерно такое же выражение лица, как у меня – то ли страшно, то ли просто непонятно. А вот мама как-то стоически держится, видать и о нём тоже слышала.

— О, Евгений! Я ваша фанатка! – у неё снова засверкали глазки, - Я всегда хотела с вами встретиться!

А, понятно. Ну, с учётом от каких людей она фанатеет, неудивительно почему она такая странная, расист, ненавидит Америку и знает сборник матершиных анекдотов. Как же внешность невинной миниатюрной бабочки-полторашки обманчива…

Кстати, только сейчас понял, что Суви, при своей милейшей внешности – тоже расист. Это передаётся с ростом?

— Ой, сладкие мои, а я-то как хотел! – растрогался Евгений, - Ну, давайте присядем! Эй, дорогой мой! – он позвал официанта, - Шампанское нам, и детское этим маленьким дарованием красоты!

Боже… я больше никогда не пойду ни на какие вечеринки.

И где Вивьен?!

*****

Евгений внимательно слушал. И хмурился. Удивительно, насколько брутальным и сильным он выглядит, когда молчит и не улыбается.

— Найты. Ну конечно…, - вздохнул он, качая головой, - Ну какие же занозы в попке.

— Честно, Евгений, мы не хотим покидать вашу компанию. Нам здесь всё нравится, - мама отыгрывала на все сто, вот кому в актрисы идти надо, - Но там такие условия… ну прям…

— Какие?

— Да такие, которые будущее определяют, Евгений! – мама взмахнула руками, - Мишутка забудет про деньги понимаете! Всё. Роскошная судьба определена, только к ним осталось улететь!

Мы с батей переглянулись. Никаких условий нам, естественно, не говорили. Но маме дай повод приукрасить, она такого нагородит, что этой лапшой с ушей можно пол-Китая накормить.

— Да уж, это серьёзно. Если Найт говорит про огромные бюджеты – он не врёт. У них они есть. Как бы не больше, чем у нас. Эти деньгами швыряться любят…, - Евгений вздохнул и нахмурился.

Мне не нравится куда это идёт.

Мы все ждали, что Евгений схватится за голову, завизжит и со слезами на глазах будет делать всё, лишь бы мы не уходили. Неужели Евгений…