Зимняя любовь - Нора Хесс

Подойдя к конюшне, Лора остановилась, не решаясь войти. Однако это замешательство длилось всего несколько мгновений. Ей удалось немного унять свое волнение и, несколько раз глубоко вздохнув, она, наконец, открыла тяжелую дверь. Помещение освещал только висевший на стене фонарь, поэтому почти весь сарай тонул в полумраке. На небольшом пятачке света выделялись только Флетч и жеребец, которого он чистил. Впрочем, нет, не чистил, а скорее лишь механически проводил щеткой по крупу животного, мысленно находясь в это время совсем в ином месте.

«Почему он так нахмурился? Что его тревожит? Ну уж сейчас-то я точно все выясню!» — Лора переступила порог, с силой захлопнув за собой дверь.

Флетч вздрогнул, обернувшись на звук. А Лора улыбнулась и подошла к нему.

— Что ты здесь делаешь так поздно? — голос брата звучал недвусмысленно грубо. Флетч даже не старался скрыть своего раздражения. — Встречаешься с одним из тех болванов, которые вечно болтаются под ногами?

Лора, вцепившись руками в шаль, ответила не менее резко:

— С чего ты взял? Я никогда не встречаюсь тайком с мужчинами! Тем более в сарае!

Несколько мгновений они молча смотрели друг другу в глаза. Потом Флетч, усмехнувшись, продолжил:

— Ты хочешь сказать, что не пользуешься тем, что отец каждую неделю уходит в индейскую деревню? Что никогда не прибегаешь сюда, чтобы побаловаться с одним из своих ухажеров? Особенно с тем красавчиком блондином?

— Не нужно обо всех судить по себе, Флетчер Томас! Если ты окончательно утратил стыд в отношениях с женщинами, это еще не означает, что я должна пойти по твоим стопам. Я не вешаюсь на шею каждому, с кем знакома! В отличие от некоторых.

— Кто это «некоторые»? Кого ты имеешь в виду? — Флетч, поглаживая рукой спину жеребца, внимательно смотрел на названную сестру. — И что ты, собственно, знаешь о моих отношениях с женщинами?

Лора едва не привела в пример Милли Ховард, но все же удержалась. Она была уверена, что Флетч заступится за свою подружку и резко перебьет ее, не дав договорить. Поэтому Лора ответила, не переходя на личности:

— Все считают тебя неутомимым и страстным охотником за женскими прелестями. Говорят, ты не пропустишь ни одной юбки.

Слова сестры Флетчу явно не понравились. Это было видно по выражению его лица. Лора тут же пожалела о сказанном, и ей захотелось забрать свои слова обратно. В конце концов, когда дело доходило до отношений с женщинами, ее брат был нисколько не хуже других холостяков поселка.

Впрочем, Флетч решил оставить без внимания колкости сестры, поспешив перевести разговор на другую тему.

— Что же в таком случае заставило тебя прийти сюда?

Лора оперлась о маленькую дверь лошадиного стойла.

— Я хочу поговорить с тобой.

— Ну что ж, давай поговорим, — в словах Флетча сквозило нетерпение. Он вновь схватил щетку и стал делать вид, что увлечен работой.

— Это очень важно, и я прошу немного больше внимания с твоей стороны.

Раздраженный Флетчер сердито отбросил щетку в сторону и вышел из конюшни. Через несколько секунд он вернулся, запер на щеколду большую входную дверь и, сложив руки на груди, облокотился на нее.

— Хорошо. Я весь во внимании. Что же такое важное ты хотела сказать, выбрав для этого разговора конюшню?

Голос Флетча звучал крайне недружелюбно. Глаза же его были холодны и смотрели на девушку почти с неприязнью. Лора была сбита с толку окончательно. Такого приема она никак не могла ожидать. Это был уже не тот Флетч, с которым она выросла бок о бок и которого любила с детских лет. Наверное, когда-то они успели потерять друг друга, но не заметили этого сразу. Все стало ясно лишь теперь, когда перед собой она заметила совсем чужого Флетча, смотревшего на нее без выражения каких-либо теплых чувств.

Внезапно Лоре расхотелось продолжать разговор. Он все равно ничего не поймет — к чему понапрасну тратить слова.

— Я передумала. — Лора усмехнулась, махнув рукой. Тем самым она давала понять, что разговор окончен и все, о чем она хотела сказать, не имеет ни малейшего значения. — Мне не о чем с тобой говорить.

Лора отвернулась, чтобы Флетч не заметил блеснувших на ее глазах слез.

— Извини за беспокойство, — сказала она почти шепотом, a потом, уже у самой двери, громко добавила: — Иди, причесывай Храброго. Не смею больше отрывать тебя от столь важного занятия.

После этих слов Флетча словно подменили. Он отошел от двери и протянул руки к сестре:

— Не уходи, Лора.

Девушка остановилась, положив руку на дверь.

— Зачем? Ты хочешь сказать мне еще что-то отвратительное?

— Нет. — Флетч подошел к ней вплотную и развернул ее лицом к себе. — Прости меня, Лора. Я вел себя как последний идиот.

Он посмотрел ей в глаза и увидел, что они полны слез. Потом перевел взгляд на ее дрожащие губы. Девушка выглядела такой обиженной и беспомощной, что Флетча просто переполнило чувство нежности. Он крепко обнял ее, прижав голову к своей груди, и еще раз тихо попросил:

— Прости меня, Лора.

Теперь они оказались так близко друг к другу, что девушка чувствовала биение его сердца. Лора трепетала от волнения. Когда же Флетч слегка наклонил голову, девушка обвила его шею руками. Поцелуй был долгим и страстным…

Шаль упала с плеч на покрытый сеном пол. Через несколько мгновений рядом с ней лежало и платье. Флетч раздевал Лору, не переставая ласкать, и эти ласки постепенно становились все более откровенными. Девушка принимала их покорно, замирая от удовольствия и волнения. Она стояла совсем обнаженная, но дрожала не от холода, а от страсти.

Вдруг Флетч прекратил ласки, подхватил Лору на руки и отнес к вороху сена. Потом он вернулся за шалью и укрыл ею подругу.

Лора лежала неподвижно, глядя, как Флетч сбрасывает с себя одежду. Подсознательно она чувствовала, что ее другу хочется, чтобы она на него смотрела. Да и самой ей доставляло удовольствие любоваться красивым телом Флетча.

— Иди ко мне, дорогая. Не бойся, — в голосе любимого звучало столько нежности, что Лора чуть не заплакала от счастья. Он обвил руками ее стройное тело и с силой притянул к себе. Ласки продолжились, постепенно достигая апогея.

Внезапно острая боль заставила Лору закричать. Однако спустя несколько секунд ее вновь охватила сладкая истома. И Лоре вдруг показалось, что она может умереть от счастья…

…Маленькая Жоли повернулась во сне и, состроив недовольную гримаску, попыталась заплакать. Лора вновь укачала ребенка, все еще продолжая вспоминать ту ночь, в которую было положено начало жизни ее дочери. Теперь она ругала себя за ту слабость, за то, что поддалась собственным эмоциям и ласкам Флетча. «Нет, мы не занимались любовью, — подумала она с болью в сердце. — Мы просто дали выход давно накопившейся страсти…» Лора вспомнила Флетча, растянувшегося на соломе. Куда девалась его нежность и ласковые слова? Он вел себя так, словно близость принесла ему разочарование.