Одержимость. Заставлю тебя - Леся Эм

не дал. Соня забилась носом к двери, держась крепко за ручку так, что если бы захотел оттащить, пришлось бы оторвать вместе с ней.

— Давай, отдохни, ванну прими, — аккуратно убрал локон за ухо, отчего по телу Сони прошла дрожь, — а завтра принесёшь мне кофту и мы все обсудим.

Не отреагировала.

— Слышишь?

Дышала быстро и поверхностно, боясь опять разрыдаться.

— Ты мне правда нравишься. Начало вышло дерьмовое, но дальше лучше будет. Обещаю. Поговорим завтра, — Артём всматривался в её лицо, пытаясь поймать взгляд, который Соня прятала. Вздохнул, облизал губы и, прищурив глаза, добавил, — и глупостей не совершай, хорошо? А то себе же только хуже сделаешь! Мы просто потрахались, ничего особенного не произошло, — но так и не добившись от нее реакции сдался. — Ладно… до завтра, — поцеловал в щеку, отчего Соня шарахнулась головой об дверь. — Аккуратнее… — и, наконец, ушёл.

Дойдя в полусознательном состоянии до квартиры, Соня открыла дверь ключом и сразу пошла в ванную. Сидела там не меньше часа, половину из которого провела без движения, так и не включив воду. А когда вымылась 3 раза и перешла в свою комнату, открыла окно настежь и выбросила кофту в темноту, представляя на ее месте владельца.

Глава 3

Утром собиралась с бабушкой, которая отправлялась на работу. Кажется, даже улыбалась и откусила кусок бутерброда. Но стоило бабушке выйти за дверь, как Соня тут же выплюнула непережёванное содержимое в мусорку и поплелась в свою комнату. Слёз не было ни ночью, ни сейчас. Хотя внутри разрывало от боли, унижения и грязи, произошедшей с ней. Но еще больше от злости на себя. Что так легко повелась на провокацию Ильи, ведомая глупой мыслью, что к ней приехала мама. Приехала спустя столько лет, в обход бабушки. Что желая увидеть дочь, не зная номера телефона, выяснила, где она учится и попросила спуститься через охрану. Какой надо быть дурой, чтобы поверить, что такое возможно?

Весь день пролежала в кровати, уставившись в стену, даже не раздеваясь. Как наяву продолжали всплывать в голове кроссовки Артёма в сером мраке кафеля, рука выбрасывающая презерватив в унитаз и привкус его кожи, когда затыкал рот. Эти воспоминания вызывали отвращение, но, вместе с тем, Соня не могла от них избавиться. Иногда погружалась в дремоту, но подскакивала в панической атаке с безумно бьющимся сердцем. Это не сон. Всё это не сон. Почему это не сон?

На следующий день хотелось провернуть то же, но за посещаемостью в колледже строго следили, а отсутствие без причины стало бы поводом позвонить бабушке с вопросом. Как оправдаться в этом случае, не знала. Да и невозможно прятаться дома вечно, потому, превозмогая отчаяние, собралась в колледж.

Её била дрожь от одной мысли увидеться лицом к лицу с Артёмом. То, что он станет её игнорировать, было единственной надеждой. Но в то же время, его слова никак не выходили из головы. Он ведь говорил не всерьёз? Встречаться. Это была шутка, насмешка, издевательство.

На занятия пришла слишком рано, казалось бы, должна тянуть время, избегая вынужденного контакта, а на деле шла слишком быстро, будто кем-то подгоняемая. В аудитории заняла своё место у окна в середине первого ряда. Уставилась в парту. Боялась увидеть Артёма, услышать его голос, даже просто понять, что находится с ним в одном помещении.

Углубиться в переживания не успела, рядом раздалось приветствие, благо не от него. Вздрогнула, но заставила себя выдохнуть, это оказался всего лишь Андрей. Худощавый одногруппник, настолько высокого роста, что ей приходилось смотреть на него снизу вверх, даже стоя рядом в полный рост.

— Сяду с тобой? — спросил он. На протяжении всего семестра занимал место рядом, каждый раз спрашивая предварительно разрешение на это, а после почти всегда молчал. Соня замешкалась. Присутствие любого человека рядом отзывалось паникой, но подавив её, кивнула, пытаясь вести себя как обычно.

Только всё изменилось. И стоило Андрею опуститься, как знакомый пугающий голос Артёма это подтвердил:

— Ты, кажется, место перепутал.

Тот, на кого смотреть не хотела, от голоса которого активировались все нервные окончания, подхватил вещи соседа и отбросил на другую парту. Часть из них свалилась на пол. Услышала хлопки снизу, но не обернулась, а с пугающей неизбежностью ждала дальнейшего. Андрей вроде бы попытался возмутиться, но Артём быстро это пресёк:

— Хочешь оказаться на месте учебников?

И тогда он поднялся и освободил стул, отчего стало будто даже прохладнее, впрочем, Артём тут же плюхнулся вместо него, вплотную, не соблюдая никакого личного пространства. Скорее на инстинкте Соня дёрнулась в сторону, рискуя свалиться со стула, но в тот же момент оказалась обхвачена сильной рукой за талию. Артём повернулся к ней лицом.

— Привет! — и тише. — Почему вчера не пришла? — наклоняясь к уху. От его близости и пугающего шёпота парализовало.

— Ты ведь не сделала то, о чём придётся потом жалеть?

Соня сглотнула, боясь пошевелиться и даже вздохнуть, не то что ответить.

Артём гипнотически монотонным голосом продолжал:

— Как думаешь, нас отчислят, если кто расскажет, что мы трахались в туалете? — и чуть улыбнувшись. — Илюха, такое трепло… Ты знала?

Несколько его тихих смешков рядом с ухом чуть не вызвали приступ рвоты, из-за чего Соня зажала рот рукой. Артём сразу же отодвинулся, и уже с будто бы действительным волнением спросил:

— Ты плохо себя чувствуешь? Может, тебе к врачу надо? — а следом высказал шокирующее предложение. — Давай сходим сегодня… Вместе.

Соня снова дёрнулась от него, но оказалась прижата только сильнее.

— Я за тебя переживаю! — прозвучало, как угроза.

Сглотнула, и, кашлянув, чтобы прочистить горло, выдавила ответ:

— Всё… всё нормально.

— Точно?

Закивала слишком активно, лишь бы отстал. Только тогда он улыбнулся и убрал руку, что позволило Соне снова обрести способность дышать. Но расслабляться было рано.

— Так, а чё, где моя кофта? — продолжил допрос.

В голове вспыхнуло воспоминание парящей из окна вещи, за что сейчас проклинала себя. Неужели придётся поплатиться за этот импульсивный поступок? Но понимала, что молчать дороже себе, потому, не поворачивая голову в его сторону, с участившимся стуком сердца ответила:

— Нету.

Артём молчал несколько секунд. Кровь усиленно запульсировала в висках, а дыхание Сони участилось в ожидании приговора.

— Испортила, что ли? — разочарованно вздохнул. — А она мне нравилась.

В голове Сони это прозвучало пугающе.

«Ты мне правда нравишься», — так он сказал, тогда.

Но Артём смиловался:

— Ладно, будем считать, что квиты.

Соня резко повернула голову в его сторону, понять, не ослышалась ли. Он приравнял испорченную кофту к тому, что сделал с