Давай прогуляем пары - Мария Манич

Повезло?

Водитель из другой тачки оказалась зубастее любой акулы. Благодаря ей мой кошель похудел на несколько десятков тысяч, а Оксана до сих пор старается загладить свой косяк.

Умело.

Лениво приподняв руку, касаюсь пальцами засохшей раны над бровью. Напоминание о недавнем ДТП. Перед глазами внезапно всплывает чужой внимательный карий взгляд. Девчонка из синей тачки смотрела на меня открыто и не стесняясь.

Какого-то хера я её запомнил. Какого-то хера я ей явно переплатил за ущерб.

— Болит? Подуть?

Окс, абсолютно голая, упирается коленями в матрас и жалостливо дует свои вареники. В них залита какая-то хрень, и выглядят они так себе, на ощупь — тоже, зато сосёт она ими просто отлично.

Кровь приливает к паху.

Дёрнув подбородком, указываю на него и, забросив руки за голову, произношу:

— Подуй.

Довольно улыбнувшись и перекинув волосы на одну сторону, опускается вниз.

Спустя час, оставшись наконец один и выпустив в потолок сизый дым, тянусь к телефону.

«Ты, твою мать, где?»

Клим та ещё истеричка.

Пялясь в экран, давлюсь сигаретой.

Пятница.

Сколько я дрых?

Резко вскочив на ноги, хватаю с пола джинсы. Балансируя, делаю попытку попасть в штанину.

Сука. Ведёт.

Как старпер приземляюсь обратно на постель, потому что комната крутится перед глазами так, словно я решил покататься на детской карусели. Розовая такая, бабская, комод напротив кровати уставлен банками и бутылками всевозможных размеров. Сладковатый запах щекочет ноздри. Сколько раз говорил Оксане выбросить на хер эти духи. Тянет блевануть.

Бросаю взгляд на дверь, ведущую в коридор. Там, в нескольких метрах от меня, в ванной шумит вода. Готов поспорить на свой член, дверь в душ осталась призывно открытой.

Шанс свалить просто идеальный, если только я смогу натянуть портки.

Запрокинув пульсирующую башку, медленно выдыхаю, прикрыв глаза.

* * *

На улице реальная темень. И, судя по новостям в ленте и дате в электронном календаре, я реально был в отрубе несколько дней. Выспался за весь безумный год. На мобильном десятки пропущенных от матери, которые я решаю игнорировать. Представляю, как она будет визжать, когда я наконец объявлюсь дома, и уже закладывает уши. Пара сообщений в чатах от парней. Две полуголые фотки от рыжей девицы из Питера. Мы неплохо с ней зависли на прошлых выходных, когда я мотался туда по делам.

Покупаю в супермаркете две бутылки воды, одну выпиваю за раз. Отправляю пустой смятый пластик в мусорку и открываю вторую. В ожидании такси стреляю у прохожего сигарету — свою пачку забыл в квартире Окс. Желания возвращаться нет никакого.

До квартиры Айса можно добраться и пешком. Дворами минут на пять дольше. Однако коленки от обезвоживания и истощения предательски подрагивают.

— Мо-о-от! — визжит Клим как девка, дождавшаяся парня из армии.

С разбегу прыгает на меня, сгребая в медвежьи объятия. Пошатнувшись, упираюсь рукой в шершавую стену, стараясь удержать равновесие. Музыка долбит по перепонкам, в глазах летают мушки, в нос ударяют запахи сигаретного дыма и сладких вейпов.

Студенческая вечеринка в стиле американских колледжей в самом разгаре.

Мимо проходят три девчонки в таких тесных и коротких платьях, что я сходу могу определить, на которой из них нет нижнего белья.

— Полегче, малыш. Если б я знал, что ты так соскучишься, слал бы тебе фотки почаще. — Похлопываю друга по спине.

Пора заканчивать слащавые обнимашки и начать отрываться.

— Я реально скучал по твоей роже, — ржёт Клим, размыкая руки. — Кстати, что с ней? По тебе словно КАМАЗ проехался.

С размаху шлёпает ладонью по плечу и внимательно осматривает меня с головы до ног, задерживаясь чуть дольше на разбитой брови.

— Почти, — усмехаюсь, вспоминая колкий взгляд дерзкой коротышки из синей развалюхи. — Есть что пожрать?

— И выпить найдётся.

— Я пас.

— Не будь кайфоломом! — Лицо Клима разочарованно вытягивается.

— Но это только сегодня, — решаю сразу же его утешить. — Наверстаем. К чему вообще такой размах?

— Первое впечатление всегда самое верное.

— И ты решил сразить всех наповал?

— Виноват. Хочешь сказать, когда ты здесь учился, такого не устраивал?

Неопределенно пожимаю плечами.

Я устраивал и похлеще, но всё это было в жизни «до». Сейчас я стараюсь деньгами в разные стороны не сорить, для них находится более дельное применение, чем напоить толпу студентов, для того чтобы залезть в трусы к понравившейся девчонке.

— Пойдём кое с кем тебя познакомлю, — кивает в сторону гостинки Айс.

С Ледовским приехало несколько парней по обмену. Мы обмениваемся рукопожатиями и дежурными фразами. Обещаю свозить их на мототрек, когда грунтовая дорога немного подсохнет.

Зацепив коробку пиццы, падаю в свободное кресло. Жадно накидываюсь на еду, чувствуя, как она камнем оседает в пустом желудке.

Клим, приземлившись напротив, прикладывается к пиву и со скучающим видом осматривается. В его хату набилось человек пятьдесят. Склонив голову набок и прищурив один глаз, смотрит чуть выше моего плеча.

— Ты в курсе, что на тебя все таращатся?

Не прекращая работать челюстями, оборачиваюсь. Встречаюсь взглядом с двумя бывшими одногруппницами, которые быстро отворачиваются. Начинают перешёптываться, не переставая стрелять глазами.

Я знаю, сколько обо мне ходит слухов, и, скажем, часть из них небезосновательны.

— Воды дай.

— Мот, это, конечно, не моё дело…

— Раз не твоё, подумай десять раз, прежде чем сказать, — обрубаю резко, вскидывая глаза на Айса.

Он свои в ответ не отводит. Резко бросает в меня полную бутылку воды. Ловлю её около своего лица.

Усмехаемся.

— Отец может нашептать ректору, — трёт указательный и средний пальцы большим, намекая на деньги. — И тебя восстановят на любой курс. Только скажи.

— Зачем мне это?

— Ты сливаешь свою жизнь в толчок, медленно себя убивая.

— Как мы заговорили! Это ты где такой философии набрался? В штатах? — осекаюсь и подаюсь вперёд. — Мать пожаловалась?

Клим кивает и делает ещё глоток пива. Опять задумчиво смотрит мне за спину.

После того как батя сдал, мать решила заняться моим воспитанием. Я знатно покуролесил в то время. Прав меня лишили как раз в тот период. С отцом мы всегда были близки. Были… сейчас с ним стало сложно поддерживать связь. На звонки не отвечает, просит не приезжать к нему. Мать наняла ему сиделку!

Он закрылся и отгородился от всей семьи. Так бывает, когда взрослый мужик в один момент становится беспомощным, словно ребёнок. Учится заново держать ложку и