Литературное Сумасшествие Дома - Гарри Гук

— А сейчас будем добираться до твоей квартиры целый час! — Майя спотыкалась почти на каждой ступени.

— Ничего страшного.

Марта жила одна в двухкомнатной квартире. Из окон открывался шикарный вид на эти самые Борисовские пруды. Сама квартира была светлой и минималистичной, со встроенной системой «умный дом». Ещё когда девушки поднимались, Марта уже включила свет в квартире (она не любила заходить в полностью тёмные помещения), заварила чай для сестры и наполнила горячую ванну для себя.

Осенняя старшая вышла из ванны, было уже за полночь, а её сестра спала в зале.

Майя встала достаточно поздно. Ей казалось, что она заболела: тело ломило, голова болела, знобило. Но это была не простуда, а похмелье. Сестры не было дома. Майя аккуратно поднялась с постели, держась за голову. Она, как зомби, побрела на кухню, где залпом выпила три стакана воды, что аж тяжело стало дышать, но жажда не прошла. Она полезла в холодильник. Тут открылся замок входной двери и в квартиру вошла Марта. Она ходила в аптеку за разными средствами против похмелья.

— С добрым, э-э, уже днём. Как голова?

— Отлично. — Майя уже ела солёный огурец, который достала из банки из холодильника. — Огурцы охеренные! М-м! Как вкусно! Почему я раньше этого не замечала?

— Я тебе таблеток от головы купила.

— Ага, спасибо. Ох, это просто божественные огурцы! Сама делала?

— Нет, в магазине купила. Слушай, я хотела бы извиниться за всё… за всё это. Я была не права.

— Насчёт чего?

— Что?

— Была не права насчёт чего?

— Насчёт всего. Насчёт твоего увлечения этой книгой. Но в следующий раз ты должна меня предупреждать о своих планах.

— И ты снова поёшь эту песню. Я уже взрослая, мне не 12, я могу за себя постоять.

— Но…

— Ладно, я прощаю тебя. Хочешь поговорить о Алиусолибре? Знаю, что хочешь. Садись, сейчас всё расскажу.

Марта не заметила, как прошёл час. Рассказ сестры о древней рукописи был крайне интересным. Когда же Майя окончательно пришла в себя, она предложила поехать к ней и провести транс-обряд.

Глава V

— Стоп, то есть мы сейчас накуримся травой ночью в непроветренной квартире и «попадём в Иной Мир?» По-моему, это называется галлюцинации.

— В какой-то степени да, но это не простые глюки, — Майя расставляла по комнате свечи.

— А это не пожароопасно?

— Не-а.

— А за решётку за это мы не угодим?

— Пфф, конечно нет. Раздевайся. Надо чтобы тело было максимально свободно от современных оков.

— Ну не знаю. Мы будем без сознания несколько часов, может случится всё что угодно!

— На этот случай я позвала Анта. Он будет наблюдать за нами. Он уже бывалый.

— Ант?

— Да, — раздался звонок. — О, а вот и Ант.

— Всем привет! Ну что, готовы выйти за рамки нашего мира? — в комнату с бутылками воды вошёл Ант.

Квартира наполнилась дымом. Электричество было вырублено. Никаких современных технологий, чтобы, как говорил Ант, не спугнуть Дух Иного Мира. Марта всё-таки накрылась полотенцем, а её сестра легла полностью голой. Дым проник в лёгкие и девушки заснули.

Марта видела себя со стороны. Её тело лежало рядом с телом Майи. В другом конце комнаты в позе лотоса сидел Ант. Она стала улетать. Вышла за дом, увидела его со стороны. Поднялась над всей Москвой. Стала улетать ещё выше. Она увидела голубой шарик Земли. Увидела Солнце. Продолжила улетать. Вот уже Марта наблюдает всю Галактику со стороны. Она видела яркие звуки, пьяные линии, громкие точки. Её тело стало одновременно большим и малым. Она могла заглянуть внутрь себя. Видела множество пузырей, в каждом свой мир, своя история. А что же между пузырями? Некая прослойка. Как между клетками существует межклеточное вещество, так между пузырями находится Иной Мир. И она погружалась в него.

И вот она внутри. Открыв глаза, она увидела перед собой огромный, бесконечно продолжавшийся вверх, влево и вправо шкаф с каталогами. Обернувшись, она поняла, что такие окружают её, образуя лабиринт. Она взяла один из каталогов. Это был альбом с её воспоминаниями из детства. Другой — школьные годы. И всё расставлено аккуратно, по полочкам. По хронологии. Она стала гулять по лабиринту, изучая его. И так она оказалась в мрачном, тёмном месте. Там шкафы были разрушены, каталоги горели. Всё в тумане. Марту возмутило и напугало это: такой хаос и беспорядок в подсознании. Но взяв обрывок из одного догорающего каталога, она поняла, что это за воспоминания. На тлеющей фотографии была совсем маленькая Марта с семьёй. Весь состав. Тогда ей исполнилось шесть, и они пошли в торговый центр. Это всё, что она помнит. Смутное воспоминание.

— Здесь свои дни доживают те воспоминания, о которых мы больше не вспомним, — перед Мартой стоял тощий человек лет пятидесяти в белом халате. Его лица она не могла разглядеть, на него было наложено несколько других полупрозрачных лиц. А его голос, как внутренний, конкретного звучания не имел. — Наш мозг забывает некоторые вещи, чтобы не сойти с ума. Как жаль, что мой мозг прекратил это совершать.

— Кто вы? Вы плод моего сознания?

— Нет. Я местный. Называй меня, как хочешь.

— И давно вы тут?

— Здесь нет понятия времени и пространства. Поэтому я не могу ответить на этот вопрос. Может, я тут всего день, а может уже целое тысячелетие, — человек улыбнулся. Марта улыбнулась в ответ. Тут она испугалась, что стоит перед незнакомцем совершенно голой, но открыла для себя, что она в таком же халате.

— Как вы сюда попали?

Человек снова улыбнулся, только уже мрачнее.

— В 1962-ом. Я проводил один опыт. Но кристалл не выдержал нагрузки и взорвался. Этот взрыв расщепил моё тело на миллиарды молекул, уничтожил, испепелил. Но мой разум оказался тут. Я до конца не понимаю, как это устроено. Но поверь, я скоро вернусь. Может, я уже вернулся. Кстати, только что общался, или пока нет, вообще мы уже познакомились с ней?

— С кем?

— С твоей сестрой. Прелестнейшая девушка. Вся в тебя.

— Вы знаете Майю?

— Ну конечно же, Марта. Я наблюдаю от сюда за многими мирами, и за Нордом тоже.

— Нордом?

— Мир Норд. Наше родное измерение. Принято считать его реальным, кажется, что реальнее некуда. Но это ложь. Одна большая ложь. Но я не хочу вываливать на тебя всю информацию. По канонам жанра я должен составить затравку для следующих наших встреч, число которых будет символично, — он закатил глаза, будто его это всё раздражало. — Прогуляемся?

Он взял её за руку,