Анжелика и Мяу смерти - Эдди Спрут

звонить им надо было. Вот я и говорю, дура ты, Валентиновна, во что я им звонить-то буду? В дверь? — Протараторила бабулька.

— Ну, а что Маруська, ну, сунешь ты свой носище куда не надо, так откусят тебе его, а нам потом болтать будет не с кем. — съязвила бабка помоложе.

— А вы, уважаемые, не боитесь тут сидеть, вас же как свидетельниц могут и того… — И я продемонстрировала один из алёнкиных жестов.

С жестом я, кажись, снова ошиблась, потому как бабульки застенчиво захихикали, покраснели и даже слегка обрадовались.

М-да, не ту реакцию я ожидала от бабулек. Теперь просто необходимо у Алёны уточнить значение всех этих жестов.

Лет двадцать назад какой-то умник из ИЦ выяснил, что у древних активно использовался язык жестов. Они даже субкультуру создали, внутри которой общались только с помощью жестов, а называлась она “глухонемые”.

Со временем жестикулирование переросло в самостоятельный язык, с разными диалектами, которым пользовались в ночных клубах, барах и других интересных местах. У интеллигенции язык жестов в последнее время начал восприниматься как нечто грубое, возможно, даже жаргонное.

Я ещё раз посмотрела на визитку Астапова, указан второй этаж. Кивнув весёлым бабулькам на прощание, я пошла ко входу в подъезд.

Перед домом было чисто, ухожено, да и вообще просто красиво. То там, то тут радовали своей красотой цветочки и кустики. А на дереве, которое росло ближе всего ко входу, гроздьями висели коты. Я даже остановилась, чтобы посмотреть, нет ли среди кошачьих “гронок” искомого малыша. Но ни одного чёрного котенка с розовым бантиком я так и не заметила. Жаль.

Я заглянула в открытую дверь подъезда и поразилась приятной, теплой атмосфере, которая царила внутри. Редко можно встретить настолько ухоженную переднюю. У лестницы даже столик с цветочком стоял!

— Как мило. — Не удержалась я от комментария. — Наверняка именно эти старушки ответственны за чистоту и уют. Нужно будет похвалить их за труд, им будет приятно.

Когда я поднялась на второй этаж, то увидела четыре двери. Три из них были просто с номерами, а на четвертой висела позолоченная табличка с надписью “Астап Астапов — ваш защитник”.

— О, мне сюда.

Я вспомнила, о чём говорили старушки, и, прежде чем сразу ломиться в дверь, мудро решила приложить к ней ухо. Тишина.

Может, стоит постучать? Снова тишина. Плохо всё это, когда тихо. Тишина гнетёт, от тишины я нервничаю, от тишины кричать хочется, а если крикнуть, то ещё страшнее будет.

Я взялась за круглую ручку и приготовилась увидеть кровь, мясо и раскукурузило. Так со мной уже бывало. Дверь, конечно же, была не заперта, и с лёгким щелчком задвижки, открылась.

Но внутри все оказалось внезапно пристойным. Небольшая квартирка, переделанная под офис, со светлыми стенами и высокими окнами, которые пропускали много света.

В дальнем углу, недалеко от ванной комнаты, стоял здоровенный горшок с непонятным растением. В другом углу уютно приткнулся письменный стол, а под светлым окном, украшенным белыми шторками, разместился длинный красный диван, накрытый огромным зеленым пледом, край которого лежал на полу. А на самом диване, в одних трусах, лежал незнакомый мне мужчина..

Что-то в его позе мне подсказывало, что он и есть Астап Астапов. Жаль, что он на всякий случай своё имя на трусах не написал для полной уверенности.

Он лежал на животе, а его руки были крепко привязаны к ногам. Вышла этакая человеческая лодочка, только паруса не хватало.

Мужчина услышал, как я вошла, и беспокойно задергался. Он попытался что-то сказать, но тряпка, торчащая из его рта, явно мешала говорить. Как детектив, скажу вам, в такой ситуации не надо сломя голову бежать и развязывать незнакомцев, а лучше вначале осмотреться. Сейчас поймёте, почему.

Грохот за дверью в ванной и звуки непонятной возни там же прервали мои раздумия. Я напряглась, тихонько, почти на цыпочках подошла к двери и приложила к ней ухо. За дверью кто-то странно булькал. Возможно, это должно было меня насторожить, возможно, именно сейчас нужно было взять руки в ноги и вызвать мурзов или даже позвонить им, но любопытство — такая штука… Я тихонько повернула ручку двери и потянула её на себя.

Сквозь дверной проём, вопросительно и даже немножко сердито, на меня смотрел здоровенный головорез. Второй, очень похожий на первого, нагнувшись над ванной, кого-то очень увлечённо топил.

На полу возле ванны валялась шапочка из фольги. Наверное, топят Упыря.

Головорезы были мужиками внушительными. Своими шрамами они напоминали здоровенных боевых псов, которые полжизни потратили борьбу за территорию и самок. Ух.

Сейчас бы уйти, но они губят нужного мне свидетеля. Нехорошо. Мне стало ясно, что ситуация сложилась совсем непростая и нужно прямо сейчас что-то делать.

— Мужики, меня к вам босс прислал. Он передал, что бы вы не мочили этого убогого. Он хочет его сам растрясти.

Головорезы мне показались не слишком умными, значит, кто-то ещё говорит им, что делать. Этого кого-то наверняка зовут боссом, если не они, то кто-то ещё. Для надёжности я сделала максимально наглый вид и посмотрела в глаза губителю на водах. Он ослабил хватку и отпустил Упыря.

Теперь на меня было обращено всё их внимание, и это меня здорово напрягло. Казалось, что они не очень поверили в то, что меня прислал их босс. Затем тот, что у ванной начал вставать на ноги, не сводя с меня взгляда. Страшно, блин.

— Ты кто такая? — Раскатисто спросил головорез, который стоял ближе к двери.

— Я Рыжая, не слышали, что ли? Новенькая у вас.

Топильщик поднял одну бровь и как-то нехорошо улыбнулся. А Упырь, пока я отвлекала мужчин, сел в ванной, пытаясь надышаться. Живой, и то хорошо.

— Не-а, не слышал. Босс-то чё нам не позвонил? Ты типа быстрее ветра, что ли? Рыжуля ветрокрылая? Чё ты мне лечишь?

Не такие они и тупые оказались. Нащупав на руке браслет с очень важной кнопкой, я на неё нажала. Эта кнопка сообщает Петру, что я в беде, и что надо ко мне слать мурзов, срочно, по координатам кнопки.

Нахожусь я далековато от цитадели мурзов, значит, ждать их минут двадцать. Это долго, даже слишком. За это время из меня не только лодочку сделать успеют, но и поплавать на мне, а потом на слом пустить. Придётся тянуть время.

— Вон тот лодочник на диване лечит. А я по делу. — Продолжила я нагло смотреть на здоровяков. Слова приходили как-то сами. — Мне-то откуда знать? Босс Упыря за котёнка спросить хочет. А чё и как, сам поинтересуйся.

Вот