Стальной ворон. Книга 1 - Екатерина Стадникова

— Ты упустил кое-что. — Никс призвала маску. — На вокзале девочку встречает Тэсори. Неприятные ощущения обеспечены всем. Она не обрадуется тебе, Джулс.

— Ерунда какая! — вспыхнул тот. — Во-первых, меня совершенно не волнует сентиментальная сторона вопроса. Во-вторых, Марии придется смириться с тем фактом, что Эмьюз не собирается перенимать ее ненависть ко мне.

— Зачем злиться? — покачала головой Тень. — Я только хотела предложить встретить Варлоу за тебя. Нет так нет. Мне легче. Не придется отвлекаться от прямых обязанностей. Ты же поручишь координирование следственных действий мне?

— Я не злюсь, — сказал и сам себе не поверил.

— Злишься, — спокойно возразила Корникс. — Мария важна для тебя так же, как Фолия для меня. Почему бы просто не поговорить со старушкой? Подожди! Дослушай! Ты ведь даже ни разу не попытался выяснить с Марией все начистоту.

— Что там выяснять, когда и так все ясно? — Джулиус бессильно опустил руки. — Как ты себе это представляешь? «Да, мам, я скот, карьерист и лгун, но вот таким вы меня воспитали. Признаю, но меняться не собираюсь. Утопиться в ближайшем пруду и не всплывать? Спасибо за совет, мам, обязательно так и поступлю, чтобы больше вас собой не нервировать».

Короткой паузы хватило, чтобы решить, будто тема закрыта, но Коллоу ошибся.

— Мам? — переспросила Тень.

— Вырвалось, — отмахнулся Джулс, не моргнув и глазом.

— Целых два раза? — хихикнула та.

— Тогда тонкая ирония. — Все-таки «ощущение дома» расхолаживало. — Не цепляйся к словам. Я и так сделал для этой женщины столько, что она не имеет морального права ненавидеть меня. Лучше пораскинь мозгами: зачем любителям таинственных плашек отправлять находку «покататься»? Нашего курьера убили далеко от Шейдивейл, а плашка почему-то ехала оттуда. Версии?

— Самая очевидная: это третья плашка, — пожала плечами Никс. — Все другие версии предполагают наличие хитроумных планов у оппонентов, а такое по твоей части.

— Не хочешь думать, не надо. — Изобразив напоследок смертельную обиду, Джулиус призвал свою маску.

Корникс ловко подхватила его под руку и отдала приказ Связному, приложив тонкие длинные пальцы к эмблеме Ордена на форме.

Требовалось узнать ожидаемое время прибытия Звездного и к этому моменту взять под контроль вокзал, умудрившись не причинить особенных неудобств ни работникам, ни простым людям.

В голове быстро-быстро вертелись мысли, обгоняя хоровод цветных пятен. «Что если изготовить поддельную плашку, снабдив ее чем-нибудь допризменным, что посылало бы сигналы? Так удастся проследить тех, кто заинтересуется», — думал Джулиус. Тут возникало ровно два вопроса. Во-первых, посвящать ли Никс? Поймав ее за руку, получить внятные объяснения некоторым странностям станет проще. Но проблема заключалась в том, что Коллоу не желал ловить свою пару. Вездесущее живое сердце запросто снюхалось с кусачей совестью, и вдвоем они серьезно затрудняли выполнение обязанностей Вестника. А во-вторых, предстояло отыскать кого-то способного сыграть роль курьера, которого непременно убьют.

Мельтешение пятен оборвалось на живописной полянке. Ариэль влюбленным взглядом наблюдал за потрясающей красоты бабочкой, замершей на его пальце. Удивительное создание то складывало, то снова расправляло пестрые крылышки, но улетать не спешило. Сам привратник сидел на стволе поваленного дерева, кое-где поросшем мхом. Его вечный вязаный шарф смотрелся особенно нелепо жаркими летними днями.

— Приветствую вас, Сэр, — с трудом отвлекшись, поздоровался Ариэль. — И вас, Леди.

Он протянул Теням бабочку.

— Не правда ли, она прекрасна? — В ясных голубых глазах читалось искреннее восхищение.

Никс немедленно заинтересовалась, но стоило той присмотреться к насекомому повнимательнее, как фигура Тени растворилась. Бесцветные губы Ариэля растянулись в довольной улыбке.

— Удивляюсь тебе. — Джулиус сунул руки в карманы формы. — Не надоедает?

— Вы все трогательные, как дети, каждый по-своему, — доверительным тоном признался привратник. — Мне доставляет удовольствие дурачить вас.

— И каким образом ты собираешься одурачить меня? — Попав из ночи в день, Сэру Коллоу требовалось некоторое время прийти в себя.

— Для вас я изловил пару богомолов, но те попрятались, — охотно сообщил тот. — Двоих мне удалось усадить на бревно. Надеюсь, Тени не особенно проклинали меня, плюхнувшись посреди главного холла.

Джулиусу лицо Ариэля всегда казалось поразительным. Если в темноте его можно было принять за человека, то при ярком свете эта иллюзия рассеивалась мгновенно. Коллоу пытался отделаться от ощущения, что привратник… просвечивает. Гладкая кожа, лишенная всякого намека на поры, подчеркивала тонкие черты. Странное существо за свою невообразимо долгую жизнь среди людей научилось копировать мимику и жесты, но так и осталось загадкой для всех, кроме Магистра.

— Мне будет вас не хватать, — вдруг произнес Ариэль.

— Кого «нас»? — насторожился Коллоу.

— Танцоров. — Привратник снова сосредоточился на своей бабочке. — Вечность для вас и для меня понятия разные.

Хрупкие крылышки дрогнули, и глупое создание устремилось в высокое голубое небо. Джулиус невольно поднял голову, чтобы проследить за бабочкой взглядом, но немедленно оказался посреди эмблемы Ордена в густом полумраке главного холла.

Никс уже караулила его у дверей кабинета. Она успела выяснить все, что требовалось, даже людей на вокзал отправила.

— А сама почему еще здесь? — строго спросил Коллоу.

— Мы разве не вместе? — миролюбиво возразила Тень.

— Мне там пока делать нечего, — признался Джулиус. — Ты же у нас ответственная за мероприятия.

— Мешаю, — отметила Корникс.

— Мешаешь, — согласился тот. — Не предполагал, что так соскучусь по одиночеству. Иди уже. Оставь меня.

Никс пообещала связаться за десять минут до посадки Звездного и растворилась в полумраке коридора.

«Любая другая смертельно обиделась бы», — сообщила совесть.

Привычный запах кабинета настраивал на рабочий лад. На столе среди обычных бумаг ждал неприятный сюрприз. Гербовый конверт клиники Сайленткип так и просился в руки, только чутье подсказывало, что не к добру все это.

Еще до того, как устроиться в кресле, Джулиус с чувством смял очередное прошение Марии к Совету и, не целясь, швырнул в ведерко.

— Через мой труп, — фыркнул Коллоу.

Джулс прекрасно понимал, что поступает так в основном из вредности. Пока Тэсори не прекратит настраивать девочку против него, ни о каком содействии не может идти и речи. Игнорируя конверт, Сэр Коллоу вытянул из стопки сводку подозрительных происшествий в надежде найти там что-нибудь достойное внимания.

Беглого взгляда в лист оказалось достаточно, чтобы потерять к нему всякий интерес. Если Орден станет заниматься разной незначительной мелочью, прочие органы охраны порядка останутся без работы.

Руки сами потянулись к злосчастному конверту. Разумеется, дело в Фолии. Иначе зачем кому-то тревожить его лично? И тут одно из двух: либо Тень что-то натворила, либо пошла на поправку. Первое гораздо вероятнее.

«Что толку гадать? Вскрой да посмотри», — Джулиус задумчиво взвесил послание на ладони. — «В конце концов, всегда можно сделать вид, будто письмо потерялось в дороге». Он решительно подобрал нож для бумаг, резко выдохнул и вспорол плотный конверт.

Внутри ждало самое обыкновенное деловое письмо, ничего сверхъестественного. Состояние больной без изменений. Никто кроме него, Никс и Марии Фолию не навещал.

«Смеем напомнить о необходимости внести оговоренную ранее сумму в счет оплаты содержания пациентки», — после этих слов Джулиус заглянул в календарь и отметил, что действительно должен клинике денег. В свете последних событий, сей факт совершенно вылетел из головы.

Дальше же начиналось самое занятное. Из текста следовало, что Фолия умудрилась написать письмо и потребовать от персонала передать его не кому-нибудь, а Мастеру Тени. Естественно, Реконструкторы не решились выполнить требование, поскольку записка сумасшедшей, по их мнению, лишена всякого смысла. Но и выбросить послание они не посмели. Джулиусу предлагалось определиться, желает ли он получить весточку от своей Наставницы из сентиментальных соображений.

— Выбор небогат, — пробормотал Коллоу.

Кидаться к зеркалу крайне опрометчиво. Меньше всего сейчас нужно демонстрировать заинтересованность в вопросе. Если рассудок Фолии трезв, записка может обернуться хитрой головоломкой, лишнее внимание к которой выйдет боком. Следовало потерпеть хотя бы сутки.

Джулиус потер виски. Помимо всего прочего, разговор с Ариэлем глубоко запал в душу. Как, должно быть, хорошо бессменный Привратник знает их всех. Если разобраться, Ариэль поймал его самого на готовности предаваться звенящей грусти. Фокус ведь не в бабочке как таковой и не в пронзительно-голубом небе. Эта картинка задела невидимые струны глубоко внутри. Предположение нелепое, но право на существование имеет, как ни крути.