Что скрывается за чертополохом - Саманта Янг

— Дерьмо! — взревел Натан.

Дверь в спальню задребезжала, но была заперта.

— Андрос!

— Блядь, да в порядке я! — прокричал он в ответ, а я сморгнула красную пелену боли и увидела, как девушка сидит на кровати и смотрит на меня широко распахнутыми глазами, в которых стояли слезы.

Натан вырвал у нее пистолет.

Озабоченно нахмурив лоб, он упал рядом со мной на колени. Я заметила, как он отложил пистолет в сторону, когда я схватилась здоровой рукой за кровоточащее плечо и отстранилась от него.

— Дерьмо, Слоан, — прошипел он, потянувшись к моей ране. — Какого хрена ты сунулась?

— Она… ей нужна «скорая», — захныкала брюнетка.

— Никакой гребаной «скорой». — Он посмотрел на нее. — Я позабочусь о ней. И знаешь, почему? Потому что мне на нее не плевать. Она — мать моего ребенка, которую ты, сука, только что ранила!

Он встал, забыв про пистолет. И принялся ее бить.

Снова и снова.

И снова.

Будто не остановится, пока не станет слишком поздно.

Преодолевая агонию боли, пронзающую руку, я схватила пистолет и прицелилась в Натана.

ГЛАВА 1

Наши дни

Арднох, Шотландское нагорье (Хайленд)

Цель горничных поместья Арднох заключалась в том, чтобы быть как можно более незаметными. Мы не пользовались главными лестницами, а с этажа на этаж перемещались на служебных лифтах. В большинстве дней я видела парадный вход в замок Арднох, только когда миновала его по пути в кабинет управляющего клубом Арии Ховард.

Эксклюзивный клуб в отдаленном Шотландском нагорье был последним местом, где я когда-либо могла представить место своей работы. Но вот она — я, в униформе горничной, толкаю маленькую тележку с чистыми полотенцами и туалетными принадлежностями по роскошным ковровым покрытиям коридоров отреставрированного замка. Элитное членство в громадное прибрежное поместье было открыто только для профессионалов кино- и телеиндустрии, которые могли себе это позволить. Лахлан Адэр, бывший голливудский актер и местный житель, превратил некогда разваливающееся наследие своей семьи в прибыльную гавань для знаменитостей, ищущих тишины и покоя в своей знаменитой жизни. Благодаря хорошо обученной личной охране и ультрасовременной системе безопасности, Арднох являлся одним из самых безопасных мест на земле.

Как только я вошла в свой первый за день номер, тут же поняла, что забыла упаковку с печеньем местного изготовления, которую должна была оставлять в каждой комнате после уборки. Вечерняя смена оставляла в спальнях гостей горячий пунш и шоколад. Улыбнувшись про себя мысли, как бы мне хотелось, чтобы мне каждый вечер приносили горячий шоколад, я отодвинула тележку в сторону, чтобы она никому не мешала. Лифт для персонала находился в конце коридора. Мне потребовалось бы всего несколько минут, чтобы добраться до подсобного помещения горничных.

Только я вошла в служебный лифт, как услышала знакомый низкий хриплый голос:

— Придержите лифт.

Я знала этот голос. Он творил со мной нечто невообразимое. С колотящимся сердцем я повернулась и придержала дверь открытой, когда ко мне уверенным шагом устремился Уокер Айронсайд.

Никакое другое имя не могло более идеально подойти этому мужчине.

При первом взгляде на Уокера я должна была испугаться. Ростом примерно шесть футов пять дюймов, он возвышался почти над всеми. Широченные плечи и мощные бицепсы, узкая талия и длинные ноги. Мужчина был слишком красив ради его же блага — сплошные рельефы, да равнины. Он носил короткую бороду, но его каштановые волосы были выбриты по бокам и длиннее на макушке. При первом взгляде на Уокера я не испугалась. У меня возникла самая инстинктивная физическая реакция на мужчину.

Я хотела раздеть его донага и исследовать каждый дюйм его впечатляющего тела. Мне хотелось залезть на него, как на чертово дерево, пока он бормотал мне на ухо грязные слова с грубым шотландским акцентом.

Меня не оттолкнула даже его односложная манера разговаривать и стальной взгляд. Его абсолютная мужественность приводила меня в восторг. В Лос-Анджелесе меня окружали вооруженные головорезы и гангстеры… но я никогда не встречала парня, который был бы таким по-настоящему здоровенным мужиком, как Уокер Айронсайд.

Моя физическая реакция на него тревожила. Его отсутствие физической реакции на меня разочаровывало.

Поправочка: сокрушало.

У меня перехватило дыхание, когда мне пришлось задрать голову, чтобы встретиться с его аквамариновыми глазами, и отступить назад, позволив ему войти. Он заполонил собой весь лифт.

— Спасибо, — пробормотал он.

— Без проблем.

Я отпустила дверь, и она закрылась. Между нами воцарилась гнетущая тишина, а все мое тело гудело от гиперосознания его присутствия рядом. Чувствуя себя одержимым тринадцатилетним подростком, я попыталась контролировать свое дыхание, чтобы Уокер не заметил, как он на меня влияет. Я и так беспокоилась о предательском румянце, появившемся на моих загорелых щеках.

Лифт двинулся вниз, и я краешком глаза взглянула на Уокера. Он был одет в сшитый на заказ черный костюм, сидевший на нем идеально. Все охранники в Арднохе одевались как «люди в черном». Уокеру этот образ безумно шел.

— Что привело тебя на наш этаж? — спросила я дразнящим тоном, имея в виду тот факт, что охранники большую часть дня проводили, патрулируя периметр, входы в поместье и сопровождая гостей, которым требовалась личная охрана, пока они путешествовали по нагорью.

Выражение лица Уокера было раздражающе пустым.

— Изучаем возможность поднять тревогу в уязвимых местах замка на случай проникновения в поместье.

Мои глаза расширились.

— Не думала, что такое возможно.

— Это очень маловероятно. Как я уже сказал, это всего лишь изучение.

— Да, не думаю, что гостям захочется чувствовать себя узниками в шикарной тюрьме, — я ухмыльнулась.

Его пристальный взгляд метнулся к моим губам, но быстро вернулся к моим глазам. Он не улыбнулся. Не то чтобы я когда-либо видела улыбающегося Уокера. Я никогда не принимала близко к сердцу его угрюмый нрав, но в последнее время он стал еще более холодным и отстраненным. Он прибыл в Арднох с Броданом Адэром, младшим братом Лахлана. В то время как Лахлан, возможно, и покинул Голливуд много лет назад, Бродан все еще оставался мировой знаменитостью. Прошлым летом он вернулся в Арднох со своим телохранителем Уокером. Бродан прославился тем, что оставил актерскую карьеру и остался в родном Арднохе после того, как они с Монро — его лучшей подругой детства — раздули тлеющие угольки своей эпической истории любви. После того, как Лахлан предложил Уокеру место в команде охраны поместья, он тоже решил остаться. Всем этим со мной поделилась Монро — в прошлом году она была учительницей Келли, и мы