Лед чистой воды - Наталья Берзина

– Та-а-а-к!

Он исчез, аккуратно прикрыв за собой дверь, а минут через пятнадцать, каким-то чудом открыв ее, вошел с подносом, полным тарелочек и блюдец. В тот раз девушка впервые по-взрослому позавидовала матери. Еще бы! Любой женщине приятно, если ей оказывают такое внимание! Завтрак в постель – это что-то! В Сашином доме такого не было заведено. Тут тетя Света за всеми ухаживает, обо всех заботится. Только почему же она своего мужа иродом называет? Неужели он настолько плох?

На разговор с родителями Аська не решилась отправиться в одиночестве. Позвала с собой любимого. Вот только разговора не получилось. Она первая предложила помириться, а в ответ услышала слова отчима.

– Мирись! Я с тобой не ссорился! – сказал он, не отрываясь от компьютера.

Мать вообще сделала вид, что не замечает ее. Вспыхнув, Аська схватила за руку Сашу и вышла из комнаты. А дальше…

Новый год оказался совсем не таким, как она хотела. Много еды, еще больше выпивки. Уснула под утро с тяжелым сердцем и гудящей головой. Еще два дня пролетели как в угаре, а третьего числа Сашка заявил, что его ждут друзья и он непременно с ними должен встретиться. Аська, естественно, приняла это известие в штыки, но любимый даже не стал ее слушать.

– Пойми ты, там сугубо мужская компания. Я не хочу, чтобы ты скучала. Посиди дома, посмотри телевизор. Я буквально на часок!

Обидевшись, девушка заперлась в комнате. Она не слышала, когда ушла тетя Света. Дверь распахнулась без стука. На пороге стоял Виктор Борисович. Он был под хмельком. В одной руке бутылка водки, в другой пара стопок.

– Ну чего, невестка! Посидим побалакаем? – сказал он, сально улыбаясь.

Вот здесь бы ей сообразить, догадаться, чисто по-женски, чем чревато нечаянное застолье, но обида на Сашку была столь велика, что она только согласно кивнула в ответ. Борисыч, плюхнувшись на диван поближе к девушке, наполнил рюмки и, пробормотав один из своих бесконечных тостов, которые знал во множестве, быстро опрокинул свою дозу. Внимательно посмотрел, как выпила девушка, и незамедлительно снова взялся за бутылку…

Она отбивалась изо всех сил. Опьянение улетучилось в один миг. Как ей удалось вырваться из лап обезумевшего насильника, она так и не поняла. Выскочив в коридор, бросилась в прихожую, успела сорвать с вешалки курточку и сунуть ноги в сапоги. Бегом по лестнице! Вниз! Во двор! Только возле подъезда Аська сообразила, что бежать некуда. Кое-как застегнула сапоги. Накинула на голову капюшон. В карманах ни гроша. Мобильник остался в квартире. Ни позвонить, ни рассказать кому-нибудь о своей беде.

Только бредя по улице, девушка сообразила, что можно укрыться у давней подруги. Ей повезло, Ольга оказалась дома. На следующий день позвонила Сашке. Трудного разговора избежать не удалось, и хотя Аська всячески старалась не раскрывать истинную причину бегства, Борисыч уже выдвинул свою версию. Согласно ей Аська сама спровоцировала его. Так и не добившись от Сашки понимания, Аська в слезах забрала вещи и на время переселилась к Ольге.

Как ни странно, работу девушка нашла довольно быстро, случайно увидела объявление по телевизору и через два дня уже разносила заказы в небольшом ресторане. А спустя еще три дня Аська сняла крохотную квартирку на окраине.

Вызов в управление оказался неожиданным. Владимир терялся в догадках. Уже давно его никто не тревожил. После увольнения из армии его пару раз пытались привлечь к сотрудничеству, но он наотрез отказался, и теперь, спустя годы, звонок оказался, по меньшей мере, странным. Сказать жене о своем беспокойстве он не мог. Так упасть в ее глазах для него было бы равносильно поражению. Она должна быть уверена, что ему море по колено. Хотя наедине с самим собой он должен был признать – страх никогда не покидал его. К чему только не приходилось прибегать, чтобы доказать всем, а в первую очередь самому себе, что он может все! И все же он боялся! Откровенные фобии терзали его. Его пугала и темнота, высота, глубина, боль, в особенности ее ожидание. Даже простой укол заставлял судорожно сжиматься сердце.

Методы борьбы с собственными страхами Владимир выработал давно. Боишься высоты? Заберись повыше. Пугает темнота? Пройди лабиринт на ощупь, не включая фонаря. Глубокая вода вызывает дрожь в коленях? Преодолей сложный порог на байдарке. Причем в одиночку, не рискуя чужими жизнями. И вот теперь ему пришлось усилием воли подавить предательскую дрожь в пальцах. Смешно! Сила есть, воля тоже вроде есть, а силы воли как не было, так и нет!

– Что-то случилось? – спросила Анна.

– Ерунда! В управление вызывают, – стараясь сохранять равнодушие в голосе, ответил Владимир.

– Снова? Зачем на этот раз? – удивилась жена.

– Понятия не имею! Я уже отказался в свое время с ними сотрудничать. Не думаю, что они предложат мне это снова.

– Но все же зачем-то вызывают? – задумчиво произнесла Анна.

– Разберусь! – отрезал Владимир.

Анна, проводив взглядом мужа, села на широченном супружеском ложе. Язык не поворачивался назвать это постелью. Занимающая едва ли не половину спальни, она доминировала, подавляла и странным образом создавала некую особую, торжественную атмосферу. Удивительно, но после знакомства с тогда еще будущим мужем она вдруг начала мечтать именно о таком ложе. Чего больше было в этом желании, сказать сложно. Может, раньше просто в этом не было нужды? Он все же удивительный! Сильный, смелый, настоящий мужчина! О таком можно только мечтать! Она и мечтала. Всю жизнь! Хотя разве это была жизнь? Разве все ее искания и тщетные попытки вырваться из замкнутого круга оставляли хоть какую-нибудь надежду? Она все еще помнила, как это происходило и как начался их роман…

Несчастный случай, нелепый и глупый, свел их вместе. Кто мог подумать, что обычное детское желание прокатиться с ледовой горки приведет к таким последствиям. Аська как-то неловко повернулась, ее правая нога зацепилась за торчащий из снега кусок арматуры и… Она даже не заплакала. Только тихонько всхлипнула, глядя на странно вывернутую ногу. Аня не сразу поняла, что произошло. Но когда, наконец, осознала весь ужас случившегося – колени у нее подкосились. Она буквально рухнула рядом с дочерью на грязный городской снег.

– Асенька, девочка моя, что с тобой? Очень больно? Ты встать сможешь? – растерянно тараторила Анна, быстро-быстро ощупывая сломанную ногу ребенка. Пусть Ася и не велика ростом, но донести ребенка до остановки, тем более до травмопункта, Анне было явно не под силу. Не осознавая, что делает, Аня бросилась на проезжую часть. Машины, яростно сигналя, объезжали растрепанную женщину в заляпанном грязью длинном пальто. Остановилась только одна. Приткнув к бордюру на удивление чистую, сверкающую иномарку, брезгливо глядя на раскисшую снежную кашу, мужчина выбрался из автомобиля и, крепко взяв Аню за рукав, первым делом уволок ее с проезжей части.

– Что случилось? На тот свет заняли очередь и теперь опаздываете?

– Умоляю вас! Помогите! У нее нога! Понимаете? Нога! – взмолилась Аня.

– Не торопимся! Что произошло? Чья нога? – совершенно спокойно, более того, вроде даже игриво спросил мужчина.

– Дочка! Упала! – не в силах унять волнение, говорила Аня.

Мужчина, кажется, даже не взглянул на лежащую на снегу девочку. Просто, не говоря ни слова, шагнул к ней, легко, словно игрушечную, поднял на руки и направился к автомобилю.

– Дверь! – отрывисто бросил он, остановившись на краю тротуара.

Аня не сразу справилась с непривычной ручкой. Из салона пахнуло теплом и уютом. Мужчина уложил девочку на сиденье, не обращая внимания на следы от грязного снега на светлой обивке. Захлопнув дверь, посмотрел на напуганную Аню и негромко, как ей показалось, с усмешкой спросил:

– Будем стоять, глазки строить или поедем?

Аню покоробило от его слов, волна неприязни захлестнула ее, и, если бы не Аська, она ни за что бы не села в машину этого наглеца.

Разбрызгивая размокший грязный снег, автомобиль сорвался с места и, непрерывно сигналя, помчался по проспекту. До травмопункта они долетели за несколько минут. Шлагбаум на въезде послушно пополз вверх при приближении отчаянно завывающей автомашины. У дверей травмопункта серебристый автомобиль замер как вкопанный. Аня только вяло удивилась тому, что они не заехали прямо в приемный покой.

Мужчина действовал уверенно и решительно. Наверное, если бы не его насмешливость и показной цинизм, то он должен был бы ей понравиться. Ане оставалось только распахивать перед ним двери и следить за тем, чтобы никто не задел сломанную ногу дочери. Мужчина подхватил девочку на руки и скорым шагом направился по коридору. Там на стоящих у стены стульях сидели в ожидании приема страдающие люди. Мужчина, не обращая ни на кого внимания, прошел до какой-то двери, ногой распахнул ее и внес ребенка в кабинет.

– Ритуля! Девочка моя, сделай по-быстрому снимок ребенку, – громко сказал он и, уложив Асю на кушетку, уверенно принялся раздевать.