Всадник без головы - Томас Майн Рид

– Твои подозрения несправедливы, Кассий! – воскликнул Генри, осаживая коня. – Чистая клевета. И я могу это доказать. Взгляни-ка на это – визитная карточка. Здесь написано: «Отсюда кипарис уже виден».

– Где ты это нашел? – недоверчиво и брезгливо поинтересовался капитан.

– На колючках кактуса. Здесь нарисована рука, указывающая направление. Приглядитесь получше – и сразу заметите дерево. – Генри кивнул на горизонт.

Если бы солнце не скрылось, кипарис можно было бы увидеть с первого взгляда. Но небо, еще недавно густо-синее, теперь стало свинцово-серым, и сколько всадники ни напрягали зрение, ничего похожего на верхушку дерева разглядеть они не сумели.

– Полная чепуха, – заявил Колхаун. – Я убежден, что это всего лишь новая хитрость этого бродяги.

– Возьми бинокль, Кассий, – из экипажа протянулась гибкая девичья рука, – может, сегодня твое превосходное зрение тебя подводит. Я уверена, что дерево как стояло, так и стоит на указанном месте…

Бинокль, однако, взял отец Луизы и, настроив окуляры, отчетливо увидел кипарис, возвышавшийся над равниной.

– Ты права, дочь моя, – произнес Вудли Пойндекстер, – кипарис на месте. Незнакомец оказался честным человеком. Мне не верилось, чтобы он мог сыграть с нами такую злую шутку… Мистер Сансом, – крикнул плантатор, – велите фургонам двигаться прямо за нами!

Кассий Колхаун пришпорил лошадь и поскакал в хвост каравана; ему больше не хотелось оставаться в обществе своих спутников.

– Дай-ка мне взглянуть на то, что ты нашел, Генри, – тихо попросила Луиза.

Юноша охотно отдал сестре визитную карточку и присоединился к отцу.

– Морис Джералд, – прочла девушка, перевернув кусочек картона. – Морис… – повторила она взволнованно, пряча карточку за вырез платья. – Кто бы ты ни был, откуда бы ни явился, куда бы ни лежал твой путь и кем бы ты ни стал, с этих пор у нас одна судьба!

Глава 4

Грезы красавицы креолки, однако, вскоре были прерваны. Караван снова остановился, и Луиза очнулась от тревожных возгласов. Она узнала обеспокоенный голос брата:

– Оглянись, отец! Разве ты не видишь? Там, позади фургонов…

– Вижу, но не могу понять, что там такое, – озадаченно произнес Пойндекстер. – Это похоже…

– На смерчи. – Капитан, также заметивший грозное природное явление, вернулся к всадникам во главе каравана. – Никогда не видел ничего подобного…

– Они движутся, – воскликнул Генри. – Смотрите! Будто громадные черные столбы сближаются и снова расходятся.

Всадников охватило скверное предчувствие – и было от чего.

С севера на караван неторопливо надвигалось нечто похожее на фантастическое чудовище о десяти головах. Великан-призрак то наклонялся, то замирал, то вдруг оживал и начинал выплясывать жуткий танец, подчиняясь воле стихии. Оттуда доносился гул, похожий на шум водопада, временами прерываемый треском, похожим на ружейные залпы или отдаленные раскаты грома. Низкие черные с желтизной тучи заволокли все небо. Лошади беспокойно метались и ржали, пронзительно трубили мулы; негры сбились в кучки у повозок. Гул нарастал, становясь все более отчетливым…

Неожиданно со стороны реки раздался громкий тревожный крик. Обернувшись, южане увидели всадника, мчавшегося к ним во весь опор. Это был тот самый незнакомец, по следу лассо которого двигался караван.

Луиза негромко вскрикнула.

– Скорее вперед! – воскликнул всадник, приблизившись к каравану. – Гоните во весь опор…

– Что это такое? – растерянно спросил плантатор. – Мы в большой опасности?

– Да, да. Я вынужден был вернуться. Только у самого брода я заметил явные признаки того, что надвигаются смерчи…

– Сэр, мы никогда не сталкивались ни с чем подобным, – перебил незнакомца Генри.

– Это страшная пылевая буря. Она несет с севера ледяной ветер и массы пыли… и сеет смерть на своем пути… Мистер Пойндекстер, – нетерпеливо и требовательно обратился всадник к плантатору, – вы и все ваши люди в беде. Здешний норд не всегда бывает таким, но этот… Видите те черные смерчи? Это предвестники бури, и сами по себе они не так страшны, но свинцовая туча, которая уже затягивает небо, – вот главная опасность. Необходимо как можно быстрее уйти из-под нее. Не пройдет и четверти часа, как всех нас накроет бушующая стихия… Вперед! Велите погонщикам не жалеть бичей…

Бичи оказались излишними – животные, напуганные приближением тучи, изо всех сил влекли тяжелые фургоны. Всадники по-прежнему ехали впереди. Морис Джералд держался сзади; время от времени он натягивал поводья, оборачиваясь, оглядывал небосклон и хмурился.

– Опасность все еще близка? – наконец спросил южанин.

– Боюсь, что да. Ветер не меняет направления, и смерчи движутся за нами по пятам. Нельзя ли ускорить движение каравана, сэр?

– Не думаю… мулы и без того выбиваются из сил.

– Как бы ураган нас все-таки не накрыл, – задумчиво проговорил всадник, – уж очень велика скорость ветра… Вот что, мистер Пойндекстер, я вижу, нам не уйти. В таких обстоятельствах будет лучше остановиться… Первым делом надо закутать попонами или одеялами головы лошадей и мулов, иначе животные ослепнут от пыли и взбесятся. Для этого годится все – платки, пончо, даже сюртуки. Затем всем вашим людям надо укрыться в фургонах и плотно закрепить края парусины. Все, кто сейчас едет верхом, – в экипаж; о нем я позабочусь сам. Не мешкайте, сэр!

Караван был остановлен, молодой человек поскакал к экипажу, а плантатор и Джон Сансом занялись фургонами. Отдав необходимые распоряжения погонщикам, они присоединились к Морису.

– Мисс, – всадник наклонился к выглянувшей девушке, – пусть ваш кучер забирается в экипаж и остальные мужчины тоже. Надо опустить и плотно задернуть все занавески, проверить запоры дверей. Не тревожьтесь, – мягко добавил он, заметив тревогу в глазах Луизы, – все это продлится недолго… Не теряйте времени, – обернулся он к мужчинам, – скорее в экипаж, места в нем хватит всем.

– А вы, сэр? – воскликнул Генри.

– Обо мне не беспокойтесь… Быстрее же!

Проверив фургоны и упряжных животных, которые дрожали от возбуждения и страха, всадник вернулся к плотно закрытому экипажу, спрыгнул с седла, извлек из чересседельной сумки серапе – плащ для верховой езды, и ловко обмотал его вокруг головы своего коня. Закрепив концы плаща, он набросил свой алый шарф поверх шляпы и обмотал вокруг шеи. В результате лицо Мориса Джералда оказалось как бы под шелковым забралом. Прислонившись к своей лошади, он застыл в ожидании.

Пятью минутами позже прерия погрузилась в кромешную тьму. Первый смерч, натолкнувшись на крайний фургон каравана, рассыпался плотной черной пылью, похожей на ружейный порох. Но это была всего лишь прелюдия. За ним последовали второй и третий. Караван обдало раскаленным воздухом, словно из устья печи, затем со свистом и воем рванул порывистый ветер, принесший ледяной холод. Вокруг оглушительно выло и трещало, как в аду. Мрак стал непроглядным; ничего не было слышно, кроме глухого рева, от которого мулы ложились на землю и сжимались в комок. В воздух взмыл пепел, поднятый ветром с выжженной прерии, – и еще более получаса в воздухе носились черные вихри.

Наконец рядом с экипажем раздался голос незнакомца.

– Можете выходить, – проговорил он, разматывая шарф. – Буря ушла в сторону Рио-Гранде, но непогода будет длиться еще дня три. Здесь теперь спокойно, а пепел из прерии весь сметен…

– Сэр, – плантатор поспешно спустился по ступенькам экипажа, – мы вам обязаны…

– …Жизнью, не меньше! – подхватил Генри, спрыгивая на землю. – Как ваше имя, сэр?

– Морис Джералд, – ответил молодой человек. – В форте меня обычно зовут Морисом-мустангером.

«Охотник за дикими лошадьми… только и всего…» – презрительно пробормотал Колхаун, оглянувшись на девушку – слышала ли она? Однако ни покрытые пеплом лицо и одежда, ни скромный род занятий не могли уменьшить впечатление о всаднике в глазах Луизы Пойндекстер. Сердце девушки было завоевано раз и навсегда.

– Теперь можно спокойно продолжать путь, – охотник приподнял шляпу и улыбнулся. – Дорогу теперь вы найдете без меня и моего лассо. Кипарис виден, держите прямо на него. Перейдя брод, увидите флаг, развевающийся на флагштоке над фортом. Надеюсь, вы доберетесь туда до наступления темноты… Прощайте!

О, как хотелось юной креолке, чтобы всадник хоть раз взглянул в ее сторону. Однако он, не оборачиваясь, исчез в серой мгле.

Глава 5

Холмистые участки прерии с дубовыми и ореховыми рощами представляют собой удивительно живописные места. Река, называемая тут «Ореховой», принимает в себя сотни речушек и ручейков и, в свою очередь, дает жизнь буйной зелени. Местами лес, растущий по берегам, переходит в густые заросли кустарников акации, агав, всевозможных кактусов; там встречаются даже экзотический сагуаро и древовидная юкка. Все это переливается красками и благоухает, когда наступает пора цветения. Сам лес произрастает на плодородной известково-черноземной почве, и здесь можно видеть все оттенки зелени, которые дают вязы, тутовые деревья, индейское мыльное дерево, кипарисы, тополя… Хрустальная вода отражает сапфировую синеву неба, не замутненную облаками.