Наследнички 4 - Алексей Игоревич Ильин

же прикусила язык. А потом осторожно добавила: — Это же Ушаков. У Егора Александровича должны быть свои маленькие прихоти.

— Как и у всех нас. — На парковку завернула знакомая машина, и Лариса шагнула к ней. — Анфиса, ты зачем звонишь?

— Ах да, Ларочка, я помню, ты упоминала, что вы хотите строить ещё один торговый центр здесь, в столице. Тогда Афанасьев ответил Артёму, что мы заняты. Но сейчас основная работа завершена, и можешь передать отцу, что если ему нужен застройщик…

— Я обязательно передам, — проговорила Лариса и отключилась. Всё это время она смотрела на Романа, стоящего возле машины, скрестив руки на груди. — У меня появляется странное желание утопить телефон в пруду уже совершенно намеренно, — сказала она ему.

— Чего хотят? — Рома оторвался от машины и открыл перед Ларой дверь.

— Сотрудничества. Все хотят сотрудничества. При этом стараются действовать исключительно через меня, — она бросила телефон в сумочку и посмотрела в окно.

— Отец предупреждал, что так и будет, — Рома не спешил заводить машину. Наконец он тихо сказал: — Лара, посмотри на меня. Девушка повернулась и вздрогнула, натолкнувшись на серьёзный взгляд светлых глаз. — Ты… — его перебил телефонный звонок. Посмотрев на номер звонившего, он ругнулся, но решил ответить. — Орлов.

— Рома, — голос деда звучал устало, — ты можешь с Андреем подъехать ко мне на производство? Я хочу кое-что с вами обсудить.

— Хорошо, — Роман даже удивился. — У тебя что-то произошло?

— Ваш отец, — хмуро сообщил ему Стоянов. — Со мной всегда происходит ваш отец. Это наши с Костей дела, не бери в голову. Я до твоего брата не смог дозвониться. Захватишь его?

— Ладно, когда нам подъехать?

— Да, прямо сейчас подъезжайте, — и Александр Стоянов отключился.

Рома прислонил трубку к губам и посмотрел на Ларису. Затем решительно набрал номер брата.

— Чего тебе? — раздался голос Андрея. Фоном шёл какой-то грохот, приглушённые ругательства и истошные кошачьи завывания. Судя по голосу, ругалась Ольга. Чья кошка или кот завывал, оставалось пока непонятно.

— Дед не мог до тебя дозвониться, — сказал Ромка. — Или даже не пытался?

— Секунду, — Андрей, судя по всему, отвлёкся, чтобы посмотреть пропущенные. — Точно не дозвонился. Но я, скорее всего, не слышал звонка.

— Что у вас там происходит? — Рома отодвинул от уха телефон, потому что из трубки раздался оглушающий грохот.

— Я только что вернулся из школы, — хлопнула дверь, и голос Андрея прозвучал гораздо чётче. — Насколько я понял, Сима, Ольгина кошка, спёрла бриллиантовый гарнитур, который вытащили, чтобы почистить и подарить кому-то важному из Содружества. Оля с Ирой пытаются отобрать его, но поймать Симу не могут.

— А почему она не телепортируется? — Ромка закусил губу, чтобы не засмеяться.

— Ольга успела на гарнитур блок против перемещения набросить, а эта белая паразитка не хочет терять добычу. — Андрей, похоже, тоже едва сдерживался, чтобы не заржать. — А чего дед хотел?

— Просит, чтобы мы приехали к нему на производство. Что-то хочет обсудить, — Рома бросил взгляд на Лару и улыбнулся.

— А давай, — ответил брат. — Здесь и без меня очень весело, а деда мы давно не навещали.

Андрей отключился, а Роман посмотрел на Лару.

— Ты хотел что-то сказать, перед тем, как тебе позвонили, — напомнила ему девушка.

— Да, хотел, — Рома задумался, а потом завёл машину. — Давай съездим к Александру Стоянову, а потом поговорим. Тебе не хочется познакомиться с отцом женщины, брак с которой у отца был такой… В общем, поэтому, скорее всего, он на нас с Андрюхой и не давит в этом плане.

Лара только покосилась на него. Они часто поговаривали про Стояновское наследство, но Лариса плохо понимала, что это значит, потому что мало кто в Российской империи знал о том, что император Константин был когда-то женат на Анне Стояновой, матери его сыновей.

* * *

Борька откинулся на спинку стула в этом довольно уютном кафе и взял кофе. На хмурого Вовку Вольфа и его откровенно веселящегося брата Орлов предпочитал не смотреть, сосредоточив всё своё внимание на девушках, зашедших сюда вместе с ними.

— Расскажите нам, прелестная Аврора, чем живёт этот посёлок, есть ли здесь работа, да и вообще, нам было бы интересно местные сплетни послушать, — Боря широко улыбался, и по его виду нельзя было сказать, что он сильно заинтересован в ответе. Словно парень говорил, чтобы просто поддержать разговор.

— Мы не слишком в курсе местных сплетен, — Аврора сдержанно улыбнулась. — Мы живём и работаем в обширном поместье «Гаронна». Здесь, в посёлке бываем редко, поэтому ничем помочь в плане сплетен не можем.

— Вот как? — Вовка внезапно встрепенулся. — И что, много человек работает в «Гаронне»?

— Прилично, — Аврора сдержанно улыбнулась. Эти трое молодых парней не выглядели опасными. К тому же они не спрашивали ничего такого, о чём им не смог бы рассказать любой житель посёлка. Вон даже хозяин кафе вполне мог рассказать о некоторых творящихся в поместье делах, которые вышли наружу. — Это большое поместье, в котором даже имеется своё производство.

— Наверное, владеет им какой-нибудь клан… — протянул Федька. — А не опасно таким привлекательным девушкам работать там, где сыновья клана праздно шатаются?

— Клан, которому принадлежит поместье, из Российской империи, — довольно обтекаемо ответила Аврора. — Мы ни разу не видели главу клана, да и сыновья этого клана как-то стороной нас обходят.

— Ужасная несправедливость, — Борька снова расплылся в улыбке.

— А почему вас интересует поместье? — внезапно Аврора напряглась и прищурилась.

— Рори, разве ты не видишь, молодые люди ищут работу, — мягко ответила за парней блондиночка. — Они же сами сказали, что их почти из дома выгнали с пожеланием найти себе средства к существованию самостоятельно.

— Значит, вы не из клана, — задумчиво проговорила старшая из сестёр. — Вот что, сейчас началась пора сбора винограда и его обработка. Рабочих рук всегда не хватает. Мы на данный момент переживаем определённые трудности и не сможем заплатить много, но если вам негде остановиться, можете поработать у нас. Сезон быстро закончится, и к тому времени вы уже определитесь и сможете подыскать что-нибудь более достойное.

Аврора даже себе не признавалась,