Парный танец - Франциска Вудворт

Время как будто замедлилось. Барс медленно повернул голову в мою сторону, и я узнала его – Марр ишт Хант. Видела его несколько раз с Камияром. Изображение этого барса можно было чаще встретить в газетах рядом с политиками или на новостном канале. Он меня мало интересовал. В отличие от милого сердцу Камияра, который слыл любимцем дам и завсегдатаем светских мероприятий, этот мужчина в свете появлялся лишь по делу. Ни на одной фотографии я не видела его искренне улыбающимся. Все эмоции тщательно выверены и под жестким контролем. Брр-р!

Успело мелькнуть беспокойство о том, почему Камияр не с ним. Неужели не пришел? Но в следующий миг все мои мысли были сметены взглядом барса. Я как будто получила удар под дых. Он был физически весомым, и я попала в плен синих глаз, цвет которых четко видела, несмотря на расстояние. У Камияра они были светлее, как летнее небо, а эти напоминали глубокие омуты.

Колени вмиг ослабли. Не знаю, как я на ногах удержалась. Хвала богам, что барс уже шагнул в дверной проем и наш зрительный контакт оказался коротким. Но мне и этого хватило! Сердце испуганно колотилось в груди. Вот это да! Меня как будто волной накрыло и сейчас только отпустило. Смогла вдохнуть не с первого раза. Помог прийти в себя лакей, который дежурил у дверей. Он попросил мое приглашение и сдал с рук на руки другому человеку, который провел меня к нужному столику.

Мне повезло, что первым зашел барс. Все внимание гостей было приковано к нему, и я проскользнула незаметно. Видимо, его появление было не запланировано, так как возле столика произошла заминка. Кто-то из барсов встал, освобождая место рядом с Камияром, а обслуживающий персонал спешно принес еще один стул.

Вся эта суматоха отвлекла гостей. Даже мои соседи по столику не сразу заметили меня. Столик располагался в дальнем конце зала, недалеко от дверей. Барсы же сидели ближе к подиуму, где находился ведущий торгов. Я тихонько села на свое место, вполоборота к сцене. Камияр здесь! Пусть он сидел спиной ко мне, но его светлые волосы я бы узнала из тысячи. На душе стало легко от того, что в их компании была лишь одна немолодая женщина, и то – спутница человека. Скорее всего, даже жена.

В зале царил полумрак. Ярко освещался подиум, по бокам располагались два больших экрана, на которых проецировались увеличенные изображения лотов. Я улыбнулась и поздоровалась с соседями по столику, когда на меня обратили внимание. Пожилая супружеская пара бросила дружеский взгляд, а две женщины за пятьдесят лишь холодно кивнули.

Мое сердце постепенно успокаивалось. Правда, перед глазами еще плавали мушки. Казалось, что синева глаз барса опалила сетчатку, отпечатавшись на ней. Разве такое возможно? Как я смогла увидеть с такого расстояния его глаза?!

Благотворительный вечер был танцевального направления. Все вырученные средства шли в какой-то детский фонд. В качестве лотов выставлялись пуанты известной балерины, картины с танцующими девушками, статуэтки, концертные костюмы. Одна танцовщица выставила лотом свой танец. Как же засверкали вспышки фотокамер, когда объявили данный лот! Мужчины оживились, и завязалась упорная борьба. Представители прессы располагались ближе к подиуму вдоль стен и спешили запечатлеть этот момент. Где-то там была и Даша, но я пока ее не видела.

«Отличный пиар-ход», – усмехнулась я про себя, наблюдая, как стремительно взлетает цена.

Мое насмешливое настроение испортил Камияр, когда единым махом перебил торги, назвав баснословную сумму. Опять засверкали фотовспышки, а я впилась взглядом в его затылок. Вот зачем он вмешался? Даже не видя лица, знала, что он улыбается сейчас беспечной лучезарной улыбкой. Марр ишт Хант что-то ему сказал, а потом повернул голову, скользнув взглядом по столикам. Я спешно отвела глаза, испугавшись, что он меня увидит. И пусть я была далеко, но рисковать не хотелось. Одного раза хватило!

Гостям предлагалось шампанское и фрукты. Я взяла наполненный бокал и пригубила для успокоения нервов, отвернувшись от подиума. Следующие лоты были уже не столь интересные. Я глазами искала сестру и нашла. Она была вся в работе, перебрасывалась репликами с фотографом. Несколько раз бросила взгляд в мою сторону и еле заметно улыбнулась.

Всплеск оживления случился, когда за детский рисунок воспитанника художественной школы ишт Хант отдал сумму, чуть ли не вдвое превышающую заявленную Камияром за танец. Поразил, если честно. Ладно бы был известный художник, а это просто ребенок изобразил танцующую вальс пару. Единственное, что отметила, – цвет платья нарисованной девушки практически совпадал с моим. И опять ослепили вспышки. Кажется, вдвоем барсы сделали вклад, сравнимый по сумме со всеми остальными лотами. Неплохо! То-то ведущий разливается соловьем!

В торгах я, понятное дело, не участвовала. Женщины за моим столиком пару раз поднимали таблички, но стоило в борьбу вступить кому-то еще, отступали. Старички просто получали удовольствие от вечера. Когда был объявлен последний лот, организаторы толкнули благодарственную речь, в конце которой озвучили собранную сумму. Далее предлагалось пройти в следующий зал для продолжения вечера. По программе нас ожидал фуршет, выступление профессиональных танцоров и в заключение собственно ужин, на котором должен был спеть известный певец.

Заиграла приятная музыка, включился яркий свет, и люди стали подниматься с мест. Я тоже встала, но переходить в другой зал не спешила. Выскользнув в коридор, направилась на поиски дамской комнаты. Там мы договорились встретиться с сестрой.

– У меня нет слов! – восхищенно воскликнула Даша, увидев меня вблизи. Свои восторги ей пришлось умерить, так как помимо нас в помещение набилось много женщин.

У меня тоже слов не было. Я долго ее прождала, чувствуя себя по-дурацки. Душа рвалась в танцевальный зал, к Камияру, а я была вынуждена торчать в туалете. Нервировало, что поток желающих «попудрить носик» уже уменьшался, и мне казалось, что все пропущу. Вдруг он уйдет? Аукцион закончен, и осталась неформальная часть вечера.

– Прости, только вырвалась. Вот, держи. – Дашка сунула мне ключи от машины, попутно объясняя, где припарковалась. – Удачного тебе вечера, и просто веселись! – пожелала она.

– Даш, я пойду.

Я не могла больше ждать.

– Иди. Я тут задержусь, – усмехнулась она. – Дома поговорим.

– Ага! – кивнула я.

– Какая же ты у меня красавица, – тихо выдохнула сестра мне вслед, и все раздражение, накопившееся за время ожидания, испарилось. Обернувшись и улыбнувшись ей, я поспешила навстречу своей мечте.

Возле дверей дамской комнаты стояла компания женщин и перемывала кому-то косточки. Упомянутое имя Камияра заставило меня притормозить и навострить уши. Я задержалась, открыв клатч, как будто что-то ищу в нем. Разговор шел о танцовщице. Оказывается, я пропустила интересное зрелище. Общество уже переместилось в другой зал. Организаторы решили открыть вечер разыгранным на аукционе танцем. Со всей помпой объявили его, и тут выясняется, что Камияр отказывается танцевать! Пришлось красотке импровизировать и кружиться под музыку в одиночестве.

– Не этого она ожидала! – ядовито и со смехом прокомментировала одна из сплетниц.

– Думала, что это за нее столько бабла отвалили, и как красиво он ее опустил.

– Будет знать. Ни кожи, ни рожи, а гонору!..

Пряча улыбку, я спрятала в клатч телефон, в котором щелкала по сообщениям для конспирации, и с довольным видом пошла в зал. Все, я люблю его! Настроение взлетело до небес. Это мой вечер!

Я двигалась среди гостей, ища своего барса. Как же много людей! Играла живая музыка. Все неспешно прогуливались, разминаясь после аукциона. Вдоль одной стены был накрыт фуршетный стол. По периметру располагались прозрачные круглые столики с красивыми витыми ножками, вокруг которых собирались компании. Сновали официанты с шампанским. В середине зала танцевали профессиональные артисты в ярких нарядах, парами которых являлись гости. После завершения композиции они раскланялись с партнерами и следующую зажигательную мелодию танцевали уже сами, радуя глаз красивыми отточенными движениями.

До моего слуха нет-нет да доносились тихие обсуждения инцидента и смех. Даже страшно подумать, как раздует пресса произошедшее. Надо отдать должное этой танцовщице – она с невозмутимым лицом общалась с кем-то в другом конце зала. Вот это выдержка!

Подумала о том, что никогда не видела Камияра танцующим. Может, он совсем не хотел оскорбить женщину? Не желала верить, что мой барс способен на такое. Нет, это не в его характере! Я остановилась, выискивая его глазами. Да где же он?!

Неожиданно спиной остро ощутила чужое присутствие. До этого я двигалась среди гостей, но никто не вызывал таких чувств, а тут как будто музыка и гул голосов отодвинулись на второй план. И теплота, которая разливалась по обнаженной спине, усиливалась прямо пропорционально сокращению расстояния между нами. Не оглядываясь, я каким-то образом знала, что мужчина замер.