Очередь - Андрей Щупов

- В самом деле, может она спросить хотела? - неуверенно говорит кто-то.

- Знаем мы!.. Спросить...

Ворчание идет на спад, волнение успокаивается. Нашипевшись вволю, змеиная очередь затихает в ожидании.

В пятый или шестой раз вскинув руку с часами к лицу, нервный тип в хрустком плаще начинает суетиться сверх всякой меры. Он что-то бурчит, подергивает острыми плечиками, и весь его вид красноречиво говорит о крайней степени раздражения.

- Да не крутитесь вы! - восклицает одна из его соседок.

Нервный тип, будто только и ждавший этих слов, стремительно поворачивается у ней, но из-за расплясавшихся нервов не сразу справляется с рвущимся из него потоком сбивчивых фраз.

- Так... Допустим! Значит не крутиться?.. И что же я, по-вашему, должен делать?! Может, вы еще будете мне указывать? Нет? Тогда и нечего тут!.. То есть, если вас персонально устраивает торчать здесь вечность, то и стойте ради бога! Но не надо советовать другим!

- А что ты на меня орешь-то? - изумляется женщина. - Я-то тут при чем?.. Если невтерпеж, так и иди, кто держит!

- Ты ему подскажи куда идти, - встревает смеющийся кудряш с дипломатом. - Он же интеллигент, не знает куда ходят.

Его смеху вторит приятель с блондинистой подружкой. Лицо нервного в плаще бледнеет и, теребя рукой пояс, он делает порывистое движение к смеющимся.

- Может быть, интеллигент! Очень может быть!.. Что ж... Вам-то этого слова не понять. Вы же только в картах понимаете, да в бигуди.

До пареньков не сразу доходит выпад насчет бигуди, а когда доходит, новоиспеченный приятель блондинки мужественно шагает к трясущемуся мужчине. В то время, как тот прячется за соседку, блондинка на правах опекающей подруги цепко хватает атакующего за руки.

- Плюнь на него, Владик! Нашел с кем связываться. Плюнь!..

Владик ворочается, пытаясь высвободиться. Ему это явно нравится. Он талантливо разыгрывает роль бульдога, рвущегося с цепи и одновременно на все сто уверенного в ее прочности. С минуту попугав противника, он великодушно утихомиривается. Обращаясь к зрителям, глуповато спрашивает:

- Может, правда, плюнуть?

- Только посмейте, молокососы! - неожиданно взвизгивает нервный тип. Он на грани истерики и затравленно смотрит на кривляющихся пареньков. В пустых Владиковых глазах он читает обещающую многозначительность. Приятель Владика, весело барабанящий по дипломату, внушает ему не меньший ужас. Не осмысливая собственного бесстрашия, он почти кричит.

- Мерзавцы! Вон отсюда!

Паренек с дипломатом перестает барабанить и грозно приподымает брови.

- Але, интеллигент! Давай-ка договоримся. Кричать тебе будет разрешено, но попозже. Не сейчас, понял?.. Тебе же очки мешают, и здоровья, наверное, невпроворот, верно? Так что отложим на попозже, договорились?

Неожиданный стрекот, ворвавшийся в магазин, перебивает назревшую кульминацию. Для нервного типа это спасение.

- Трах-тах-тах! - от дверей, топая, бежит раскрасневшийся мальчуган с автоматиком. Мгновенно вытянув руки, мать хватает его за шиворот и притягивает к себе.

- Ты куда удрал, стервец?!

"Стервец" сходу получает серию подзатыльников и завывает сиреной. Мать продолжает ему выговаривать. Позабыв о дрязгах, очередь внимательно слушает. Только блондинка, закатив глаза к потолку, клонится ухом к шепчущим губам Владика. Красавец с подоконника не собирается забывать про мужчину в очках, и от его взглядов тот по-черепашьи втягивает голову в плащ и, стискивая зубы, мучительно нервничает... А через пять минут амнистированный автоматчик обрушивает на людей лавину трескучего огня.

- Тра-та-та-та!..

- Да успокойте вы его наконец!

- Мало, видать, ему врезали...

Женщины гневно поворачивают головы к мамаше.

- Распустили ребенка!

- Скажите вы ему в конце концов!..

Однако у мамаши, успевшей простить свое чадо, находятся достойные ответы. Известно, что педагогика у всех своя. Кроме того, плотный огонь сына, заглушающий сыплющуюся отовсюду ругань, помогает ее обороне. Владик и блондинка, пожалуй, единственные, кто не принимают участие в споре. Сдружившаяся парочка проникается все большим взаимным интересом. В разгорающийся пожар ссоры бережно подбрасывает полешки кудряш с дипломатом. Происходящее для него - спектакль, и он не хочет быть пассивным зрителем.

Незаметно для всех, высокий, так и не покинувший своего угла, ощупывает задний карман брюк и распахивает молнию огромной сумки. Часы на его руке показывают девятый час. Уже несколько минут, как окошечко должно распахнуться.

Как-то так получается, что и без того плотная масса людей сжимается еще теснее. Кто-то торопливо, словно только сейчас вспомнив, начинает спрашивать:

- Много его там, не знаете?

- Где ж много... Зернышки такие мелкие, по горсти в пакете.

Напряженный слух ловит каждое случайно брошенное слово. Малейшая тревога тут же обращается во всеобщая беспокойство. Парни в куртках, забыв о шуточках, держат наготове дипломаты с сетками, то и дело озираясь по сторонам. Они переместились чуть вперед, к знакомой блондинке, и на них смотрят негодующе. Но она теперь - вроде как их знакомая, и тут уж ничего не попишешь.

По мере приближения критического момента волнение нарастает, а вместе с ним набирает силу и шумливый гул. Даже мальчуган с автоматиком прекращает свою трескотню и удивленно прислушивается.

- Идет, идет...

Шаркая по полу стоптанными валенками, мимо проходит женщина с ключами. Это и есть продавец.

- Скажите, хватит на всех?

- Сколько его там?..

- Будет галдеть! - работник магазина гремит замком. Она входит в подсобку, а через минуту маленькое окошечко с лязгом открывается. Лязг этот срабатывает наподобие удара гонга. Все жмутся в одном направлении и, вероятно, впервые обращают внимание на женщину, стоящую у самого окошечка. Худенькая, серенько одетая, она вызывает всеобщую неприязнь. Сразу за ней расположился старичок-ветеран, а далее через пару человек красуются знакомые курточки. Цель достаточно близка, и они не выказывают беспокойства.

Вот тут-то мать карапуза и не выдерживает. Делая отчаянный рывок в сторону окошечка, она взламывает людской заслон, как древний таран деревянные ворота. Что-то, по-видимому, она про себя прикинула и взвесила. Полученный вывод и подтолкнул ее к действиям. Но люди - это не жалкие крепостные ворота. Женщина делает несколько шагов и словно в паутине вязнет, удерживаемая множеством рук.

- У меня ребенок! - она с рычанием продолжает рваться вперед.

- У всех дети! Всем надо!

- Она и сюда встряла без очереди! Какой-то танк, а не женщина!..

Тогда женщина швыряет самый весомый аргумент:

- А этих сопляков-спекулянтов пустили?! Шляпы! Да после них там ничего не останется. А мне всего-то пару пакетов!..