Моя маленькая Мэри - Кира Измайлова

— Травить будут, — сказал симпатичный темноволосый мальчишка. — Девчонки особенно. Магглорожденная на Слизерине… невероятно.

— Ну, ты мне скажи, если что, — приосанился Малфой.

— Если что, я сама ка-ак залеплю в глаз, — ответила я довольно громко и увидела, как насторожились новенькие девчонки. — Видел мою руку? Вот. Отец говорит, маленький кулак злее бьет.

— Ты заклинаний не знаешь, — произнес тот, темненький и добавил: — Извини, не представился. Теодор Нотт.

— Очень приятно, — сказала я. — Мэрион Оук. Можно просто Мэри.

— Можно просто Тео, — улыбнулся он. — Так вот, по сторонам-то гляди. Мало ли… А если что, и впрямь жалуйся вот ему, — ткнул он пальцем в Драко. — Чего ты сморщился? Сам же предложил!

Поселили меня в спальне еще с двумя девчонками. Вот глупость, удивилась я, такой огромный замок, народу, если посчитать (сколько вагонов в поезде, я помнила, сколько купе в вагоне, прикинуть легко, ну там… плюс-минус), выходило, что даже если все-все студенты приехали этим поездом, их можно запихнуть в одну башню. Ну и вообще, чего считать, если я видела Большой зал? Вроде и много ребят, но… вполне можно было бы отдельные спальни сделать, пусть даже не со стадион размером!

Одну соседку звали Мейбл, вторую Мелиндой, обе были полукровками и здорово меня дичились.

— По имени нас подбирали, что ли? — спросила я вслух, взяла карандаш и накарябала на двери снаружи три буквы «М».

После этого и разговор завязался. У Мейбл родители были врачами, только отец обычным хирургом, а мать — волшебным, в этой их клинике святого Мунго. Каким-то образом они пересеклись, познакомились и живут с тех пор вместе. У Мелинды, наоборот, отец оказался из волшебной семьи, но не чистокровной, а мать — обычной женщиной.

— А у меня и отец, и мачеха — простые люди, — сказала я, когда подошла моя очередь рассказывать. — Родную маму я совсем не помню, врать не стану.

— Может, это именно она была волшебницей, иначе очень уж это странно, — сказала Мейбл. Она была толстенькая, с двумя пшеничными косичками, голубоглазая, и вечно что-нибудь жевала. — Чтобы магглорожденную распределили на Слизерин… никогда о таком не слышала! Мы вот полукровки, и то нам достанется, а каково тебе придется…

— Переживу, — сказала я. — А кто полезет — в глаз получит, я уже говорила. Безо всяких волшебных палочек. Будут доставать, пожалуюсь директору. Не поможет — уеду домой. Попробуют вернуть силой… Не директор же у нас главный начальник? Поглавнее найдутся?

Соседки переглянулись и кивнули.

— Ты вот с Малфоем разговаривала, — доверительно произнесла Мелинда. Эта, в противоположность Мейбл, была черноволосой, коротко остриженной, с темными глазами, довольно смуглой и очень худой. — Папа сказал, Малфой-старший — важная шишка в Попечительском совете Хогвартса, да и вообще очень влиятельный человек, так что ты с младшим не порти отношения. Может, через него и нажалуешься, если что!

— Вот умора-то, — хихикнула Мейбл. — Представляю, какая будет физиономия у папаши, когда сынок попросит составить жалобу для магглорожденной!

— Ха, — сказала я. — Сама составлю, что я, отцовских рапортов никогда не читала? И читала, и перепечатывала, когда он домой приносил, а у самого времени на это не хватало… Я знаю, как накляузничать, это уж будьте-нате!

— А вообще давайте держаться вместе, — предложила Мелинда. — Тут девочек-полукровок больше нет, если только из старших, но толку от них? Ведь не заступятся… А втроем как-то поспокойнее.

— И отбиться можно, если что, — рассудительно добавила Мейбл. — Только нам ой-ой как стараться придется. Чистокровные много чего знают, их дома учили. Нам вот с Мелиндой родители кое-что показали, а ты вообще ничего не умеешь, правда же?

— Научусь, — пожала я плечами. — Раз деваться все равно некуда, так непременно научусь!

— И вот что, — добавила Мелинда, — ты слыхала, что за проступки тут баллы снимают? Так что лучше ни с кем не задираться, а то весь факультет будет недоволен.

— Разберемся. О! — спохватилась я. — А какие именно проступки?

— Не слышала разве? Директор на пиру говорил. Колдовать в коридорах нельзя, ходить на третий этаж и в Запретный лес тоже…

— А если я кому-нибудь нос разобью или фингал поставлю, что будет? — спросила я с интересом.

Соседки пожали плечами.

— Проверим. А теперь давайте спать, вот что. А то проспим на занятия, баллы с нас и снимут…

И мы дружно улеглись спать.

Летом меня обычно отправляли в скаутский лагерь, так что мне к общежитию было не привыкать. А вот другие, видно, в общих спальнях, а то и палатках вовсе никогда не ночевали, потому как с утра душераздирающе зевали. Ну да ясно, они же благородные донельзя, какие уж тут палатки…

Учиться мне не понравилось. Взять хотя бы то, что тут писали гусиным пером по пергаменту, как в средневековье каком-то! А даже стальным по бумаге — и то сложно, я как-то пробовала… Конечно, у меня получались кляксы, я не успевала за лектором, а остальные хихикали. На смешки мне было наплевать, но я быстро поняла, что ничему особенно ценному нас тут не научат, и вообще перестала записывать лекции, решив, что учебниками обойдусь, а исключат, так и лучше! Такое не проходило только на трансфигурации (преподавательница посматривала на меня как-то странно, и я старалась не высовываться) и на зельеварении. Вот там преподаватель был совсем с приветом. Сперва его перекосило при виде Поттера, а когда он посмотрел на меня, то сделался белее мела. Не имею понятия, почему, но его я тоже предпочитала не раздражать. Единственный раз, когда я с ним заговорила сама… ох…

Дело в том, что пары с моего факультета мне не хватило, и я попала в компанию той самой Гермионы Грейнджер. Сдвоенный урок — и мне стало ясно: или я ее убью, или сама утоплюсь в котле. Причем первое вероятнее!

— Сэр, — сказала я, подойдя к преподавателю на перемене. — Разрешите обратиться?

— Да, мисс? — сказал он, не поднимая головы.

— Сэр, нельзя ли мне на занятиях работать одной? — спросила я и сообразила добавить: — Конечно, если это не запрещено правилами.

— Вы считаете себя способнее остальных, мисс Оук? — спросил он.

— Нет, сэр. Но если вам не нужен труп гриффиндорки… ну там, мало ли, на органы, то есть ингредиенты… Пожалуйста, позвольте мне работать одной. Может, я чего-то не успею или сделаю не так, но то будут мои ошибки. А эту дуру я скоро правда чем-нибудь огрею!

Профессор моргнул и посмотрел на меня повнимательнее.

— Это вы про мисс Грейнджер? — уточнил он.

— Да, сэр, — ответила я. — Извините, если я грубо выражаюсь, но она меня реально достала!