Полярная быль - С. Бузо

грохнул залп, повторенный многократным эхом. Скученные в шлюпке гитлеровцы заерзали. Подняв автоматы, они наугад дали длинные очереди по льдам. Прогремел еще залп. Один из гитлеровцев качнулся и, как мешок, скользнул за борт. Шлюпка накренилась, завертелась на месте. Сквозь беспорядочную пальбу прорвались отчаянные вопли. Раздался еще залп. Шлюпка повернула назад и, сопровождаемая градом пуль, заспешила к подводной лодке. Отталкивая друг друга, гитлеровцы вскарабкались на борт и поспешно укрылись за надстройками. Покинутая шлюпка запрыгала на волне и медленно поплыла в море.

Ошарашенная дерзкой встречей, подводная лодка некоторое время стояла не двигаясь. Потом блеснула стеклами перископов и дала ход.

— Драпает? — радостно переглянулись моряки.

— Не по зубам кобыле сено! — насмешливо бросил Арканов.

— Рано тоби жартуваты, — хмуро глянул на него Рева.

— Рано не рано, а турнули крепко! — поддержал Арканова кочегар.

— Стала! Стала! — упавшим голосом пролепетал Рикун.

Лодка, развернувшись бортом, замерла на месте. По палубе заходили матросы. Они что-то кричали, грозя кулаками. Сигнальщик замахал флажками:

«Германское командование предлагает оставить бессмысленное сопротивление и передать ему запрошенные документы. В противном случае экипаж судна будет строго…»

Капитан махнул рукой в сторону торосов. Снова грохнул залп. Мелкими брызгами по поверхности моря рассыпались пули, не долетев до подводной лодки десятка метров. Гитлеровцы издевательски засмеялись. Сигнальщик, сунув за пазуху флажки, подбежал к пушке и вдвинул в ее казенник блестящий снаряд. Дуло орудия грозно нацелилось на «Полярную розу».

— Стрелять будут? — побледнел Рикун.

— Что ты! Берут на пушку, — успокоил его Арканов и тут же невольно присел: блеснул огонь, резанул выстрел, и в тот же миг радиорубка с треском слетела на лед.

Закрыв руками головы, моряки бросились к бортам.

— Не покидать судна! — раздалась команда капитана.

Моряки вернулись на свои места, опасливо посматривая на подводную лодку. Еще огонь, вой снаряда, треск — и грот-мачта со свистом окутала судно своим такелажем. Потом выстрелы слились в один гул, а вокруг судна, то с правого, то с левого борта, то перед носом, то у кормы стали падать снаряды, кроша ропаки, ломая торосы, засыпая палубу осколками льда.

Неожиданно канонада смолкла. Оглушенные, засыпанные ледяным крошевом, моряки выглянули из своих укрытий. Ярко светило солнце. «Целы!» — мелькнула радостная мысль. Но тут же она погасла. К ледяной кромке приближалась подводная лодка. Толкнув носом первые льдины, она по самую рубку вошла в ледяной берег. Откинулась крышка люка. Из нее вышли четверо матросов с автоматами в руках. Вслед за ними появился офицер. По команде матросы покинули судно и, осторожно ощупывая ногами лед, направились к «Полярной розе».

Моряки застыли в ожидании: вот-вот должен раздаться залп берданок и не в меру осмелевшие гитлеровцы отпрянут назад. Но выстрелов не последовало: торосов, за которыми укрывалась группа старпома, не существовало.

Так вот почему утюжили гитлеровцы льды! Что ж, моряки сумеют умереть как следует. Умереть? Но тогда гитлеровцы захватят карты. Отдать карты? Так, не за понюх табаку? Не выйдет! Глаза забегали по палубе, отыскивая оружие. Арканов поднял лом, Малютин снял с пожарной доски топор, кочегар подхватил багор. Рева кинулся в камбуз и подставил под кран титана кастрюлю.

— Ломы и топоры на место! — сбежал с мостика капитан. — Достать аммонал!

Моряки переглянулись. Да, да, самое лучшее— взорвать судно.

Арканов слетал в форпик и принес оттуда ящик блестящих запаянных банок — шашек аммонала. Из каждой шашки, как мышиный хвостик, вился черный фитилек.

— Подрежьте фитили, чтобы были не свыше двух сантиметров, — сказал Полищук вполголоса.

Матросы осторожно подрезали фитили.

— Теперь закурите. По моей команде поджигайте фитили и бросайте шашки.

Капитан щелкнул крышкой портсигара, вынул папиросу, повернулся от ветра, прикурил.

Сжимая в руках шашки, моряки смотрели на приближающихся гитлеровцев. Те, чем ближе подходили к судну, тем больше петляли — дорогу преграждали полыньи, пробитые взрывами снарядов, трещины, озерца пресной воды, скопившейся от таяния снега.

Когда до гитлеровцев оставалось не более двадцати шагов, капитан поджег фитиль.

— Ложись! — скомандовал он и швырнул шашку за борт. Моряки попадали на палубу. Описав блестящую дугу, шашка шлепнулась, на лед, и в тот же миг в воздух взлетел веер битого льда. Глухой взрыв прокатился над морем. Гитлеровцы замерли на месте, но быстро оправились и дали по судну длинные очереди из автоматов. Как швейная машинка, застрекотали пули, впиваясь в обшивку. Однако дуб, из которого была сооружена «Полярная роза», не пропустил ни одной.

Перезарядив автоматы, гитлеровцы бросились вперед. В это время швырнул свою шашку Арканов. Раздался новый взрыв. Гитлеровец, замыкавший строй, отлетел в сторону. Ледяная каша расступилась, и он скользнул в глубину. Оставшиеся панически бросились назад. Скользя в ледяной каше, оступаясь, падая, прыгая с льдины на льдину — под напором взрывов ледяное поле начало распадаться на части — они кое-как дотянулись до подводной лодки, нырнули в люк. Крышка захлопнулась, и лодка, кормой вперед, отошла от ледяного берега…

Моряки отложили потеплевшие в руках шашки. Кровь глухо стучала в ушах.

— Уходит! Уходит! — радостно крикнул Рикун. — Смотрите, начала погружаться!

Лодка в самом деле погружалась: на поверхности воды возвышался только ее перископ.

Вздох облегчения пронесся над палубой.

Неожиданно перед перископом поднялось из воды облачко дыма.

— Тихон Иванович, что это? — спросил Арканов.

Капитан приложил к глазам бинокль. От подводной лодки по направлению к «Полярной розе» несся пузыристый след.

— Торпеда!

Моряки ринулись к бортам. В ту же секунду соседняя с судном льдина взметнулась вверх, проревел громовой взрыв.

* * *

Чуткие уши радистов круглые сутки сторожат эфир. Пятнадцатого августа тысяча девятьсот сорок второго года в семнадцать часов двадцать две минуты в наушники вахтенного радиста ледокола «Вихрь», сквозь писк морзянок, прорвался тревожный голос:

«Всем, всем, всем. Радирует «Полярная роза», широта семьдесят восемь градусов тридцать минут, долгота восемьдесят градусов пятьдесят пять минут. Сего числа в шестнадцать часов тридцать минут встречен прорвавшейся в Арктику немецкой подводной лодкой. Гитлеровцы требуют выдачи навигационных пособий. Готовлюсь защищаться. Капитан Полищук».

Не успел радист записать это сообщение, как