Бастион – N - Кира Уайт

можно, для этого особой науки не надо, но они всегда возвращаются живыми и невредимыми, а еще злыми. После смерти, которую в их случае так можно назвать лишь условно, серые рассыпаются прахом, а затем возрождаются в одном из ближайших пепельных очагов. Именно в этих местах они появились впервые.

Несколько сотен лет назад ни с того ни с сего по всему Континенту появились серые пятна, словно нарывы на теле, они разрастались, обращая в пепел все, что находилось на их пути. Достигнув с десяток километров в диаметре, очаги прекратили рост, и вскоре из их недр вышли серые твари.

Страшные были времена, Континент потерял большую часть населения, а выжившие вынуждены были прятаться по закрытым городам и укреплять стены, чтобы не исчезнуть как вид. Прошло столько времени, но никто так и не нашел способа избавиться от тварей навсегда. По этой простой причине, большая часть оставшегося население Континента до сих пор безвылазно сидит за крепкими стенами, преодолеть которые ни одна серая не в состоянии. Разумеется, при условии, что они достаточно высокие и не имеют серьезных брешей.

Отрываюсь от заточки лезвия и перевожу внимание на трупы. Их нет. Убираю оружие и поднимаюсь. Действие противоядия практически сошло на нет, и мир выглядит почти нормальным. По серой горстке праха безошибочно нахожу место, где умерла первая тварь. Без брезгливости, которая присутствовала после моих первых убийств, запускаю руку в почти невесомый песок и рассеиваю его, пока не обнаруживаю то, для чего выбралась сегодня за стену. Обсидиановый диск. Понятия не имею, откуда берется эта дрянь, ведь в теле живой твари ничего подобного нет.

Отец рассказывал, что по незнанию в первое время охотники вскрывали тела серых, грязным способом пытаясь обнаружить то, ради чего все и затевалось. Но все было бесполезно до тех самых пор, пока трупы не обращались в прах. А вот в нем уже неизменно можно найти один, а то и два угольно-черных диска размером с ладонь, а если повезет, то и чуть больше.

Осматриваю место смерти второй серой. Обнаруживаю еще один диск. Открываю фляжку и, с трудом ломая на части тот, что поменьше, запихиваю его внутрь. Второй убираю в рюкзак и отправляюсь в обратный путь. На сегодня достаточно.

До стены добираюсь без происшествий, по пути не забыв посетить тайник и припрятать оружие.

Оказавшись в темном коридоре, расположенном в стене, включаю фонарик и тут же направляюсь в сторону выхода. Добравшись, сверяюсь с часами. Убедившись, что ближайший патруль будет еще нескоро, выключаю свет и осторожно приоткрываю дверь. Проверяю улицу на наличие свидетелей. Вокруг пусто. Тем не менее интуиция подсказывает – что-то не так.

Передо мной стоит выбор – переждать и попытать счастья чуть позже или рискнуть и поскорее убраться.

Я так устала и морально, и физически, что не имею ни малейшего желания находиться в этом затхлом помещении ни минутой дольше. Поэтому пока никого нет, выбираю второй вариант.

Выскальзываю за пределы стены, осторожно прикрываю потайную дверь и бегу в сторону зарешеченного окна, ведущего в подвал старого госпиталя. В очередной раз быстро осмотрев местность, сдвигаю решетку в сторону и спрыгиваю на бетонный пол. Еще до того, как зрение успевает привыкнуть к темноте, понимаю – надо было слушать интуицию.

В лицо летит приклад автомата. Отшатываюсь влево, выхватывая из горизонтального крепления на поясе короткий нож, с которым не расстаюсь ни при каких обстоятельствах. А в следующий миг получаю жесткий удар в висок, моментально выключающий меня из реальности.

Глава 2

Пронзительный металлический лязг словно удар током проходит по нервам, заставляя меня разлепить веки, но они тут же смыкаются вновь из-за бьющего по глазам яркого света. Едва сдерживаю раздосадованный стон, за пару мгновений оценив незавидное положение, в котором оказалась.

Болит… да все болит.

Голова раскалывается, от ушибленного виска расходится мучительная пульсация, отдающаяся по всему телу. Вся правая сторона тела, начиная от плеча и заканчивая голенью, ноет после падения с высоты моего роста, не превышающего ста семидесяти сантиметров.

И это еще не все.

Я привязана к стулу, что доставляет телу еще больший дискомфорт. Ноги плотно прижаты к металлическим ножкам и надежно зафиксированы, а запястья туго стянуты за спиной. В кожу врезается что-то твердое. Не веревка и не клейкая лента. Возможно, кабельные стяжки. Хотя для меня разницы никакой. Без лишних телодвижений ясно и так – самостоятельно мне не освободиться.

Предпринимаю еще одну попытку открыть глаза, на этот раз с большим успехом. Голова свисает вперед, практически касаясь подбородком груди, отчего в шее уже образовался дискомфорт, который с каждым мгновением становится только сильнее. Кто-то снял с меня капюшон, и длины стриженных в каре волос хватает, чтобы полностью скрыть лицо. Так что, если в помещении находится кто-то кроме меня, есть шанс, что он все еще не заметил моего пробуждения. Можно воспользоваться этим.

Не меняя положения, прислушиваюсь и прохожусь затуманенным взглядом по тому небольшому участку, что могу рассмотреть. Кроме собственных коленей и на удивление довольно чистого бетонного пола, ничего не вижу. Органы слуха тоже особо не радуют, потому как вокруг царит тишина, не нарушаемая ни единым звуком. Приведший меня в чувство лязг не повторяется, и мне остается только догадываться о его источнике.

Решаю рискнуть и осмотреться. Медленно поднимаю голову, не меняя положения несмотря на максимально неприятные ощущения в вывернутых плечевых суставах. Быстро оглядываю видимый участок довольно просторного и совершенно пустого помещения. Судя по всему, представители закона не имеют никакого отношения к происходящему, хотя поначалу я решила иначе. Кому еще бы пришло в голову на меня нападать? По всей видимости, кому-то все же пришло. Место, в котором меня держат, похоже на подвал, а не на пункт временного размещения заключенных. Так что вряд ли меня арестовали и посадят за решетку.

С одной стороны, это обнадеживающий факт. А вот с другой – до сих пор ничего непонятно. Кому понадобилось пленить меня, а главное – зачем? Отец остался должен кому-то еще, кроме Органа? Маловероятно. Иначе, ко мне пришли бы сразу после его смерти, как это сделали представители группировки Теда.

Рискую выпрямиться, чтобы хоть немного уменьшить напряжение в руках и проверить, что находится за спиной. Поворачиваю голову вправо и замираю, обнаружив, что нахожусь в подвале не одна. На полу у самой стены лежит человек. То ли мертв, то ли без сознания – неясно. Все из-за натянутого на его голову холщового мешка. Запястья мужчины, а