Дело хромой канарейки - Эрл Гарднер

Мейсон присвистнул:

— Вот тебе и дело о разводе! Пол, ты успел раздобыть что-нибудь для меня?

— Немногое. Выяснил, что сигнал поступил от миссис Вейман, которая живет на Четырнадцатой улице к западу от дома Прескотта.

— А кто убит? Женщина, мужчина?

— Не знаю.

— Я выезжаю. Жди меня напротив дома миссис Андерсон. И позволь дать один совет — не смейся больше над моим пристрастием к хромой канарейке. Нам еще эта птичка сослужит хорошую службу!

Глава 4

Машина Дрейка стояла возле закоптелого и грязного домика, расположенного немного севернее большого двухэтажного особняка, перед которым сгрудилось с полдесятка машин. Мейсон аккуратно поставил свою легковую впритык к машине Дрейка. Детектив ждал рядом.

— Пол, они знают, что ты здесь?

— Пока нет. Еще не заметили.

— Начали расспрашивать соседей?

— Нет. Пока рыскают в доме и в саду.

— Газетчики есть?

— Да. Две машины принадлежат прессе. Про миссис Вейман сказал один из репортеров.

— О’кей, у нас времени в обрез. Пошли. Ты идешь к миссис Вейман. Изобрази из себя кого хочешь: продавца стиральных машин, страхового агента или же агента, расследующего дорожную аварию. Я займусь миссис Надоедой. Встретимся на этом же месте. Действуй поэнергичнее.

Дрейк кивнул и скрылся за углом, а Мейсон двинулся по узкой зацементированной дорожке к дому миссис Андерсон, поднялся по скрипучим ступенькам крыльца и нажал кнопку звонка.

Дверь отворилась лишь на третий звонок. Высокая костлявая дама с удивительно длинным носом, прекрасно гармонирующим с бегающими глазами, спросила скрипучим голосом:

— Чего вы хотите?

— Я расследую автомобильную катастрофу, которая недавно произошла прямо перед вашим домом.

— Входите, входите, вы детектив?

Мейсон отрицательно покачал головой.

На минуту на лице миссис Надоеды появилось разочарование, но все же она провела Мейсона в старомодную приемную. Старинные стулья с мягкими подлокотниками и специальными подушечками под голову были расставлены на одинаковом расстоянии один от другого.

Понятие «уют» было несовместимо с этим помещением.

— Садитесь, — пригласила она. — Святые угодники, я так волнуюсь! Я до сих пор вся дрожу из-за столкновения этих машин. А потом, что они нашли в доме Прескотта? Я никак не могу успокоиться. Уже два раза пила валерьянку, и все не помогает.

Мейсон уселся в кресло у окна и вытянул шею, стараясь рассмотреть, что творится в соседнем доме.

— А что же они нашли в доме Прескотта? — спросил он у миссис Надоеды.

— Точно не знаю, но мне кажется, что там произошло убийство. Меня страшно беспокоит, правильно ли я поступаю, не рассказав офицерам полиции про то, что видела. Я думаю, что они придут ко мне и расспросят. Как вы считаете?

Мейсон спросил с улыбкой:

— Что же вы видели, миссис Андерсон?

— Многое, — ответила почтенная вдова, многозначительно наклонив голову. — Я видела очень многое. Я сама себе сказала: «Послушай, Стелла, в соседнем доме что-то творится, не лучше ли сообщить в полицию?»

— Но ведь вы ее не вызвали?

— По этому поводу — нет. Я звонила им по поводу автомобильной катастрофы.

— Но не рассказали им о том, что видели в соседнем доме?

Она покачала головой, поджав губы, и сказала с видом оскорбленной королевы:

— Они меня не спрашивали. Даже не вошли в дом. У меня даже не было возможности все им рассказать. Пусть сами на себя пеняют!

— Как? Они не сочли нужным побеседовать с вами, хотя вы сообщили им об аварии?

— В том-то и дело. Приехали, осмотрели поврежденную легковую, записали всякие там номера, поговорили с молодым человеком, который вышел из дома Вальтера Прескотта, а потом сели в машину и укатили. Поверите ли? Даже не зашли ко мне во двор!

— А между тем вы видели нечто важное, о чем им следовало бы знать! — покачал головой Мейсон, выражая этим крайнюю степень негодования.

— Можете tie сомневаться: я видела!

Мейсон внимательно посмотрел на нее, кивнул головой и самым безразличным тоном заявил:

— В полиции сидят не простаки. Если бы это было действительно важно, они бы вас обо всем расспросили.

Миссис Надоеда буквально подпрыгнула в кресле.

— Что такое вы говорите? — чуть не закричала она. Ее отвислые щеки дрожали от возмущения.

— Видимо, этот молодой человек сообщил им все необходимые сведения об автомобильной катастрофе.

Вдовица нахохлилась.

— При чем тут автомобильная катастрофа? Не надо делать поспешных выводов, молодой человек!

— Так что же вы еще могли видеть?

— Вас это не касается, вы же расследуете только автомобильную катастрофу. Что конкретно вас интересует?

— Все, что вы о ней знаете.

— В тот момент я была дома.

— Видели ли вы, как произошло столкновение?

— Я слышала, как завизжали шины, и побежала к окну. Машины уже врезались одна в другую и перевернулись. Они ударились об обочину. Шофер грузовика выскочил из кабины и попытался, открыть дверцу легковой машины, но не сумел. Тогда он обежал легковую с другой стороны, а тут из дома Прескотта выскочил молодой человек и помог ему.

— Какой молодой человек?

— Тот самый, которого я видела там еще до происшествия.

— Вот как? Вы видели его там раньше?

— Конечно, видела.

— Вы об этом ничего не сказали.

— Вы сами не дали мне возможности договорить.

— Мне показалось, что на вопрос, что вы видели в доме, вы мне ответили, что «это не мое дело»… Вы не будете возражать, если я закурю?

— Я вовсе не говорила, что это не ваше дело… Что же касается курения, то я бы предпочла, чтобы вы не курили. Табачный дым особенно крепко въедается в тюлевые занавески, его потом очень трудно проветрить.

Мейсон кивнул.

— Хорошо… Где вы были в тот момент, когда услышали визг тормозов?

— В столовой.

— Будьте любезны, покажите, где вы в тот момент стояли? Миссис Андерсон охотно поднялась с кресла и молча пошла в столовую.

— Встаньте точно так же, как в тот момент, когда послышался визг тормозов, — попросил Мейсон.

Она повернулась к окну и слегка высунулась из него. Мейсон подошел к ней и остановился рядом.

— Ведь это дом Прескотта? — спросил он.

— Да.

— Он находится очень близко от вашего.

— Да.

— Скажите, что это за комната как раз напротив?

— Солярий.

— Вы стояли именно здесь, когда послышался звук торможения?

— Да.

— Что вы сделали?

— Побежала в гостиную и раздвинула занавески, чтобы узнать, что случилось.

— Как раз вовремя, чтобы успеть увидеть, как фургон прижимает легковую к обочине?

— Да.

— Вы знаете, кто виноват в аварии?

— Нет. Я видела не все. А даже если бы и видела, то не могла бы много объяснить. Я ведь ничего не понимаю в машинах. Давайте вернемся в другую комнату. Меня кое-что интересует и…

— Что вы сделали сразу после аварии?

— Позвонила в полицию. Сказала, что произошла авария, один человек ранен. Через несколько минут из-за угла показалась полицейская машина. Молодой человек, который помог шоферу положить раненого в кузов грузовика, как раз выходил из дома Прескотта. Полицейские принялись его расспрашивать и даже заставили показать свои водительские права.

Она замолчала. Как раз в этот момент по Эльзас-авеню проехала машина. Миссис Андерсон проводила ее глазами, пока она не завернула на Четырнадцатую улицу, притормозив перед поворотом.

— Уже семь машин, — сообщила она, — проехало за полчаса. Как вы думаете, кто бы это мог быть?

— Понятия не имею.

— На одной из машин была надпись «Отдел убийств». Ее сирену было слышно за целую милю.

— Может быть, умер человек, пострадавший при автомобильной катастрофе?

— Ну что вы! Пострадавшего отвезли в больницу. Дорожные катастрофы не имеют отношения к отделу по убийствам. Ими занимается транспортная полиция. Нет, там кого-то убили!

— Вы уверены, что тот молодой человек выбежал именно из дома Прескотта?

— Конечно, уверена.

— Нельзя ли предположить, что он сидел в машине, которая стояла где-то за углом? Ведь прескоттовский дом стоит как раз на углу Четырнадцатой улицы.

— Да нет, ничего подобного. Это абсурд. Не сомневайтесь, я точно знаю, когда молодой человек вышел из дома. Более того, я видела его в доме еще до аварии.

Мейсон недоверчиво приподнял брови.

— Что бы ни произошло в доме Прескотта, это не может иметь никакого отношения к аварии. Боюсь, вы преувеличиваете значение самых обычных пустяков…

— Черта с два, — возмутилась миссис Надоеда, — я никогда ничего не преувеличиваю. Послушайте, молодой человек, кстати, как вас зовут?

— Мейсон.

— Хорошо, мистер Мейсон, послушайте теперь меня. Я прекрасно разбираюсь, что важно, а что нет. Я расскажу вам, что я видела вон там, а потом судите сами, обычный ли это пустяк или нет и стоило ли тем полицейским подняться ко мне и поговорить со мной.