Откровение - Вадим Малафеев

«Моя судьба, увы, совсем проста…»

Моя судьба, увы, совсем проста:Храню в себе безудержные мысли,В мечтах невольно манит высота,Далекие божественные выси.

И колокольный звон на рубеже,Едва соприкоснувшийся с зарею,Струит елеем сладостно в душе,И я душой взлетаю над землею.

Землей, где счет не долог дней моих,Землей, где грех вершится ежечасно,Где средь незрячих и давно глухихЯ прожигаю жизнь свою напрасно.

При входе в храм мороз по коже бьет,Знать, жизнь моя не так уж безнадежна,И начинает в сердце таять лед,Что нарастал, когда я жил безбожно.

«Господь, прошу мне дать всего одно мгновенье…»

Господь, прошу мне дать всего одно мгновенье,Написанной строкой вздохнуть последний раз.Потом забыться сном, предав себя забвенью.Нет жизни без любви, нет счастья напоказ!

Когда глазами стар, зачем грустить без меры?Всему назначен срок, не миновать финал.Но если слеп душой, когда живешь без Веры,Вот где раздолье слез, вот бедам где причал!

И, если в час ночной средь тишины безмолвнойЯ крылья распахну над сгорбленной спиной,Знать, есть еще запал строкою стихотворнойИспить судьбу до дна, продолжив путь земной.

Когда придет мой срок, умрет во мне Надежда,И стать души моей вдруг превратится в плеть,Немногие поймут, особенно невежды,Где силы я черпал, чтоб отодвинуть смерть.

Пусть ночь опять темна, склоняюсь перед Богом,Чтоб нужные слова я смог услышать вновь.Вершу последний миг своим безумным слогом,Чтоб вознести в душе Надежду и Любовь.

«Все сомненья сгинут прочь…»

Все сомненья сгинут прочь,Если чувствуешь, что скороСнизойдет на землю ночь —Исполненье приговора.

Для кого-то – кабала,Для кого-то – избавленье,Закрывая зеркалаПростыней для искупленья.

Горсть земли, бросая вслед,Не избавиться от мысли:Только жизнь дает билетВ неизведанные выси.

«Я осуждаю лишь себя…»

Мне до него, как до звездыНебесной, далеко…

Я осуждаю лишь себя,Все сказаны слова.Любви моей порвалась нить,Душа едва жива.

Мне все едино: день иль ночь,Луны иль солнца блик,Что даже собственная теньИмеет скорбный лик.

 Виню себя во всех грехах, Так, видно, суждено, Все прегрешения мои Не спрятать под сукно.

 Всплывает в памяти подчас Мой край – моя звезда, Где нам с тобой уже не быть, Быть может, никогда.

Я много раз, закрыв глаза,Брожу средь сочных трав,Среди раскидистых полей,Среди лесных дубрав.

«По тропке узенькой к реке…»

По тропке узенькой к рекеСпускаюсь в полусне,Там волны бьются о баркасВ туманной тишине.

Мне в край, в котором вырос я,Вернуться нелегко.(Мне до него, как до звездыНебесной, далеко).

Душа надеждами полнаИ ночью рвется ввысь.И лишь с тоской о прошлых дняхМеня терзает мысль.

И вроде б стоит сделать шагВсего одной строкой,Но где взять смелости в душе,Чтоб обрести покой.

А по весне опять разливЗемли встревожит стать.В моем краю, где нет меня,Где божья благодать.

«Отражаясь в речке…»

Отражаясь в речке,Рдеют небеса.Ярко серебритсяНа траве роса.

Воздух неподвижен,Открывает даль.На верхушке леса —Синяя вуаль.

Птицы встрепенулись,Пробужденья час.Показалось солнце,Словно напоказ.

Белые одежды,Чистая душа,Мысли откровеньяЛьются не спеша.

Огонек лампадки —Как маяк в пути.Благодать на сердце,Лучше не найти!

«Господи, дай силы время превозмочь!..»

Господи, дай силы время превозмочь!На душе потемки, длится долго ночь.В покаянье долгом, не щадя колен,Отдаю, что нажил, преврати все в тлен.

Неспокойно что-то, тороплюсь успетьУкрепиться Верой, не попасться в клетьЗависти и злобы, жадности, нытья,Господи, дай силы, ты – моя семья.

Я прошу немного трепетной душой,Не хочу сегодня зарастать паршой.Путь мой предначертан в ворохе дорог,Выбор сделан сердцем, предрешен итог.

С Верой и Надеждой по твоим следамЯ покину землю, вопреки годам.Дай мне лишь мгновенье дух перевести,Чтобы, встав с коленей, за тобой идти.

«Когда луна, волнуя небеса…»

Когда луна, волнуя небеса,Сочится в землю светом серебристым,Когда на поле ранняя росаСклоняет травы влагой бархатистой,Моя душа, покинув свой затвор,Снимая груз былого дня устало,Со мной ведет неспешно разговорО том, что жизнь и смерть – всему начало.О том, что время быстрая рекаНесет свои неведомые воды,В них отражаясь, с грустью облакаКрепят своею статью небосводы.О том, что мир не вечен для меня,И каждый миг не должен быть потерян,Пусть даже я – песчинка бытия,Но в каждом шаге должен быть уверен.Я все внимал, как лучший ученикБезропотно внимает наставленье.Моя душа – серебряный родник,Моей судьбы источник исцеленья.

«Постиг ли я в судьбе на финише убогом…»

Постиг ли я в судьбе на финише убогомВсе грани бытия, всю глубину души,Когда вся жизнь прошла одним единым слогомНа гребне шумных волн и в мертвенной тиши?

Вопрос, увы, не прост, когда вскипают страстиВсех чувств, что породил собою человек:Уныние, тоска, восторг, болезнь, напастиСмешались навсегда в один короткий век.

Порою в час ночной, когда все звезды мираПриходят в гости к тем, кто жаждет жар небес,Я жил полетом чувств в неведомом эфиреИ вечно ждал душой свершения чудес.

Бродил ли я в тиши, отдавшись размышленью,Весельем промышлял в толпе ночных гуляк,Я думал о любви, о той, что, к сожаленью,Не светит мне в ночи, как истинный маяк.

Все говорят – каприз, мол, жизнь куда сложнее,Есть много славных дел, что стоит совершить.Все так, но без любви ночь кажется длиннее,Одна лишь эта мысль рвет жизненную нить!

«Познав людской судьбы тревоги…»

Познав людской судьбы тревоги,В надежде отыскать причал,Покинув дальние чертоги,По небу ангел пролетал.

Он горевал о трудной долеЛюдей, покинувших свой кров,О предназначенной им ролиСредь многочисленных миров.

Грустил, что бренно все живое,Грустил о ценностях души,О том, как тяжко быть изгоемНа лобном месте и в глуши.

Он для себя искал деянье,Вверяя истины печать,Заблудшим судьбам покаяньеХотел раздать как благодать.

Пред страхом не сгибать колени,Надеждой наградив сполна,Помочь уйти из смертной тени,Когда наступит тишина.

Не для наград иль возвышенья,Не для телесной красоты,А для всеобщего прощеньяИ для душевной чистоты!

«Был поднят занавес, а я чего-то ждал…»

Был поднят занавес, а я чего-то ждал.

Был поднят занавес, а я чего-то ждал,Лежал на главной сцене без движенья.Конечно, я – актер, и мне театр сталПристанищем желанного влеченья.

Я каждый новый день под светом фонарейЧужой судьбы показывал примеры.Их было множество – представленных ролей,Безумных для души и для карьеры.

В финале падая, я всякий раз вставалПод шквалистый порыв аплодисментов.В душе я счастлив был, что жизни пьедесталСумел построить из таких моментов.

Но зритель мой, увы, когда пришел финал,Не слышал моего пред смертью стона.Был поднят занавес, а я чего-то ждал,Надеясь вновь подняться для поклона.

«О, сколько еще трудных дней…»

О, сколько еще трудных днейМне предстоит испить судьбою,Увлечь себя слепой борьбою,Придуманною жизнью всей.

Искать непознанный покой,Лелея истинные цели.А жизнь – и омуты, и мели,Веселье с горестной тоской.

Но мысль моя, увы, проста:В чужой любви искать забвенье,Пусть даже на одно мгновенье, —Невыполнимая мечта.

Знать, свыше было сужденоМне повстречать любовь иную.В обличье праведном, святую.Бальзам души, а не вино!

«Собираю по крупицам…»

Собираю по крупицам:Лица, лица, лица, лица.В жизни много было встреч:И пророков, и предтеч.

Лица тех, кто за спиноюКлеветали надо мною,Утопив в грехах себяВ лабиринте бытия.

Много лиц, кто был любимым,Скромным, нежным и ранимым,Но в волненье, чуть дыша,В них жила моя душа.

Ничего я не скрываю,Подходя душою к краю.Всех собрал в большой букет, —Вышел красочный портрет.

Перевернута страница:Снова – лица, лица, лица.Миллионы разных встречНе забыть, не сбросить с плеч.

«Снег серебрится, сверкая в неоне…»