Гаст - Эдвард Ли

Каттон оставался безмолвным, когда ритуал закончился: двое Силачей на поле насадили отрубленную голову Мети на высокий кол и воткнули её в землю.

"Господи Иисусе..."

Моррис спустился к железной дороге.

- Эй, Каттон. Извини, я не знал, что ты такой брезгливый, - он произнёс слово "брезгливый" как "брязгливый". - Но ты не должен был сдаваться вчера вечером. Я бросил пятерку в руку старшей шлюхе Белле, и она забыла о том, что я сделал с той мелкой смешанной. И она привела мне ещё двух девушек! Я не жалею.

Каттон попытался прогнать этот образ.

- Мети был прекрасным работником, Моррис. Что именно он сделал? Изнасиловал городскую девушку?

Моррис откусил кусочек жевательного табака.

- Между нами?

- Конечно.

- Схватил за зад миссис Гаст, вот что он сделал.

У Каттона живот содрогнулся.

"Если они отрезали ему голову и закопали его труп в поле за то, что он схватил её за задницу... что они сделают со мной?"

- Не удивлюсь, если она сама напросилась. И это тоже между нами.

Каттон жаждал сменить тему. Его взгляд метнулся к выдающемуся человеку в длинном пальто на белом коне.

- Я думал, мистер Гаст вернётся только сегодня вечером.

Моррис пожал плечами. Он взглянул на отрубленную голову на колу, но, казалось, его это не затронуло.

- Вернулся сегодня утром. И привёз четыре платформы, нагруженные сегментами рельсов.

- Железо из Тредегара, я слышал.

- Верно.

- Намного лучше, чем железо янки. И стоит дороже.

- Ну, мистер Гаст хочет только лучшего для своей железной дороги.

Ещё один взгляд на поле показал, что нормальность возвращается, даже несмотря на голову с колом, смотрящую на них сверху вниз. Рабыни в прохладных хлопчатобумажных платьях начали возвращаться к рядам сои со своими плетёными корзинами. Моррис ещё раз посмотрел на голову.

Он улыбался?

Каттон вздрогнул.

Внезапно их пересекла тень. Каттон поднял глаза... и чуть не замер.

- Доброе утро, мистер Гаст, - поприветствовал Моррис.

Мужчина с суровым лицом кивнул. От бараньих отбивных с солью и перцем лицо его ощетинилось.

- Моррис. Жаль этого негра, но ты, как всегда, правильно всё делаешь.

- Спасибо, сэр. Как вы меня учили, можно закопать их в землю, когда нам нужно их дисциплинировать.

- Доброе утро, мистер Гаст, - сказал Каттон, несмотря на беспокойство.

"Чёрт возьми, почему у меня такое чувство, что он знает, что я трахал его жену?"

- Доброе утро, мистер Каттон. Как прошли проверки путей в моё отсутствие?

- Наиболее идеальные из всех, что я видел, мистер Гаст, - он с трудом мог говорить сквозь сухость в горле. Сердце колотилось. - Датчик точно показывал. Мы уже проложили почти пять миль, а ведь не прошло и двух недель. И сцепка работает идеально.

- Хорошо, хорошо, - Гаст поднял потемневшее лицо к солнцу. - Моя жена упомянула, что разговаривала с вами вчера.

Сердце Каттона было как камень, который только что сполз в его желудок.

- Я... Да, сэр, я снял перед ней шляпу, да, сэр.

- Она сказала мне, что вы вежливый джентльмен...

- Это, э-э-э, очень мило с её стороны...

- Даже несмотря на то, что вы из Делавэра.

Момент напрягся. Затем Гаст и Моррис разразились смехом.

Каттон чуть не обмочился в свои парусиновые штаны, но в конце концов он справился и тоже рассмеялся, хотя и нервно.

- Я просто развлекаюсь с вами, мистер Каттон, - заверил Гаст. Он посмотрел на них обоих сверху вниз. - Вы, ребята, делаете чертовски хорошую работу. Продолжайте в том же духе.

- Да, сэр, - сказал Моррис.

Каттон добавил:

- Мы обязательно это сделаем.

Гаст спустил лошадь обратно к рельсам, где стояли платформы, груженные рельсами и шпалами. Но Каттон не мог не заметить... глаза Гаста. Прямо перед тем, как он уехал, когда он посмотрел вниз - белки глаз мужчины казались окрашенными, желтоватыми, как, может быть, от желтухи.

- Мистер Гаст нездоров? - спросил Каттон.

- Насколько я знаю, нет. Почему?

Каттон пожевал губами.

- Мне показалось, что его глаза немного странные.

- Мне они показались хорошими, Каттон, а у меня теперь репей в заднице.

- Почему?

- Он называет меня Моррисом, а тебя он называет мистером Каттоном. Чёрт возьми.

"Правда?"

- Спорим, отсосёшь ему когда-нибудь, да? - Моррис расхохотался и сильно хлопнул Каттона по спине. - Давай снова сходим сегодня в публичный дом. Повеселимся.

Каттон легко вспомнил представление Морриса о веселье.

- Нет, я...

Синезубая ухмылка.

- Блин, Каттон, насколько я знаю, прошло много времени с тех пор, как ты выстрелил в какую-то пизду.

"Тогда ты многого не знаешь... слава богу".

Каттон был весь в поту от волнения.

- Может быть. Посмотрим, как я себя буду чувствовать, когда закончим с работой, - Каттон ещё раз посмотрел на пронзённую голову. Никто не заметил, никого это не волновало. Просто ещё одно убийство буйного раба. Он покачал головой, когда Моррис предложил ему пожевать.

И заметил что-то.

"Разве это не чертовски..."

Белки глаз Морриса выглядели немного болезненно. Оттенились бледно-жёлтым.

Точно как у Гаста.

Он покачал головой.

"Должно быть, это свет или что-то ещё", - отмахнулся он.

- Вы двое! - крикнул Моррис двум Силачам в поле. - Верните этих негров на линию. Пора возвращаться к работе, - он снова сильно хлопнул Каттона по спине, подняв клубы пыли. - Увидимся вечером, приятель.

Моррис вернулся к своим делам. Рабы начали разделяться на назначенные им группы, и вскоре послышался лязг инструментов.

Каттон сел на лошадь, но на мгновение замер. Его взгляд всё ещё был прикован к отрубленной голове и её зияющему мёртвому лицу.

"Неужели это и вправду справедливость?" - задавался он вопросом.

Затем самая непрошеная склонность подсказала ему, что это нечто бóльшее.

ГЛАВА 1

(I)

- Так ты просто так сбегаешь? - заныл голос. - Это так в твоём стиле, Джастин. Когда возникает проблема, всё, что ты делаешь, это садишься в самолёт и улетаешь.

Колльеру было тесно в арендованной машине, и он был раздражён тем, что пронзительный телефонный звонок отвлекал его от окружающего мира.

- Эвелин, дорогая, я бы не назвал развод проблемой. Это просто событие. Проблема в том, что мы с тобой когда-либо думали, что можем быть совместимыми супругами... но сейчас это уже спорный вопрос.

Маленький сотовый телефон, казалось, завибрировал, когда она возразила:

-